Властители рун
Шрифт:
— Знаешь, как он пошел?
— Королевской пешкой на король четыре? — предположил Холликс.
— Как бы не так. Королевским рыцарем на королевского мага три. Необычное начало.
— А это имеет значение? — спросил гильдмастер.
— Значение имеет то, как он провел партию. Оставил пешек на месте и атаковал рыцарями, магами, башнями, королевой — даже короля, и того выдвинул вперед. Вместо того, чтобы контролировать центр доски он использовал самые сильные фигуры, которые могли обеспечивать ему преимущество даже на дальних флангах.
Король
— Тот малый, что сидит в темнице, вовсе не «торговец пряностями», а один из рыцарей Радж Ахтена. На внутренней стороне его большого пальца мозоль, какую можно натереть лишь долгие годы упражняясь с мечом.
Холликс задумался.
— Так вы полагаете, что Радж Ахтен нагрянет сюда?
— Непременно, — сказал король. — Именно поэтому мы укрепили гарнизон замка Дрэйс тысячей рыцарей со сквайрами и стрелками.
Отец Иом предпочел не упоминать о намечавшейся через два месяца встрече семнадцати королей Рофехавана. Они собирались обсудить план совместных действий на случай вторжений Радж Ахтена, но Сильварреста считал, что купца это не касается.
Мать Иом, королева Венетта Сильварреста, могла бы рассказать несколько историй, способных нагнать страху на мастера Холликса.
Однажды она поведала дочери, как ее кузен Ахтсн в возрасте восьми лет нанес визит ее отцу. Отец Венетты устроил в честь мальчика пир, пригласив на него всех капитанов гвардии, своих советников и влиятельных купцов. Когда столы были уставлены жареными павлинами, пудингами и вином, король попросил мальчика выступить перед собравшимися. Молодой принц встал и обратился к отцу Венетты с вопросом.
— Правда, что этот праздник устроен ради меня?
— Именно так, — подтвердил король.
Тогда мальчуган обвел жестом сотню гостей и сказал:
— Раз это мой праздник, пусть все они уйдут. Не хочу, чтобы чужие люди ели мой обед.
Гости, возмущенные неслыханным нарушением обычаев, удалились, оставив Ахтену больше еды, чем он мог бы умять за целый год.
Порой королева Венетта говаривала, что будь ее отец мудрее, он еще тогда располосовал бы ненасытному ребенку горло. Не один год Венстта пыталась убедить короля Сильварреста в необходимости нанести упреждающий удар: сокрушить Радж Ахтена, пока тот еще молод. Однако отец Иом не внял ей. Он и представить себе не мог, что этот юнец покорит все двадцать два королевства Индопала.
— Отец, — взмолилась Иом. — Король стоит на страже справедливости. Убийцу необходимо покарать смертью.
— Радж Ахтен ответит за все, — сказал Сильварреста. — Я добьюсь справедливости. Но этого рыцаря убивать не стану.
Холликс вздохнул с облегчением. На лице Иом отразилось столь глубокое разочарование, что ее отец поспешно добавил::
— Ты руководствуешься чувствами. Твое отношение к этому делу похвально, но едва ли практично. Вместо того, чтобы казнить соглядатая, я
— Выкуп? — удивился Холликс, наконец-то признав, что этот человек — шпион.
— Конечно же, нет, — промолвил король. — Но вот Индопальские купцы уверяют, будто он один из них. Они и заплатят выкуп, чтобы спасти ярмарку. У них на родине это обычное дело. Говорят, там редкий крестьянин может съездить на рынок без того, чтобы кто-нибудь не захватил с целью выкупа его свинью.
— Но чего ради они станут платить? — спросила Иом.
— Купцы заинтересованы в том, чтобы ярмарка состоялась. А кроме того, я полагаю что Радж Ахтен заслал в Даннвуд своих воинов, с тем, чтобы они дождались известий от этого человека. Некоторые купцы наверняка в курсе дела, потому-то они так переполошились и стали требовать освобождения лазутчика.
— Но откуда вы знаете, что в Даннвуде вражеские воины.
— Несколько дней назад я послал туда пятерых лесников. На будущей неделе начнется охота, так что они должны были разведать лежбища самых матерых вепрей. Им было ведено явиться ко мне с докладом еще вчера утром, но ни один так и не вернулся. Пропажу одного человека можно было бы объяснить несчастным случаем — но пятерых! Я послал разведчиков проверить мои опасения, но и без того знаю, что они обнаружат. Холликс побледнел.
— Итак, воины Радж Ахтена затаились в Даннвуде. И напасть они должны скоро, в один из ближайших трех дней. До начала охоты, иначе их обнаружат.
Король Сильварреста заложил руки за спину и зашагал к камину.
— Мой Лорд, неужто нам предстоит большая война? Сильварреста покачал головой.
— Сомневаюсь. В этом году — едва ли. Это пока еще не война, а подготовительные маневры. Думаю, к нам заслан небольшой отряд, а проще говоря — банда убийц. Которые либо, рассчитывая ослабить меня, нападут на Башню Посвященных, либо нанесут удар по самой королевской фамилии.
— А что будет с нами, купцами? — воскликнул Холликс. — Вдруг эти головорезы обрушатся на наши усадьбы? От них можно ожидать чего угодно. Нынче никто не. может чувствовать себя в безопасности.
Сама мысль о том, что Радж Ахтен нанесет удар по горожанам, казалась смехотворной. Сильварреста расхохотался.
— Ха, старина — ближе к ночи закрой дверь на засов, и можешь ничего не бояться. Ну, а сейчас мне нужен твой совет. Каков, по твоему мнению должен быть выкуп за «торговца пряностями».
— Думаю, тысяча ястребов — совсем не плохие деньги, — осторожно предположил Холликс.
Иом слушала рассуждения отца с нарастающим возмущением. Более всего ее бесило то, что с практической точки зрения они были безупречны.
— Не нравится мне эта затея с выкупом, — выпалила она. — Это даже не уступка, а капитуляция. Никто и не вспомнил о Шемуаз, а ведь се суженый мертв!
Король Сильварреста взглянул на Шемуаз. В его глазах, окруженных сетью беспокойных морщинок, можно было прочесть печаль и какой-то немой вопрос. Слезы