Внук Ихтиандра
Шрифт:
И не было никаких перегрузок, и невесомости не было. Только заложило уши, как в самолете, да голова закружилась. А потом в глазах потемнело и Руслан отключился.
Когда он пришел в себя, ног не почувствовал, так сильно они затекли. Айвэ то ли спал, то ли тоже потерял сознание. Все-таки, что ни говори, а такой перелет без последствий не бывает.
Глухо лязгнуло что-то по обшивке капсулы. Иллюминатора не было, и невозможно было догадаться, что же происходит снаружи. Ясно было одно — полет закончен. Движения больше не чувствовалось.
Руслан растолкал Айвэ, и тот обалдело затряс головой. Выглянув наружу, Руслан тихонько вскрикнул: «Здорово! Айвэ, вылезай, посмотри!..»
И было чем восхититься: громадное пустынное пространство, слабо освещенное немногочисленными прожекторами, несколько дисков, точно таких, что упал на Землю и бескрайнее черное небо над головой, с мириадом ослепительно ярких звезд.
Руслан выпрыгнул из капсулы, и сразу упал на колени — ноги подогнулись. Потом все-же заставил себя подняться и помог Айвэ вылезти. Оба еле передвигались. Ступни ног уже немилосердно кололи невидимые иголочки — отек начал спадать.
Далеко впереди еле виднелся черный проем, туда и направились путешественники.
Айвэ не был удивлен — все это он видел неоднократно, и конечно же узнал ангар Главной Базы. Другое смутило его — непривычная тишина и отсутствие пилотов, техников. Такого не бывало даже по ночам, должен быть хотя бы дежурный...
Но Айвэ молчал, не хотел беспокоить друга до поры.
Постепенно силы восстанавливались, только жутко хотелось есть и пить — наверное, летели они не меньше суток.
Да и холод давал о себе знать, одеты ведь были по-летнему.
Одна надежда, что сейчас их встретят хозяева...
Глава девятая
Хоть как мягко ступал Руслан, но пустынный коридор все равно создавал гулкое эхо. Под самым потолком матово светили белесые полукруглые фонари. Впереди мелькали красноватые отблески, похожие на аварийную сигнализацию.
Беспокойство Айвэ уже передалось и ему.
Мальчишки заглядывали по пути в каждую дверь, сдвигая бесшумные полупрозрачные перегородки. Но экипаж исчез.
Различные кладовые, забитые непривычными взгляду землянина приборами, медицинский отсек, комната для отдыха, спортивные залы (Айвэ объяснял шепотом, по дороге) — все казалось заброшенным.
«Если и в Командном Отсеке никого нет, то я тогда и не знаю...» — в голосе Айвэ явственно сквозила растерянность.
«Подожди переживать раньше времени, давай посмотрим сперва»
«Давай...»
Лучше бы не заходили... Там творилось такое!..
Едва ступили за порог, кроссовки Руслана моментально провалились в темную, почти черную жидкость. Никогда не видевшие кровь в таком количестве, мальчишки застыли. Лишь глаза продолжали жить, оглядывая помещение.
Куда доставал взгляд, всюду были люди. Неподвижные, давно застывшие тела, в самых невероятных позах, в изорванной форме...
«Ты тоже это видишь?» — спросил нерешительно Айвэ.
Руслан не смог даже ответить, к горлу подступила нежданная тошнота.
Тишина стояла такая оглушительная, что он даже услыхал биение сердца своего друга. Или ему это показалось...
И в этой тишине вдруг явственно прозвучал чей-то стон. Айвэ встрепенулся — неужели есть кто-то живой?!.
Поскальзываясь на липком полу, он побрел вперед, на звук.
Там, возле пульта, в самом дальнем углу, хрипло дышал худощавый парень. Грудь была перебита цепочкой отверстий, похожих на автоматную очередь.
Он приоткрыл глаза, долго пытался разглядеть, кто же над ним склонился, потом просиял: «Айвэ, ты жив!.. Не может быть! Мы с тобой уже попрощались... когда узнали, что... разбились... Как же тебе... удалось...»
Парень говорил с большим трудом, останавливаясь, сбиваясь на бессвязную речь.
«Там, на пульте... письмо... ты должен...»
Он закатил глаза, закашлялся, в уголках рта показалась кровь. Парень дернулся и... Все было кончено...
Айвэ, сам того не замечая, сел рядом, прямо в кровь. Он низко склонил голову, прижал к лицу ладонь.
Руслан подавленно молчал, стоя над ним, не решаясь подать голос.
Но не плакать же им целую вечность...
Айвэ всхлипнул, поднялся, придерживаясь за стойку пульта. Взглянул Руслану в лицо мокрыми тусклыми глазами и сказал еле слышно: «Давай письмо посмотрим... Может, там объяснят... Я боюсь, что...» Он прервал сам себя, и повернулся к приборной доске.
Множество надписей на непонятном языке, хаос сигнальных лампочек, сотни кнопок всех цветов радуги и самых разных размеров... У Руслана просто разбежались глаза. Но Айвэ уверенно набрал комбинацию команд и над их головами возникло большое объемное изображение мужчины с короткой седой прической, умными волевыми глазами и с жесткой складкой возле губ.
Айвэ удивленно и обрадованно приоткрыл рот: «Папа...»
Мужчина заговорил: «Айвик, малыш. У нас очень плохие дела. Возможно, когда ты видишь это послание, меня уже нет в живых. Мне доложили, что твой корабль разбился, но я надеюсь на лучшее...
Сейчас я расскажу тебе о последних событиях дома, слушай...
Как ты знаешь, уже много веков у людей и фрайтов враждебные, натянутые отношения. Причины этого ты хорошо знаешь, не буду их перечислять...
Мы отправили экспедицию на недавно открытую планету, очень похожую на нашу. Цель простая — исследовать, возможно ли переселение нашего народа, если начнется война. Мы не успели...
— изображение сбивалось, прерывалось и восстанавливалось вновь. —
Месяц назад правительства людей объединились в Конфедерацию и постановили, что нам не место на планете. Две цивилизации оказалось многовато для них. А мы оказались не готовы к такому повороту событий... Наши войска были сметены меньше чем за неделю. Вот сейчас, в эти часы, идет бой на подступах к столице. Конечно, мы можем скрыться под водой, но ты ведь знаешь сам, что долго мы не сможем там продержаться. Хотя бы раз в неделю, хоть на несколько часов, но мы должны дышать воздухом на поверхности.