Шрифт:
Пролог. Все еще только начинается…
Величествен и красив горный водопад. Мощный поток низвергается с уступа вниз, обрушиваясь большой пенной струей на бурлящее и тонущее в белесой дымке брызг каменное ложе. Грохочущий шум, заглушающий все вокруг, с которым не сравнится даже звук ливня в самую сильную грозовую бурю. Впрочем, чуть дальше, попав в расширившееся за долгие годы существования русло, рожденная между небом и землей река начинает успокаиваться. Вода замедляется и уже к первой на
Поверхность, правда, пока «гладью» назвать сложно. Много чего было прихвачено в путешествии по горам. Изогнутый петлей пологий берег днем и ночью радушно принимает новые «подарки». И не только те, что плывут сверху. Повинуясь все еще быстрому течению и резко поднявшемуся дну, на обточенные водой каменные голыши выносит то, что сразу скрылось после своего падения в глубине, не желая больше существовать в этом Мире. Вот только… иногда у него бывает свое мнение.
Возможно кому-то, случайно попавшему сюда, покажется необычным, что за все это время на берегу не образовалось никаких характерных отвалов из остатков того, что приносит река. Но вопрос отпадет сразу, стоит только неведомому наблюдателю побыть здесь слегка подольше. Тогда бы он увидел, как из сухого кустарника, огибающего каменную излучину удивительно высокой, без единого намека на листву, колючей стеной, на камни неожиданно выкатывается странный шар-кокон.
Состоящий из переплетенных ветвей, закрытых плотной зеленой листвой, он не спеша катится по берегу, выбрасывая в разные стороны гибкие лозы-щупальца, которые аккуратно подбирают подаренное горами, складывая в небольшую кучку. Да, подойдет все. Но лучше, когда попадается то, что раньше было живым. А оно здесь есть. Длинный путь проделала вода. Тельца зверьков, комочки птиц. Даже остаток туши зверя покрупнее. Правда, не понять какого, но для «Него» подобное значения не имеет. И самый большой «улов» за сегодня — безжизненно распластавшееся на камнях тело…
…
Возможно, когда-то «оно» было человеком. Хотя приглядевшись, становится понятно, что это не так. И пусть изломанный, частично обожженный силуэт имеет довольно характерные очертания. Однако две конечности, выходящие из верхней части спины, явно указывают на то, что совсем недавно это существо могло летать. Увы, ныне обугленные и вывернутые из суставов остатки крыльев, похоже, больше никогда не смогут поднять их владельца в воздух. Да и сам он уже давно мертв, даже кровь не идет из разорванных переломами ран, которые, судя по характерным следам, были получены уже при падении. Удивительно, но лицо существа, повернутое к небу, почти не повреждено. Закрытые глаза, странная умиротворенная улыбка. Достойный уход за Грань.
…
Вот шар подкатил к этому телу и… резко замер, будто налетел на стену. Затем, с непонятной по сравнению с предыдущими действиями неуверенностью аккуратно оплел лозами тело, приподняв с камней. Невероятное событие — стенки кокона разошлись и та, кто сидела внутри, наклонилась и почти в упор уставилась на мертвое лицо. Из темного провала свесилась прядь зеленых волос со спутанной и уже довольно грязной, но каждый раз тщательно поправляемой, насколько это получалось… ленточкой.
Сколько времени она простояла в таком положении? Наверно много. Только странные мерцающие капли, падающие и оставляющие влажные
— Старшая… как же так…
Наконец, решение было принято. Стенки шара-кокона опять сошлись и он, бережно держа на вытянутых лозах найденное тело, покатился прочь с берега, не забыв, правда, прихватить все, что успел собрать до этого. Долг, как бы ни была сильна боль в душе, надо выполнять. И кроме того, Существо, сидящее внутри, знало только одно место, достойное для последнего пристанища.
…Вниз по каменным коридорам, проложенным когда-то жизненной силой могучих и ныне отсутствующих корней. По пути небрежно сбросить в Пищевую Яму то, что найдено. А «ее»… только лично, только «туда». К Сосредоточию. И пусть результат будет тот же. Но «Он» сам заберет тело, и существо в шаре-коконе верит, что частичка Старшей навсегда останется здесь. Настоящей Старшей, а не тех убогих «сестер», что сейчас через Слияние в очередной раз угрожали и пытались что-то приказать, не успев перехватить и не решаясь спуститься сюда. Подумаешь Наказание. Не так она представляла Служение. То, что приходиться делать каждый день и, возможно, всю вечность впереди — вот настоящее наказание. А сейчас последняя дань памяти той, кому оказалось неважно, какого оттенка кожа и насколько ты молода. «Сестры» же, как не бесились, Имя отнять не смогут.
…
Вот и все. Быстро. Даже удивительно как быстро. «Он» просто выхватил тело мгновенно появившимися корнями и утащил к себе. Даже пару лоз оторвал. Не страшно, новые вырастут. Потом можно спуститься и найти «то» место. Ведь в отличие от «сестер», в самом низу у Сосредоточия ее также не съедят. Затем надо будет что-то вырастить. Красивое. И ходить постоянно. Память — второй драгоценный подарок, о котором никогда не стоит забывать.
…
«Наконец-то! Неужели спустя вечность боли и страданий появился шанс? Сон Мира, Последняя Надежда, стал явью. И Он сможет после такого количества бесполезных попыток создать Новую Жизнь…».
…
Пустота. Темное и безразличное ко всему Ничто. И медленно проступающая светящимися символами, как будто совершающая невероятное усилие, надпись:
— «Внимание! Перезагрузка системы…»
И следом:
— «Перезагрузка системы — успешно»
— «Сохранение новой конфигурации — успешно»
— «Воссоздание личностной матрицы — успешно»
— «Запуск восстановления первичной оболочки — успешно»
— «1 %»… «2 %»… «3 %»…
…
Небольшая каменная пещера, заполненная причудливо изгибающимися и переплетенными корнями. В одном углу они образовали странный кокон. Если приглядеться, то можно заметить в нем какое-то тело. Впрочем, делать так не обязательно, ведь сбоку, не скрываясь, сквозь небольшую щель свешивается кисть руки. Белая почти просвечивающая кожа. Тонкие хрупкие пальцы, которые… только что слегка шевельнулись…
Глава 1. То, что нас не убивает… Часть 1