Власть

Решетов Евгений Валерьевич

Глава 5

Оказавшись в лаборатории, мы сложили костюмы химзащиты и оружие возле «входной» двери, а потом расположились в комнате отдыха. Киборги остались в коридоре. Ботаник как-то привел свои эмоции в относительный порядок и решил сделать всем по уколу, который был призван устранить последствия радиации.

Пока Паша мелко трясущимися руками втыкал иглу в мою вену, Чертовка и Кос, уже получившие свою порцию лекарства, внимательными взглядами изучали мое тело, которое сейчас не скрывал костюм химзащиты.

Их взоры скользили по линиям гнили, четко проступающим на коже: чернота даже немного вспучивалась, словно вены на мышцах спортсмена. Я в очередной раз подумал, что напоминаю человека, который грешит безвкусными татуировками.

В этот момент лекарь сделал укол и вытащил иглу. На моей коже, среди коротких волосков, выступила капелька крови, которая оказалась темнее, чем можно было ожидать. Паша прикипел к ней взглядом и приглушенно сглотнул. Я заметил, как дернулся его кадык. Отводя напуганный взгляд, Ботаник протянул мне тампон, смоченный в спирте, и дрожащим голосом посоветовал приложить его к месту укола. Я кивнул головой и последовал его словам, после чего решил перекусить.

Только я встал с дивана, как Чертовка проговорила металлическим голосом:

— Так ты оказывается эльфийских кровей? Твоя маман же наполовину эльфийка?

– Истину глаголешь, — неприязненно усмехнулся я, открыв банку тушенки и взяв ложку.

— Ты знаешь: мне тут в голову пришло, что старейшины могут желать тебе мести не только из-за того, что ты убил их соплеменников, — многозначительно произнесла ведьма, закинув ногу на ногу. Она сидела на диване, который находился напротив моего. Кос и Ботаник примостились чуть в стороне от нас и внимательно следили за ходом разговора.

– Не может быть, – язвительно ахнул я, отправив в рот ложку с тушенкой.

– Прекрати паясничать! – воскликнула ведьма. – Ты знал, что это гримуар твоей матери?

– Конечно, – высокомерно сказал я.

– Так почему не попытался отобрать его? — приподняла бровь девушка, демонстрируя удивление.

– Дурак был, — усмехнулся я в ответ.

– - А сейчас нет? – проронила Чертовка, а потом подалась вперед и добавила: – Разве ты не видишь, что твоя мать буквально навязывала нам свою помощь? Она играет с нами. Ей что-то нужно либо от тебя, либо от всех нас.

– А чего же не отказалась раз такая умная? – издевательски бросил я, погрозив ей ложкой.

– Так ты-то согласился. Мне уже не оставалось ничего другого, – объяснила свое решение ведьма.

– Ты просто завидуешь ей и нафантазировала всякого бреда. Она не ведет никакой двойной игры, – отрезал я, поняв, что движет девушкой. Завистливая морда.

– Да ты ослеп! Эта черная дрянь в твоем теле превратила тебя в конченого недоумка, который ослеплен до такой степени, что не замечает, как превращается в чудовище, подобное своей матери! – громко отстрочила Чертовка.

– Заткни свою пасть! – бешено заорал я, отбросив в сторону банку. Она ударилась об стену – и по полу растеклось

ее содержимое. – Ты не хрена не понимаешь! Бездушная машина!

– Да, во мне есть искусственные компоненты, но я все прекрасно чувствую! – выкрикнула Чертовка, привстав на диване.

Мне захотелось свернуть ее шею, настолько сильно ярость ударила мне в голову. Я заскрежетал зубами и тут краем глаза заметил, что киборги выстроились в линию по ту сторону прозрачной стены. Меня это немного остудило. Я закусил губу, пытаясь успокоиться. Воздух с клокотанием покидал мое горло.

А тут еще набравшийся смелости Кос, подбросил поленьев в костер моего гнева:

– Макс, ты раньше таким не был. Чертовка полностью права.

– Ты… ты… – прохрипел я, чувствуя, как слова с трудом рвутся из сводящих судорогой губ.

– Это ведь тот самый ритуал, да? – преодолевая волнение, выдохнул парень, начав ерзать на диване. – Я узнал его, когда твоя мать хотела принести в жертву киборга.

– Какой ритуал? – мигом навострила уши ведьма и посмотрела на моего бывшего друга.

– Если ты сейчас, что-нибудь ей скажешь, то я убью тебя! – проревел я, вставая на ноги.

В комнату быстро вошли все тринадцать киборгов и окружили меня. Чертовка произнесла:

– Это для твоего же блага, Макс. Кос, говори.

– Только попробуй! – заорал я, до хруста сжав руки в кулаки.

Парень часто задышал, а потом начал тараторить, выкладывая девушке подробности нашей охоты в лесу: когда я использовал ритуал. Этот гад предал меня. Один лишь Ботаник был молодец: он вжался в подушки дивана и вообще не встревал в разгоревшуюся ссору.

Кос же рассказал ведьме все, пока я бессильно поливал его грязью, захлебываясь слюнями гнева, понимая, что не справлюсь с таким количеством киборгов.

Чертовка выслушала Коса, а потом посмотрела на меня. В ее глазах отражалось что-то похожее на ужас. Рот был приоткрыт. Я даже осекся, настолько был ошарашен силой чувства, которое горело в ее взгляде. Девушка была по-настоящему испуганна, живо напомнив Пашу, которого уже трудно было представить без страха в глазах.

Ведьма просипела, запустив руку в пышные волосы:

– Макс, это ритуал Тьмы. Одно из самых жутких проявлений Таланта. Он ломает психику, превращает в чудовище. Ты же видел, кем была твоя мать. Принося живое существо в жертву, ты платишь за это своей душой! Капелька за капелькой ты превращаешься в бездушного монстра!

– Такого как ты? – скривился я, откинувшись на спинку дивана, а потом ядовито добавил: – Что за бред ты несешь? Какая душа?

– Я чувствовал… – вдруг проблеял Ботаник. Его лицо было бледное как мел, а губы подрагивали. – Еще там, в кузове грузовика, я почувствовал, что с тобой что-то не так. Теперь я понимаю, что это было влияние ритуала. Оно оказалось так похоже на мутацию. Макс, ритуал меняет не только тело, но и… сознание, разум. Ты уже другой. Ты сам не понимаешь этого