Внук
Шрифт:
– Я сегодня же начну работать по этому вопросу, будут пересматриваться множество дел. Это работа не на один день. Есть какие-нибудь точные имена?
– Королев, конструктор, и основатель нашей космической программы.
– Он слишком недоволен властью. Дерзок и неуправляем!
– Этот дерзкий человек, выведет в космос первого человека, на его разработках будут летать в космос 80 лет, а может и дольше, я просто дольше не прожил. Как ему не ругать власть, если
– Или конструктор Грабин, сделавший самое удачное артиллерийское орудие этого времени, а ему не дают его выпускать. Только потому, что один идиот сидит в комиссии приемки вооружения. Который шарахается от нового, как черт от ладана! И таких, к сожалению, очень много.
– Может, составите список на бумаге?
– Можно вас попросить, Лаврентий Павлович?
– Слушаю!
– Найдется ли человек, который знает все про вооружение нашей армии, вот он мог бы составить список, хотя бы по родам войск, а я постараюсь вспомнить все, что так или иначе возможно предпринять. Дополню тем, что пошло на ура в моем времени, но запоздало. Так может получиться внедрить раньше и ситуация на фронте, да и в жизни улучшится.
– Давайте попробуем. Я отдам распоряжение, постараемся доставить сюда человека после обеда, я пришлю его к вам, вот вы и поработаете, идет?
– Отлично, Лаврентий Павлович, это то, что нужно!
Мы говорили еще два часа, мне показалось, что Берия остался доволен. Потом меня проводили в тот же кабинет. Вскоре пришел человек, с майорскими шпалами. Он принес с собой папку, в которой я увидел ттх многих видов оружия и техники.
– Что можете сказать о танках?
– он решил начать с тяжелой техники.
– Немного, большой процент выхода из строя танка Т-34, это повреждение мотора, и ходовой части.
– Понятно, значит, нужно придумывать меры борьбы. Впрочем, я знаю, куда направить мысли инженеров. А вот, вопрос, что в существующей машине, можно улучшить?
– Я не специалист, если мне не изменяет память, то многое вы могли бы узнать, прочитав рекомендации по проекту А-20. Там многое есть. Помню, что-то про модернизацию системы вентиляции и фильтрации. Про проблему с фильтрами вам ведь известно?
– Да, я что-то слышал.
– Так же нужно придумать, как изготовить систему активной защиты, я сделаю вам соответственные наброски. Обязательно усилить броню!
– Тогда двигатель надо более мощный! Этот не потянет!
– Не потянет что, скорость в 60 километров в час по шоссе?
– Да, скорость упадет!
– Я что-то не видел летящих с такой скоростью танков по бездорожью.
– Ну, в чем то правы.
– И главное, орудие, нужно орудие калибром не менее 85 мм. Со стабилизацией и более высокой настильностью. Танки улучшаются постоянно. С дистанции триста, четыреста метров уже не стреляют. Немцы добились от своих орудий высокой настильности, а у нас она, к сожалению хромает. Нужна возможность пробивать броню 80-100 мм, с расстояния километра, минимум 800 метров!
– Да вы даже не представляете, что это должно быть за орудие!
– У немцев же есть! Скоро они приспособят его на прототип танка, и будут расстреливать наши танки как в тире! А наши к ним и приблизиться не смогут. Вот так!
– Ну, если немцы смогли сделать, надо и нам попробовать, есть кое-какие наработки.
– Ну, вот видите! Было бы желание!
– Скажите, а дивизионное 76 мм орудие , кажется, так и не приняли на вооружение?
– Чья конструкция? Грабина?
– Так точно, отличное орудие!
– Ясно, рассмотрим.
Дальше мы до поздней ночи говорили, чертили наброски разных видов оружия. Я рассказал о нехватке автоматического оружия, и предложил, найти конструктора Судаева, сказав, что у него есть наметки отличного пистолета-пулемета.
– Отдельно нужно говорить на тему обмундирования военнослужащего. Для бойцов спецподразделений, нужны разгрузки, для ношения боеприпасов на себе!
– А это еще зачем? Чем ремень не устраивает?
– В разгрузочном жилете, очень удобно располагаются боеприпасы. Ничего не стесняет движений, и взять можно больше.
– Что за разгрузка? Как она выглядит.
– Я нарисую, - и стал рисовать примитивный разгрузочный жилет. Потом объяснял, как его носить, и как размещать боеприпасы.
Майор качал головой, что-то задумчиво мычал.
– Я сошью сам, и дам вам на оценку, пусть мне принесут кусок какого-нибудь материала, да хоть старую гимнастерку, пару ремней от винтовок и пуговицы. Ну и иголку, нитки и ножницы.
– Хорошо, но поздно уже! Завтра продолжим. Хотя вы и так мне написали выше крыши.
Майор попрощался и вышел, вместо него появился вчерашний лейтеха.
– Пойдемте, я провожу вас в комнату с диваном.
Я присвистнул и вышел вслед за ним. Мы прошли по коридору, и лейтенант показал мне на дверь.
– Там есть раковина и зеркало, бритвенные принадлежности на тумбочке.
– А где здесь туалет?
– Пойдемте, провожу.