Внешний мир

Негласная Елена

Виль улыбнулся и позвал:

— Вильварэн, покажись! Теперь ты мне веришь?

— Верю! — из-за кустов вынырнул высокий (почти на две головы выше меня) эльф с синими волосами. Он улыбнулся Вилю, церемонно поклонился мне (а как легко и изящно! Не думала, что в доспехах, хоть и не полных, можно быть настолько грациозным!) и поспешил представиться: — Вильварэн Лэйтэмиррен, Страж Диндаэрона. Для меня большая честь поприветствовать Вас в нашем Лесу, Эленсиль…

— Похоже, мне представляться уже нет нужды… — я укоризненно посмотрела на Виля. Тот смутился и прошептал:

— Вильварэн —

мой напарник. Я не мог не сказать ему!

Вильварэн тем временем продолжал, делая вид, будто не слышит нашей перепалки (вот ведь воспитание у человека, а! То есть у эльфа…):

— Как временно исполняющий обязанности Главы Совета Диндаэрона, я прошу Вас, Эленсиль, принять титул Гостя Диндаэрона и заверяю в том, что мы будем рады видеть Вас в нашем Лесу в любое время.

Я подавилась очередной язвительной фразой, которой хотела наградить Виля. Ничего себе напарничек у него! И.о. Главы Совета этого Леса! А как понять — "и.о."? Куда это они Главу Совета задевали? Надо будет спросить…

— Я с благодарностью принимаю Ваш дар, Вильварэн. — Ну не могу я обращаться на "ты" к Главе Совета при исполнении обязанностей! Надеюсь, я права…

— Был рад познакомиться с Вами, — снова поклонился эльф и растаял среди зелени, не дожидаясь моего ответа. Не очень-то и хотелось… Будем считать, что так и было запланировано.

Я повернулась к Вилю… и его не обнаружила! Не поняла?.. Он что, решил смыться от меня подальше? Испугался? Или довёл до Леса, а дальше я сама должна разбираться?..

Неизвестно, до чего бы я ещё допредполагалась, если бы Виль не вынырнул из-за дерева прямо перед моим носом.

Я отшатнулась, громко (но, слава богу, на русском!) сообщив эльфу необычные подробности из его родословной, и, выпустив пар, поинтересовалась:

— Попытка побега не удалась?

— Ага, — печально вздохнул эльф и добавил шёпотом: — Встретишься с Эстэль в моей лиэтаннэ, ладно?

— Это что, "предложение интимного плана"? — ляпнула я.

Эльф поперхнулся, закашлялся и густо покраснел. Тьфу ты, здесь же совсем другие нравы! М-да… Умею я казаться цивильной…

— Нет… — С трудом выдавил из себя эльф. — Просто вам с Эстэль, думаю, понадобится место, где можно спокойно смыть краску… Считай, что я просто приглашаю тебя в гости!

— Ладно, ладно… — поспешила согласиться я, пока Виль не обиделся окончательно, и переменила тему: — Ви… Олорин (блин, чтоб я понимала, как мне сейчас к нему обращаться…), а почему имя этого Стража похоже на твоё? Это что-то значит?

— Нет. Официальное имя даётся эльфу в зависимости от дня, года и времени его рождения и ничего не значит, разве что… Ну, в твоём случае, например, имя Эленсиль образовано от слова "звезда", что считается очень хорошим знаком. А в какой момент от какого слова образовать имя — это знают только Аллимэ имён, я даже примерно не представляю.

— Меня теперь все эльфы будут Эленсиль звать? Я так скоро своё родное имя забуду! И вообще, зачем мне столько имён?! Зачем такая сложная система?

— Раньше, когда все эльфы жили в одном Лесу, считалось правильным давать шикарные, длинные имена… ну, например, Аллориэнтарэля ты знаешь, его назвали по старым

канонам. Чтобы не озвучивать каждый раз полное имя, использовали личные имена. А фамилия… фамилий раньше было всего четыре — Турин Сулион, Карнэ Валнаурон, Луини Келумэйон, Нолэ Кеменион — по Стихиям-покровителям: Воздуху, Огню, Земле и Воде. Трудно сказать, как выбиралась Стихия-покровитель… Бывало, что Огненному эльфу доставалась в покровители Стихия Воздуха, и тому подобное. Говорят, были какие-то артефакты, определяющие Стихию-покровителя любого эльфа. Сейчас же Аллимэ имён либо называют одну из существующих фамилий, либо предлагают придумать свою. Чем они руководствуются, только им ведомо.

— А что значит — Стихия-покровитель? Что она даёт?

— Я слышал, что здесь, далеко от исторической родины эльфов, Стихии-покровители ничего не значат и никак себя не проявляют. Но точно не знаю — все давно о них забыли, даже старейшие из нашего народа мало что помнят и ничего не понимают… Мы пришли.

Такое, мягко говоря, неожиданное завершение речи заставило меня проглотить ещё сотню-другую вопросов, которые мне хотелось задать, и осмотреться вокруг.

Лес как лес. Деревья, кусты, травка-муравка и уйма насекомых… И куда мы пришли?

Словно в ответ на мой вопрос из земли вдруг стали расти серебристые прямые побеги. Нет, не расти — скорее, они появлялись из воздуха, — чинно, неторопливо, снизу вверх. Ровные белые столбики на высоте двухэтажного дома разветвились, образуя тропинки. За ними, так же неторопливо, начиная полом и заканчивая куполообразной крышей, проявилась сама лиэтаннэ. Сплошное позёрство и выпендрёж, но до чего красиво!..

— А как туда попасть? — уточнила я, смерив взглядом расстояние от земли до тропинок.

— Вот так, — улыбнулся Виль, щёлкая пальцами.

Одна из тропинок зашевелилась и грациозно изогнулась, касаясь нижним концом земли у наших ног.

— Прошу Вас, — Виль пропустил меня вперёд и поднялся следом. Тропинка сразу выпрямилась, возвращаясь в исходное положение.

Лиэтаннэ оказалось небольшим, но уютным. Как всегда в эльфийском жилище, весь этаж занимало одно большое помещение — и на первом этаже мы и обосновались, потягивая сок в ожидании Ниирэ.

Она появилась буквально через пару-тройку минут (через ход… когда же я привыкну к местному времени?). Виль вышел встретить гостью. Я слышала, как они представились друг другу, причём тон Ниирэ был, мягко говоря, недовольным. Конечно, кому понравится, когда его настойчиво зовут непонятно куда непонятно зачем, да ещё и срочно?! Виль не стал опускаться до долгих объяснений и просто предложил эльфийке пройти внутрь. Ниирэ прошла.

И сразу, не отходя от кассы, с радостным визгом повисла у меня на шее… Странно, я думала, эльфийки должны быть лёгкими, почти невесомыми, а тут под нашим общим весом даже пол затрещал. "Подходящий груз есть, можно идти топиться", — подумалось мне. Наверное, эта мысль довольно чётко отразилась на моём лице, поскольку Ниирэ тут же отпустила мою шею и отошла на шаг, внимательно оглядывая меня с ног до головы, как какую-нибудь статую в музее.

— Голова не отвалилась? — поинтересовалась я. — А руки на месте?