Внизу
Шрифт:
— Виктор Макарович Миронов-Задунайский, баронет, одаренный третьей категории, огонь! В сторону! В сторону, я сказал! — обдолбанного парня оттолкнули, отчего тот врезался в стену. — Следующий! Быстро! Антон Эдуардович Голицын, княжич, одаренный третей категории, вода!
За неполные пятнадцать минут лейтенант успел идентифицировать больше двадцати человек, которых задержали возле и внутри клуба.
— А теперь внимательно слушаем меня! — майор замер перед строем молодых аристократов, буравя взглядом одного за другим, одного за другим. — Мне от вас нужен ответ всего лишь на один вопрос. Всего лишь ответ на
В воздухе повисла небольшая, но весьма напряженная пауза. Майор поднял вверх указательный палец, призывая всех очень серьезно отнестись к следующим его словам.
— Если кто-то из вас возомнит о себе невесть что и утаит нужную мне информацию, то очень сильно пожалеет об этом, — он вновь вынул из кобуры пистолет и медленно клацнул затвором. — Очень сильно пожалеет. Итак, вопрос… Кто слышал о новом препарате, которому здесь дали наименование «Реаниматор»?
Мужчина медленно пошел мимо стоявших аристократов, всматриваясь в их лица. Большинство недоуменно таращили глаза, явно первый раз слыша это название. Лишь пара юнцов в этот момент весьма характерно переглянулись. Определенно, что-то знали о препарате.
— Вы двое остались, а остальные пошли вон отсюда! — офицер ткнул пальцами в обоих парней, тут же вздрогнувших при этом. — Так… Станислав Воротынский и Игорь Йоффе-Третий, княжичи… И кто мне ответит на мой очень простой вопрос?
Воротынского еще никак не отпускало. «Бычился» и бросал на майора гневные взгляды. Это явно будет молчать, пока на него, как следует не надавишь. А давить на такую персону офицеру, к сожалению, было не с руки, хотя вслух он и говорил обратное. Слишком уж серьезными могли быть потом последствия. Второй же аристократ — Игорь Йоффе-Третий явно был слабаком, готовым вот-вот «расколоться».
— Хорошо, очень хорошо, — зловеще улыбнулся майор, вплотную подходя к Йоффе-Третьему. Вытащенный пистолет поднес к его голове и несколько раз ее легонько коснулся. От каждого такого прикосновения юнец вздрагивал всем телом, едва не валясь с ног. — Тогда перейдем к другим методам…
Не понадобилось. Княжич все же не выдержал.
— Стойте, стойте, во имя всего святого! — визгливо закричал он, отмахиваясь от приставленного к его голове пистолета. — Стойте! Я все скажу! Все скажу! Не стреляйте! Пожалуйста!
Пистолет исчез в кобуре, а майор активировал видеозапись на коммуникаторе, приготовившись все тщательным образом фиксировать.
— …Я слышал про «Реаниматор», — с испугом косясь на офицера, продолжал парень. — Про него много чего рассказывали такого, что не сразу и разберешь, где правда, а где нет. Болтали, что самого последнего нарика, убитого дурью, может за пару минут на ноги поставить. А если его во время ломки принять, то сразу же как новенький становишься… Я и сам попробовать хотел, а то после некоторых вечеринок сутками пластом лежал. Из меня из всех дырок дерьмо шло… Только бешеные деньги за Реаниматор просили. А у меня в последнее время с деньгами было не очень. Вдобавок, еще достать было сложно. У простого пушера на улице такого точно не было… А со мной точно ничего не будет? — прервавшись, с надеждой спросил он. — Точно?
Недовольный
— … Только почти неделю уже, как все затихло. У нас народ уже все точки обошел. Такое баблишко предлагают за препарат, что закачаешься, — продолжил рассказывать юнец, уже не так трясясь как раньше. Похоже, слова майора его чуть успокоили. — Вообще, ни одного пушера больше Реаниматора нет. Болтают, что товар этот доставали втихаря с одной военной лаборатории, где для спецвойск сыворотку жизни разрабатывали. Мол, первоначально именно так Реаниматор называли, так как он мог даже смертельно раненного солдата на ноги поставить…
Через некоторое время Йоффе-Третий замолчал, выдав все, что знал. К сожалению, ни сам препарат, ни источник его распространения так и не удалось идентифицировать. В клуб его приносил один из мелких аристократов, какой-то барончик из Сибири, разбогатевший в последнее время странным образом. Только этот тип в последние дни не появлялся в клубе и не отвечал на вызовы. В съемном пентхаусе, где он неоднократно закатывал умопомрачительные вечеринки, его тоже не видели. Пропал, словно его и не было никогда.
— //-//-
Вальяжно развалившийся в кресле генерал, глава одного из районных управлений полиции, неспешно пил свой утренний кофе. Он смаковал буквально каждый глоток крепкого ароматного напитка. Отхлебывал и откидывался на спинку кресла, чтобы медленно проглотить глоток.
— Хорош, собака, — протянул мужчина, чувствуя, как проходит сонливость, а тело наполняется бодростью. — Хорош…
Вновь откинулся в кресло и закрыл глаза. Шумно вдохнул воздух и также громко выдохнул. На круглом румяном лице заиграла довольная улыбка. Жизнь, явно, была хороша, что подтверждал и этот только что начавшийся день. Эта мысль прямо таки читалась на его лице.
— Да, хорошо…
И в это самое мгновение раздался весьма странный звук, напоминавший трель звонка коммуникатора. Только у него был совершенно другой звонок.
— Что это ещё такое?
Генерал все равно потянулся к коммуникатору. Тот, действительно, молчал, не издавая ни звука.
— Не пойму…
Звук, кажется, раздавался из недр его огромного стола из мореного дуба. Только, почему? Ведь там ничего не было, за исключением…
— Какого хрена? Ведь это же…
Генерала вдруг пробил холодный пот, хотя в кабинете была весьма прохладная температура. Мгновенно белоснежная рубашка взмокла. Ведь, звонил «левый» коммуникатор, который использовался им лишь для звонков одному серьезному человеку из безов в центральном аппарате. Ему генерал регулярно «заносил» кое-какие средства, получаемые с районных предприятий.
— Точно, — вытащив, коммуникатор убедился мужчина. Звонок шел с того самого номера. Ворот рубашки внезапно так сдавил шею, что дышать стало трудно. — Что ему еще нужно… Да, слушаю, — едва пересилил себя, чтобы голос не выдал его панику. — Кхе, слышаю.
После недолгого молчания трубка ответила.
— Что, обосрался, генерал? — вопрос вроде был глумливым по содержанию, но в тоне голоса говорившего не было ни капли веселья. Тревога сквозило так, что чувствовалось даже через коммуникатор. — Тогда правильно сделал. Можешь даже трусы не менять. Видимо, такое еще не раз случится. Проблема у тебя…