Вне спасения

Alfranza

Свон сунула листок в карман и развернувшись пошла обратно в дом Регины. У нее все еще была надежда на то, что она вытащит Миллс из ямы депрессии и заставит жить ради будущего, а не прошлым.

========== Истина. Истоки. ==========

Избран путь, по которому нужно идти,

Страшно мне без тебя, Эмма, в этом пути.

Ты поддержка моя, ты Спаситель, шериф!

Одна я в этой жизни, как сказка, как миф.

Когда ты покорила меня, я сдалась.

И теперь не насытиться мне тобой всласть.

Когда Эмма рассказала Регине о том, что Румпельштильцхена больше нет. И о том, что теперь

Регина самая могущественная обладательница магии в Сторибруке, она почему-то ожидала совсем другой реакции. Но Регине, казалось, легче не стало ни на грамм. Эмме даже показалось, что Миллс готова была обвинить их с Белль в том, что они разрушили что-то между ней и Темным. Регина тем вечером не проронила ни слова, и Эмме пришлось в тишине встречать ночь.

Она вертела в руках листок с посланием Крюка и никак не могла понять, почему ее не тянет к мужичине, который готов был совершить преступление ради нее. Крюк едва не перешел на темную сторону снова, ради того, чтобы навсегда увезти Эмму с собой, но в результате уплывет в эту ночь из Сторибрука с Белль. И определенно, это лучше, если бы Эмма бросила тут все и отправилась на край света с человеком, которому даже не симпатизирует. Это странно, но это было истиной.

А еще истиной было то, что не смотря на молчание Регины, Эмма не жалела о выборе. Она хотела остаться в этом городе.

С Региной.

В этом была ее истина. Она примирилась с тем, что не будет счастлива ни с единым мужчиной после смерти Нила. Но о женщинах речи не велось. И Эмма подумала о том, что они с Региной впоследствии смогли бы стать друзьями.

– Вряд ли она придет, Крюк.

Белль похлопала по плечу пирата, который глаз не сводил с пустынной мостовой, по которой иногда к нему приходила Свон. Иногда. На самом деле это было всего дважды, и оба раза, Крюк желал чтобы эти разы не кончались, а повторялись как можно чаще. Он признался еще в Неверленде, что влюбился, но Эмма вообще никак не отреагировала на это. Ее занимали жизни тех, которых они в результате так и не смогли спасти. Из всех их, только о Тинкербелл никто не лил слез. А между прочим именно Леди Динь, сказала Крюку как-то, что: «ты можешь повстречать женщину, которая разобьет твое сердце и ты ничего не сможешь с этим поделать». Как в воду глядела. Свон разбила ему сердце, а теперь скорее Белль окажется права. Эмма не придет, чтобы пожелать ему счастливого пути. Эмма не придет, потому что он в очередной раз предал ее доверие. Эмма не придет, потому что выбрала не его. А еще Эмма просто знает, что это может быть ловушка. И хотя это совершенно не так, Эмма перестрахуется, поэтому останется с Региной, а Крюку придется смириться с тем, что его в очередной раз нокаутировала судьба в обличии женщины, которая оказалась ему не по зубам.

Он бросил последний взгляд на обильно политую светом фонарей мостовую, и кивнув самому себе, ступил на трап. Белль уже стояла на палубе, и в ее взгляде совершенно не было той грусти, которая была еще день назад. Белль стала Темной, но совершенно не желала власти. Во всяком случае, здесь, в Сторибруке, ей ничего больше не было нужно.

– Ты забудешь ее, я позабочусь об этом, - улыбнулась Белль пирату, и он не сомневался в ее словах.

Но истина оказалась в том, что Крюк больше не хотел любить никого.

Ночь для Эммы прошла в раздумьях. В основном Свон думала о том, что же будет с ними всеми дальше. А вот о себе она меньше всего старалась заботиться, хотя у нее был шанс просто набрать номер Крюка. Если бы она сделала это, она бы никогда не избавилась от ощущения, что все-таки хотела бы оказаться на корабле вместе с пиратом. Но нет, Эмма хотела остаться с Региной. Возможно Эмма хотела этого очень давно, просто

признать это было не просто тогда.

