Влечение
Шрифт:
— Привет, — сказала Юдит, — мне можно войти?
Андрей отступил немного назад и заикаясь произнес:
— Конечно… Заходи… те… А Тереза уехала…
— Я знаю, — ответила она, переступила порог и захлопнула за собой дверь.
Мир словно рухнул вокруг Андрея. И снова вопросы, вопросы, вопросы. Зачем он здесь? Почему согласился? Что делать дальше и зачем ему вообще все это нужно? Ему казалось, что вот прямо здесь, в коридоре, Юдит набросится на него и он будет не в состоянии сопротивляться, не сможет ей отказать, а она пресыщенная, опытная,
— А ты не знаешь, у Терезы есть кофе? Я так устала… Очень кофе хочется.
— Я сейчас… посмотрю, — засуетился Андрей, — Проходи, пожалуйста, в комнату… Я сейчас…
Одна единственная фраза, и все моментально изменилось. Оказалось все так просто — она всего навсего хочет кофе! Андрей метался по кухне, открывая одну за другой дверцы шкафа: вот кофе, вот турка, сахар тоже пригодится. Он умел хорошо варить кофе, как-то по особенному это получалось у него. Вроде бы все, как у всех, те же ингредиенты, но почему-то сваренный им кофе всегда отличался от сваренного кем-то другим.
И вот пенка поднялась в турке до нужного уровня — ароматный напиток был готов. Андрей налил кофе в две небольшие чашечки, поставил их на поднос, выдохнул и вышел из кухни. Дверь в гостиную была открыта. Перед тем, как войти, он заглянул в комнату. Юдит, поджав под себя ноги, лежала на диване, ее глаза были закрыты, казалось, что она спит. Андрей сделал движение назад, но как-то неуклюже, и поднос громко стукнулся о стеклянную дверь.
— Прости… Я задремала, — открыв глаза и усаживаясь по удобнее, сказала Юдит, — Ой, как хорошо пахнет, — принюхавшись, продолжила она.
— Сварил по специальному рецепту, — похвастался Андрей и поставил поднос на журнальный столик.
Юдит взяла чашечку, и не дожидаясь пока кофе остынет, сделала несколько глотков и блаженно подкатила глаза:
— Боже, какая вкуснотища. Я такого никогда не пробовала.
С каждой секундой, с каждым ее словом у Андрея на душе становилось все спокойнее и спокойнее. Он то и дело бросал украдкой взгляды в сторону Юдит и ловил себя на мысли, что не встречал в своей жизни более милого существа. Сейчас она была похожа на простую девчонку, растерянную, обиженную и такую беззащитную, и этот образ ну никак не вязался с тем, чем она зарабатывала на жизнь.
— Я хотел бы попросить у тебя прощения, — потупив взгляд сказал Андрей.
— За что? — сделав вид, что не поняла, спросила Юдит.
— За сегодняшний день… За все, что сегодня случилось…
— А что такого сегодня случилось? В каждой работе бываю издержки. Тебе, что никогда не попадался тупой начальник, самодур с повышенным чувством собственной значимости. Да у меня такая работа, она не похожа на другие, но это всего лишь работа, и не нужно переносить ее на жизнь…
Юдит еще долго говорила, то ли оправдываясь, то ли оправдывая, но как бы она не старалась показать, что ничего «такого» сегодня
— Не хочу больше об этом говорить, — резко прервала свой монолог Юдит, и почти незаметно промокнула слезу в уголке глаза, — что мы все обо мне, да обо мне. Как тебе Будапешт?
— Красивый город. Но я видел его только из окна автомобиля.
— Я покажу тебе самые интересные места, — Юдит поставила чашку на стол, придвинулась ближе к Андрею и пристально посмотрела ему в глаза, — Зачем ты влюбился в меня?
— Не знаю… — ответил он после небольшой паузы.
Юдит коснулась кончиками пальцев его волос:
— Ты мне тоже нравишься…
Дальше вся было как во сне… Одного лишь боялся Андрей, как он сможет соперничать с теми партнерами, которые раньше были с ней. Он стеснялся своего среднестатистического размера, даже стеснялся своей стеснительности. Что он знал из того искусства любви, которым владела она? Почти ничего…
— Ты не волнуйся, — нежно сказала Юдит, словно прочитав его мысли. Она говорила и одновременно с этим торопливо расстегивала пуговицы на его рубашке… — Мы не в кино, а я не проститутка, я тоже хочу любви… Простой любви… И простого секса…
Боже, как вкусны были ее губы с солоноватым привкусом слез, и как нежна была ее кожа, обжигающая его дрожащие ладони. Казалось, что он знает о Юдит все. Что ему знаком каждый миллиметр ее восхитительного тела, каждый его изгиб и каждая выпуклость. Сколько раз он ласкал это тело в своих сладостных мечтах, сколько раз целовал эти пухлые губки, нежно сжимал в ладонях эти восхитительные груди… А сколько раз он бывал ТАМ…
«А сколько раз ТАМ были другие?» Этот противный внутренний голос прозвучал совсем не кстати, и чуть было не спустил Андрея с небес. «Плевать», — сказал он мысленно. И в ту же секунду подхватил Юдит на руки и понес в спальню…
Они еще долго целовались и ласкали друг друга. Юдит сладостно постанывала от нежных прикосновений, позволяя Андрею делать все, что он хотел. Ее тело и сознание, впервые за много лет, блаженствовало. Ей не нужно было себя контролировать, принимать немыслимые позы и при этом изображать страсть, готовиться к имитации оргазма и одновременно с этим прислушиваться к командам режиссера. Только сейчас она поймала себя на мысли, что первый раз в жизни занимается сексом не по принуждению, не по необходимости, а по любви, потому что ей этого очень хочется, и от этого она возбуждалась все больше и больше.
Андрей тоже был на верху блаженства. Его страх окончательно прошел, он больше не стыдился своего, не очень большого «друга», и тот не подвел, был бодр и ненасытен, но одновременно с этим ласков. Андрей не стал принуждать Юдит к смене поз, он словно почувствовал их нелепость и неуместность, он просто лег сверху, слегка раздвинув ее коленки и нежно погрузился в разгоряченную плоть. Он успел сделать лишь несколько движений, как ощутил судорожное подрагивание, пробежавшее по всему телу Юдит: