Вне игры

Сугралинов Данияр

– В каком смысле? – Полидевк прекратил рубить и подошел ко мне. – Вы же обещали!

Я рассказал ему, почему мы не можем его забрать. Другой бы расстроился, но Большой По не просто так был лидером сильнейшего клана Тристада.

– Вы где географически?

– В Калийском дне.

– Доберусь тогда сам. Долечу до Боготы, там пересяду на аэропоезд, доеду, сколько смогу, а там пешком.

– Какое еще пешком, Уэсли?! Тебя там прикончат!

– А если кто-то из ваших встретит? Например, местные?

Я обещал подумать. Возможно,

Иван пошлет навстречу Уэсли кого-нибудь из своих диких.

Большой По после этого долго молчал, лишь остервенело рубил дуб. Я же сосредоточился на ели, краем сознания подмечая, сколько прочности осталось у наших деревьев. Когда пошел второй час рубки, я заметил, что Уэсли, поначалу вырвавшийся вперед, стал отставать. Я снес уже половину прочности дерева, он же к ней только подбирался.

Это было странно. Из-за низкой выносливости мне и отдыхать приходилось чаще, чем ему, и удары были слабее. Как так? К тому же, как ни смешно, но я вспомнил, что такое мазать по цели. Отдельные удары шли мимо, хотя как можно промахнуться по стволу в три моих обхвата?

Понимание пришло только тогда, когда я заглянул в логи. Из десятка успешных ударов восемь-девять наносили критический урон, и это было, мягко говоря, странно и вне игровой механики, ведь в удачу, восприятие и ловкость у меня было вложено по два очка – практически базовые значения!

Дареному коню в зубы не смотрят, как сказал бы дядя Ник. Так и я не стал заморачиваться, сосредоточившись на деле. Грубое, немного заржавевшее острие топора было тупым, однако игровая механика делала свое дело – летели щепки, валилась труха, а я все глубже вгрызался в ствол.

Треск валежника под чьими-то ногами послышался, когда профиль ели отображал:

Прочность: 1 %.

Дереву Большого По оставалось чуть больше – 7 %. Услышав шаги, он перестал рубить и прислушался, прижав палец ко рту. Оглядываясь, он на цыпочках подошел ко мне и прошептал:

– Слышал?

Я кивнул.

– Стоим и ждем. Местные идиоты не могут пройти мимо, бьют в спину при любой возможности отобрать инструменты и добытое. Наваливаются стаей и рвут со всех сторон.

– Сколько?

– По трое минимум, но бывает и больше. Работать не хотят, хотят только денег. Ур-р-роды!

Их было пятеро. Разглядев, кто именно пожаловал к нам, Большой По смачно выругался и сплюнул:

– Вот же свиная требуха, не повезло! Албанцы!

Я и сам видел, что нам жутко не повезло – нас нашли цепные псы «детей». То, что это именно они, легко было понять по тому, что группу вел лично Вагончик.

Вагончик, человек, воин 13-го уровня

Настоящее

имя: Артан Каладжа.

Социальный статус: негражданин.

Реальный возраст: 19 лет.

Причем одет он был не в разномастную кожаную броню, как сопровождавшие его три парня и две девушки, а в кольчугу, еще имелись шипастые наручи и шлем.

– Что за идиотский ник? – спросил я, снова приступив к рубке. Все равно нас уже заметили, так хоть повышу ремесло.

Стук! Стук! Я кромсал ствол, резко ускорившись. Полидевк, поняв, что я задумал, протянул мне Зелье бодрости.

– Глотни, может, успеешь.

Зелье я приберег. Моей бодрости хватало на двадцать с небольшим ударов, а группа Вагончика была от нас в паре десятков метров. Ударив девятнадцать раз, не отвлекаясь на незваных гостей, я выпил зелье и продолжил бить.

Большой По, решив потянуть время, вышел навстречу группе и заговорил по-панибратски:

– Здорово, пацаны и девчата! Как дела?

Вагончик переглянулся со своими, улыбнулся, сплюнул Полидевку под ноги и, мимолетно ускорившись, врезал ему под дых. Большой По согнулся, а Вагончик, схватив его за шею, зло проговорил:

– Наши дела тебя не касаются, жирдяй. Живо выложил все, что добыл, и останетесь жить.

– Ни хрена не добыли, – развел руками Большой По. – Сам смотри, какие стволы у деревьев! Задрались уже рубить!

– Не свисти, толстый, – рядом с Вагончиком встала симпатичная девчонка по имени Альма Ходжа. – Выгребай монеты, тебя видели в лавке.

Я продолжал рубить, когда она обратилась ко мне:

– Эй, Скиф! Амайя рассказала, что ты отобрал ее руду и продал гоблину. Гони монеты, или заберем с трупа.

Стук! Стук! – моя ель затрещала и накренилась в сторону албанцев. Они предусмотрительно отошли, но все еще стояли группой. По всей вероятности, были настолько уверены, что нам никуда не деться, что даже не стали нас окружать.

Взвесив все за и против, я начал склоняться к тому, что почему бы и нет? Несколько медяков стоят того, чтобы эти ребята отвязались. Но Большой По явно был другого мнения:

– Идите на хрен, – сказал он. – Вам один раз заплатишь, вы вечно на шее будете сидеть. А бабки я гоблину сдал на хранение, счет у меня там, ясно? Сосните леденца, придурки!

Большой По показал неприличный жест и тут же за это поплатился – свистнул меч Вагончика, и мой друг взвыл, схватившись за отсеченную кисть.

Бросаться на бессмысленную помощь я не спешил, сосредоточился на цели, а потому, остервенело рубя ствол, не сразу понял, откуда раздался резкий грохот.

– Скиф, берегись! – закричал Полидевк, оттягивая меня от дерева.

Ель покачнулась, взмахнув ветвями, будто попытавшись ухватиться за воздух, но не упала. Зато группа Вагончика начала рассредоточиваться, уходя из-под удара.