Вне игры
Шрифт:
Как только я покидаю аудиторию и закрываю за собой дверь, меня тут же прижимает к стене крепкое мужское тело.
— Ну привет, Птичка, — шепчет мне на ухо Альберт, и я сразу же вся покрываюсь мурашками, часто дыша. — Расскажешь, что было на перемене?
— О чём ты? — делаю вид, что не
Красивые губы мажора искажаются в кривой улыбке, и в следующую секунду он хватает меня за руку и куда-то ведёт.
— Куда ты меня тащишь? Меня вообще-то в деканат вызывали, — пытаюсь я освободить руку из крепкого захвата.
— Я тебя вызывал, — бросает он мне на ходу.
— Я тебе не шлюха, чтобы меня вызывать, — огрызаюсь я.
— Хорошо, как скажешь.
Нет, ну это нормально вообще? Кто так делает? Снимать посреди занятия, ничего не объяснить, да ещё и куда-то вести. Ладно ещё бы с лекции, но прямо среди моего же собственного выступления… Я ещё раз дёргаю руку, но бесполезно.
— Разве ты сейчас не должен учиться?
— Сейчас есть дела поважнее.
Мы подходим к какой-то аудитории. Альберт открывает дверь, проверяет, есть ли там кто, а после буквально впихивает меня внутрь. Заходит следом и, закрыв за собой дверь, разворачивается ко мне и задумчиво смотрит.
Находиться с ним в одном кабинете, да ещё и запертой, не входит в мои планы, и я начинаю немного паниковать.
— Зачем ты меня сюда привёл? — осторожно спрашиваю я, отходя от него подальше. Сейчас я ощущаю себя добычей в лапах свирепого хищника.
— Продолжить наш разговор, — отвечает Альберт, изучая меня потемневшим взглядом. А потом подходит ко мне и, взяв за руку, дёргает на себя, впечатывая в своё тело. И в следующее
Наш первый настоящий поцелуй погружает меня в состояние, близкое к нирване. Моё тело будто пронзает электрический разряд, ноги становятся ватными, а в голове абсолютная каша. По венам вместо крови течёт раскалённая лава. И вот я уже отвечаю на его поцелуи.
Его язык уже касается моего. А сердце пропускает удар.
Я слышу тихий стон, но не могу понять, кому из нас он принадлежит. В конце концов, это уже не имеет значения.
Альберт делает со мной что-то нереальное. То, что находится за пределами моего понимания.
Мы отрываемся друг от друга, смотрим друг другу в глаза, и моё сердце пускается вскачь.
Я отвожу взгляд, не в силах больше выдерживать это напряжение, и пытаюсь унять дрожь в руках.
Я смотрю в темные глаза Альберта, и туман перед глазами рассеивается. В этот момент я кое что осознаю.
Поспорив тогда с Элизой и согласившись поцеловать Островского в знак поражения, я запустила цепочку событий, которая привела меня сюда, в этот кабинет, в объятия самого желанного парня в городе.
Я не знаю, как сложилась бы моя жизнь, если бы я выиграла спор. Вернулась бы она в прежнее русло? Продолжала бы я встречаться с Олегом, не зная о его изменах?
Я понимаю лишь одно: мой поцелуй не стал финалом этой истории. Хотя я и думала, что этим все кончится. Уже сам Альберт дал этой истории продолжение, и я не знаю, к чему все приведет.
И я не уверена, готова ли я к этому продолжению.
Конец первой книги