Властители и судьбы
Шрифт:
Петр III ненавидел канцелярии и церемонии.
Чуть ли не единственный из царей, он ни разу не надел короны.
Он не хотел короноваться, его умоляли поторопиться с коронацией, Петр снимал шляпу, подмигивал, раскланивался, произносил, размахивая шляпой — дурацким голштинским картузом:
— Моя шляпа, а ее марка — Голштиния, намного интереснее русской короны.
Фридрих II, политик и стратег, писал Петру поучительные письма такого содержания:
«Невозможный друг мой! Вы еще не представляете, как будет импонировать народу ваша коронация.
Петр веселился, подмигивал и писал:
«Импонирующий друг мой! Короноваться нахожу невозможным, потому что не готова корона. Ковать ее в моей империи некому, заказывать за границей — скучно и нелицеприятно. Будь что будет — как-нибудь!»
В понедельник 8 июля 1762 года гроб с телом императора привезли в Петербург, в Александро-Невскую лавру.
Император был в своей повседневной одежде. Светло-голубой мундир с белыми отворотами, руки сложены на груди, накрест, большие, с крагами замшевые перчатки времен Карла XII. Никаких орденов. Никаких значков.
Императрица Екатерина II мстила мертвецу: чтобы подчеркнуть непричастность Петра III к императорской династии, Екатерина приказала положить на гроб простой картуз Петра. Картуз — не корону.
С понедельника до среды на труп императора смотрел народ.
В среду 10 июля состоялись похороны.
Императрицу Елизавету Петровну показывали сорок два дня, Петра — два. Месть.
В Благовещенскую церковь гроб Петра внесли восемь могильщиков. Не особ императорской фамилии, как положено по придворному этикету. Екатерина — мстила.
Ничего особенного при погребении не произошло.
Присутствовали: 14 сенаторов, генерал-фельдмаршал Миних, генерал-полицмейстер Н. Корф, множество народа и весь (так сказать) простой Петербург. Императрица не присутствовала. Она говорила, что болела, но она — мстила. Мстила мужу за то, что убила его.
Она уже издавала манифесты.
В первом манифесте Екатерина II писала: «Я НЕ ИМЕЛА НИ НАМЕРЕНИЯ, НИ ЖЕЛАНИЯ СТАТЬ ИМПЕРАТРИЦЕЙ, ИЗБРАННЫЕ НАРОДОМ ВЕРНОПОДДАННЫЕ САМИ ВОЗВЕЛИ МЕНЯ НА ПРЕСТОЛ».
Народ избрал собственных вождей и возвел Екатерину на престол. Народ заслуживает благодарности.
И Екатерина публикует манифест: «ОБ ОБЛЕГЧЕНИИ НАРОДНОЙ ТЯГОСТИ».
Содержание манифеста: понизить цену на соль на десять копеек с пуда. Все.
То есть, по остроумному замечанию одного русского историка, нужно было в один присест сожрать шестнадцать килограммов соли, чтобы почувствовать собственным желудком это ОБЛЕГЧЕНИЕ НАРОДНОЙ ТЯГОСТИ.
Потом Екатерина отблагодарила вождей, которых избрал народ.
Выражаясь поэтическим языком Екатерины, народ избрал вождей 28 июня. Но только 9 августа, через полтора месяца, народ имел счастье узнать из очередного манифеста о наградах — кого он избрал. Их было сорок с небольшим, вождей.
Фельдмаршал К. Г. Разумовский, сенатор Н. И. Панин получили пожизненные пенсии по 5000 рублей.
Остальные
Екатерина знала, как делается история: она торопилась с коронацией.
В августе «для отправки в Москву было сделано 120 дубовых бочек с железными обручами по расчету на 5000 рублей серебряной монеты в каждую бочку», — 600 тысяч рублей.
600 тысяч рублей были нужны Екатерине на сюрпризы друзьям и «для бросания денег в народ».
Коронация Екатерины II состоялась 22 сентября в Москве, в воскресенье, в Кремле, на Красном крыльце, под звон колоколов, — салют! Шесть камергеров поддерживали императорскую мантию, конец мантии нес граф Шереметьев, обер-камергер, сенатор. 20 архиереев и 35 архимандритов пели псалом «Милость и суд воспою тебе, господи!». Началось священнодействие: К. Г. Разумовский поднес Екатерине II на золотой подушке золотую корону. Императрица взяла двумя руками корону и надела ее на свою голову. Произошла пушечная пальба. На Красной площади жарили быков. Били фонтаны рейнвейнского.
После коронации произошли подарки.
Все Орловы были возведены в графское достоинство. К. Г. Разумовский получил бриллиантовую шпагу. Все так называемые соучастники заговора получили серебряные сервизы.
Коронационные торжества продолжались еще три месяца, потом государственная деятельность Екатерины II, Великой, стала налаживаться и вошла постепенно в свою колею.
Вот выписка из камер-фурьерского журнала — перечисление характерных для царствования Екатерины событий, своеобразная летопись России со 2 января 1763 года по 2 февраля 1763 года:
2 января маскарад у графа Шереметьева П. В.,
7 " маскарад у графа Чернышева И. Г.,
9 " маскарад для всего дворянства,
10 " опера на российском диалекте,
12 " куртаг (дворцовый прием с банкетом),
13 " маскарад у Локателли,
16 " маскарад публичный,
17 " маскарад у князя Воронцова И. Л.,
18 " маскарад у князя Гагарина С. В.,
19 " трагедия на российском диалекте,
20 " прием у графа Букингема, милорда, посла Англии,
22 " прием у графа Гендрикова И. С., в селе Пруссы,
23 " маскарад публичный, по пригласительным билетам,
24 " венчание подпоручика конного полка Алексея Челищева с графиней Варварой Гендриковой (племянницей Петра III)
25 " трагедия на российском диалекте, балет, нахт-комедия, вечернее кушанье у графа Орлова Г. Г.,
26 " российская трагедия,
30 " в барже, поставленной на полозья, и в фигурных санях, — к Бецкому И. И. смотреть маскарад, оттуда в Кусково, к Шереметьеву П. Б.,
31 " русская опера,
1 февраля публичный маскарад по пригласительным билетам, билеты были напечатаны тиражом 3000 экземпляров,