Вне закона

«Женщина!»

Профессионал уставился на возможного нанимателя с выражением, настолько близким к оскорбленному, насколько позволял его неэмоциональный характер.

— Вы меня вызвали, чтобы напугать женщину? — Это было сказано ровным голосом, но по дергавшейся щеке было видно, что он сдерживает гнев. Голос его был низким, глубоким и угрожающим подобно отдаленным раскатам грома, а поблескивающие глаза ни разу не моргнули.

Взгляд был совершенно непроницаемым и холодным, и Алекс Ньютон заерзал в своем инвалидном кресле, что было ему совершенно несвойственно. Он подумал, что, может, он здорово

ошибся, когда вызвал сюда этого профессионала по имени Лобо [1] .

О н лихорадочно размышлял, как бы умиротворить этого человека, чья личность доминировала в богато обставленной комнате, служившей Алексу убежищем.

— Она не одна. Там еще есть мужчина, который ей помогает…

Поджарый, похожий на хищного зверя, Лобо начал бесшумно ходить взад-вперед по кабинету Алекса подобно беспокойному волку, чье имя он носил. Услышав слова Алекса, он резко повернулся.

— Расскажите подробнее о женщине, — прервал он.

Алекс старался подавить угрызения совести. Он был готов на все, лишь бы уничтожить своего ненавистного врага Гэра Морроу. На что угодно.

— Старик оставил ей ранчо после того, как она пару раз зашла его навестить. Но оно мое по праву.

Глаза Лобо сузились. Этот человек что-то скрывал. Он это знал. Он ощущал это. Тем не менее разъяснение Ньютона его удовлетворило. Он никогда не был слишком высокого мнения о женщинах. Он знал, что они более склонны к жестокости, чем мужчины. Ему никогда не забыть старуху из племени апачей, которой его отдали в рабы, когда он был почти малышом. Ему никогда не забыть, как холодным утром она будила его пинками или рывками обвязанной вокруг его шеи веревки. Если он был недостаточно проворен, она тянула веревку, пока он не начинал задыхаться, и тогда она и другие женщины смеялись, когда он жадно ловил воздух, отчаянно пытаясь освободиться. С тех пор ему не встретилось ничего такого, что могло бы изменить его отношение к женщинам. Им было лишь одно употребление.

Теперь его мало что могло смутить. Но его раздражало, что ему пришлось ехать сюда издалека ради такой работы. Это было оскорбительным. Женщина, надо же! Он стиснул зубы.

— Пять тысяч долларов, если она продаст ранчо, — сказал Алекс Ньютон.

— За то, чтобы напугать женщину? — фыркнул Лобо. — Не слишком ли дорого?

— Здесь есть еще один фактор. Тот мужчина у нее на ранчо — он бывший шериф. Его фамилия Томас.

В первый раз любопытство Лобо было затронуто. Он уже готов был уйти, но теперь заколебался. При звуке этой фамилии что-то шевельнулось в его памяти.

Лобо продолжал мерить Ньютона немигающим взглядом, который оказал бы честь и гремучей змее.

— А как его зовут?

— Брэди. Брэди Томас.

— Из Нью-Мексико? — проворчал Лобо.

— Когда-то он там был, мне говорили, — ответил Ньютон.

— Почему он оказался здесь?

Алекс опять заерзал. Он не ожидал, что будет испытывать чувство вины. Когда он послал за этим человеком, то был здорово разозлен. Уже который раз Уиллоу Тэйлор отклонила его предложение купить ее пришедшее в упадок ранчо, да еще за цену в несколько раз большую того, что оно стоило. Но теперь, раз уж он зашел так далеко…

Лобо нетерпеливо прервал его размышления.

— Я

спрашиваю, почему он сидит на ранчо? Почему он теперь бывший законник? Когда последний раз я о нем слышал, он был одним из лучших.

— Зачем вам это знать?

— Я хочу все знать. Я никогда не делаю работу вслепую. Как раз поэтому она всегда делается хорошо. Я знаю репутацию Томаса в Нью-Мексико. Чертовски отличная репутация.

— Теперь он спился, — сказал Алекс.

Он решил действовать, но это не значило, что этот человек будет находиться в его доме хотя бы на мгновение дольше, чем будет необходимо. Он припомнил все, что рассказывали об этом убийце-отступнике: это белый, который воевал против своих на стороне апачей, профессиональный убийца без жалости и угрызений совести. Он снова поежился, стараясь не выказывать страха. Алекс Ньютон до тех пор, пока пуля не приковала его, беспомощного, к инвалидному креслу, считал себя сильным человеком, храбрым и независимым. Он ненавидел ощущение собственного бессилия, особенно в присутствии этого опасного, могучего животного Лобо. Очень подходящее имя.

— С каких пор? — Вопрос Лобо прервал ход мыслей Алекса, и он не сразу понял, что тот спрашивает о Брэди Томасе.

— Примерно три года.

— Почему?

Алекс, сдерживая гнев, посмотрел на поджарого собеседника. Похоже, не он допрашивал этого типа, а тот его.

— Почему? — резко, как выстрелил, повторил Лобо. Алекс пожал плечами, пытаясь выказать безразличие, которого он не ощущал.

— Я только передаю слухи. Он на время перестает пить, потом начинает снова. Его уволили с городской службы. Приютился на ранчо Уиллоу Тэйлор.

Лобо опять стал расхаживать по комнате. Ньютон ему не нравился. Ему не нравилась эта работа, хотя присутствие Брэди Томаса придавало ей определенный интерес.

— Расскажите еще о женщине.

— Я хочу, чтобы вы ее только напугали.

— Томаса напугать не просто.

— Может, сейчас он легче пугается, — сказал Алекс. Лобо в это не верил. Он хорошо знал таких людей, как Брэди Томас. Они никогда не отступали. Но теперь он уже заинтересовался, и по возбужденному выражению лица Алекса понял, что тот это заметил.

— Я не стану делать ничего противозаконного, — предупредил Лобо. — Ради вас я не собираюсь попадать в тюрьму. Я всегда держусь в рамках закона. — Он не стал говорить, что зачастую ему удавалось ловко повернуть закон в свою пользу.

— Я только хочу, чтобы она испугалась и уехала, — повторил Алекс.

— Почему вы позвали меня?

— Из-за того, что о вас известно, — откровенно признался Алекс. — Я рассчитываю, что одного вашего имени будет достаточно, чтобы она согласилась продать ранчо. Все равно она не имеет на него права. Ей же будет лучше. Женщине в одиночку не управиться с такими угодьями. А я предложил ей в несколько раз больше, чем оно стоит.

— Почему же тогда…

— Видимо, она считает, что сможет получить больше, — сказал Ньютон, снова борясь с угрызениями совести. — Другой… другой ранчер тоже хочет его купить. Но я больше не дам, а тот больше не может себе позволить.

Лобо коротко выругался про себя. Будь проклят этот тип. Однако он уже здесь, и работа выглядела несложной. Он сейчас был без дела, а женщина казалась довольно бессовестной, раз обманула умирающего.

— А если они не испугаются?

Алекс был уверен, что испугаются, даже эта упрямица Уиллоу Тэйлор. Он не считал себя трусом, но когда глядел Лобо в глаза, его пробирала дрожь.