И сейчас. Сейчас было не просто признаться себе, что Свон осталась ради Регины. Ради того, чтобы дать Регине шанс на новую жизнь. И как, черт возьми, Эмма на самом деле хотела быть таким шансом для женщины.

***

Свон проснулась уткнувшись в подушку, и накрытая пледом. Ночью она долго не спала, просто лежа на диване в гостиной. Когда она села на край дивана, она заметила, что в доме мэра стояла гробовая тишина. Ни звука, ни ветерка, который обычно гулял свободно по большому особняку. На миг Эмма испугалась, что Регина могла…

Шериф подскочила как ошпаренная с дивана, и соображая, что делать в случае если все будет плохо, понеслась наверх. Дверь в спальню оказалась не заперта, и Свон влетела внутрь, даже не додумавшись постучать сперва.

Регина лежала к ней спиной, и Эмма бросилась к ней. Ощущение паники усилилось, когда неуклюже она смахнула с тумбочки пузырек с таблетками. Успокоительное или антидепрессанты, разбираться было некогда. Приложив палец к сонной артерии, Эмма облегченно выдохнула. Регина была жива, но видно в таблетки добавлялась изрядная доза снотворного, ибо женщина спала как убитая. А ведь обычно Регина не позволяла ей себя трогать, даже отстранялась от прикосновений.

– Регина…

Эмма даже не знала, зачем она зовет ее. Возможно, чтобы убедиться что все в порядке. Иногда даже реальность врет безбожно. Эмма боялась потерять сейчас еще и Регину. Тогда ей точно нечего будет делать в этом чертовом городе, который она считала своим домом.

Поспешно положив ладонь на горячий лоб Регины, Эмма впервые ощутила, как по спине бегут мурашки от того, что Регина могла с ней сделать за подобные прикосновения. Это еще больше напрягало. Но Миллс все же дышала, значит, это могла быть просто легкая передозировка. А Эмма просто пришла в нужный момент. Эмма всегда, приходила в нужный момент. исключая лишь случай с сыном. Но тогда они обе не успели и обе потеряли. А сейчас обе этой потерей повязаны, и никто не сможет их понять лучше, чем они друг друга. Вот это была та самая истина, которую так отчаянно Свон искала в Крюке. Крюк был не виноват, что Свон выбрала ту, к кому ее тянуло.

– Эмма, - женщина открыла глаза и отстранилась от ладони Спасительницы.
– Что ты делаешь в моей спальне?

Регина не кричала, не злилась, но смотрела с недоумением. Еще немного времени прошло, и Миллс хотела переспросить Эмму, но девушка вдруг наклонилась над ней, и произнесла:

– Я рада, что с тобой все хорошо, Регина. Я просто рада.

После этого Свон встала и быстрым шагом вышла из спальни, притворив за собой дверь. Уже внизу, Эмме подумалось о том, что кажется она слишком сближается с Миллс, что начинает ее саму не просто пугать. Это напоминает ей о том, что они обе одиноки, а значит рано или поздно их притянет как магнитом друг к другу. Это лишь вопрос времени. Именно это было истинной причиной того, почему Эмма изначально боролась за Регину. Она боролась за их обеих. Ради будущего их обеих.

И Свон только сейчас подумала о том, что не прогадала.

========== Якоря прошлого. Яблоки ==========

Я не могу так больше, слышишь?

Быть может мне и не судьба.

Любовь ведь это тоже смысл,

Отчаянная боль, борьба.

Куда б не шли наши пути,

Истоки сути б нам найти.

Неделю спустя.

Оказалось, можно с Региной прожить неделю в ее особняке, в мире и спокойствии. Вставать по утрам, готовить тосты и кофе, смотреть в сад на опадающие осенние листья, слушать как мадам мэр перебирает собственные страницы бытия.