Вне времени
Шрифт:
Но в его голосе не было и намека на теплоту. Одна холодная ирония. Мария собрала все свое мужество и ответила ему в тон:
— Ваше радушие не имеет границ. Я слышала, что американцы славятся гостеприимством, и теперь вижу, что это правда.
На мгновение в его глазах вспыхнуло любопытство, сменившееся чем-то похожим на одобрение. А затем все исчезло.
— Не такая уж правда, — сказал он, — если брат бросил вас одну.
— Я не могу пожаловаться на обращение вашего брата, — решительно ответила Мария, слегка подчеркнув
— Не сомневаюсь. Макс щедр. Иногда безрассудно. И сердце у него мягкое, — презрительно процедил Теодор, заставив Марию вспыхнуть от гнева.
— Ваш брат тоже много рассказывал мне о вас… Он говорил, что вы уговаривали его жениться и будете рады за нас.
— Малыш всегда верит в то, во что хочет верить. Каждый раз, привозя сюда своих невест, он уверял их, что я обрадуюсь.
— Невест? Во множественном числе? — уставилась на него гостья.
— Вы четвертая… или пятая? Я потерял счет. Каждый раз одно и то же. Он выныривает из облаков, таща на буксире совершенно неподходящую ему женщину, и заявляет, что она «та самая». Мы с леди недолго беседуем, после чего она отбывает, становясь гораздо богаче, чем была до приезда. Моя милая девочка, вы одна из многих.
Услышав эти циничные слова, Мария вышла из себя.
— Если вы отваживаете от него невест, ничего удивительного, что их так много! — бросила она. — А если думаете, что от меня можно откупиться, то сильно ошибаетесь! Я люблю вашего брата, а он любит меня! И мы собираемся пожениться!
— Прекрасно, прекрасно. Не отступайте! Взвинчивайте цену. Но всему есть предел, так что не тратьте силы понапрасну, пытаясь заставить меня превысить его.
— Вы сумасшедший! — крикнула она. — Настолько привыкли к этой мысли, что уже не в состоянии видеть правду!
— Я уже видел правду, — хладнокровно парировал Теодор. — Она была написана у вас на лбу несколько минут назад. Вы рассматривали сад как делец, выгодно вложивший деньги и радующийся своему приобретению.
— Я радовалась его красоте, вот и все! — возмущенно ответила Мария. — Этот сад — самое прекрасное место, которое я когда-нибудь видела. Вернее, был им. Пока не пришли вы. Сейчас он похож на Эдем, в который заполз змей!
Он вздрогнул, и девушка поняла, что попала в цель.
— Оригинально… Должен признаться, вы не похожи на предыдущих подруг Малыша. Все они были бесстыжими молодыми особами, козырявшими своими внешними данными и готовыми вступить в сделку. Вы действуете более тонко.
Он смерил гостью взглядом, заставив ее с новой силой осознать собственную неказистость.
— Вы не радуете глаз. — Спокойный тон только подчеркивал небрежную жестокость его слов. — Кроме того, вы старше его обычных девиц. И намного старше Малыша.
— Я старше его на пять лет и никогда не скрывала свой возраст, — решительно возразила Мария. — Но он не такой ребенок, как вы думаете!
—
— Мне все равно, что вы думаете. Если уверены, что можете отговорить брата от женитьбы на мне, — попробуйте!
— Видите ли, я так часто этим занимался, что детали меня не интересуют. Просто скажите, сколько вам нужно. Моя крайняя цена — три тысячи долларов. Если вы будете благоразумны, могу добавить еще две, но чем больше вы станете испытывать мое терпение, тем меньше получите.
От его наглости у Марии захватило дух. Придя в себя, она нашла силы рассмеяться.
— Вы даром тратите время. Я не прикоснусь к вашим грязным деньгам!
— Сказано сильно, но мои деньги заработаны честно.
— Однако используете вы их в грязных целях! — вспыхнула Мария. — Вы пытаетесь покупать и продавать любовь!
— Напротив. Любовь не имеет к этому никакого отношения.
— Где вам это понять? Вы не узнаете любовь, даже если вам ее пришлют с накладной. Я выхожу за Макса, потому что люблю его и потому что…
Она запнулась. Говорить о ребенке не время. Они должны сделать это вместе с Максимилианом.
— Почему? — спросил Тео, саркастически приподняв брови.
— Я выхожу за него по любви, — повторила Мария. — Она взаимна. И против этого вы бессильны. Можете грозить сколько угодно. Это вам не поможет.
Наступило молчание. Затем его лицо исказилось.
— Вы очень смелы, сеньорита, — наконец промолвил Теодор. — И в то же время очень глупы. Я не позволяю людям безнаказанно перечить мне. Это… вредно для бизнеса.
— Любовь — не бизнес.
— Нет, бизнес, в котором я разбираюсь лучше вашего. Минуту назад вы могли получить крупную сумму. Сейчас вы потеряли все и вскоре убедитесь в этом.
— Нет, это вы убедитесь, что чувства так легко не покупаются!
— Не будьте дурой, — грубо ответил он. — Мне ничего не стоит восстановить брата против вас.
— Если бы это было так легко, вы бы не предложили мне деньги.
Тео сжал губы.
— Я пытался вести торг честно.
— Нет, вы пытались запугать меня! Но это невозможно, так что не тратьте время понапрасну. Попробуйте настроить Макса против меня. Увидите, что получится.
— Вы очень уверены в себе, — мрачно буркнул он. — Даже дерзки. Вам предстоит узнать, что в этом доме дерзить позволяется только одному человеку.
Но знание того, что она носит младенца, добавляло Марии смелости. Макс хочет этого ребенка. Он никогда не отвернется от его матери. Поэтому она не стала отвечать Теодору, а просто улыбнулась и с удовольствием увидела, что его лицо утратило решительное выражение. Их глаза встретились. В одних светилась бесконечная сила материнства, олицетворения земли и вечности, в других — угрюмое сомнение, смешанное с гневом и невольным уважением.