Власть Варяга

Сухов Евгений Евгеньевич

— Вот даже как… Не ожидал. Это на тебя не похоже, никогда не думал, что ты сможешь влюбиться в проститутку, — честно признался Герасим.

В ответ Илья лишь горько улыбнулся:

— Знаешь, я и сам так не думал.

— Илья, ведь вокруг тебя постоянно вьется такой клубок девушек, что аж зависть берет. Неужели ты никого не присмотрел среди них?

— Выходит, что не присмотрел. Вот так и складывается судьба, ехать за тысячи километров, чтобы влюбиться в проститутку. — Ростовский немного помолчал, после чего с грустью продолжил: — Знаешь, для

меня Лада сначала была проходящим вариантом. Так, прекрасно перепихнуться, есть о чем поговорить. Девушка неглупая, очень хороша собой. Решил с ней встретиться во второй раз, тоже все было прекрасно… А потом, представь себе, не мог забыть.

Герасим выглядел растерянным:

— Видно, так бывает.

— Да, вот бывает, как видишь.

— Но чем я тебе могу помочь? — искренне удивился Полозов. — Она что, не хочет идти за тебя замуж? И с ней нужно поговорить?

Илья невольно улыбнулся наивности его вопроса.

— Нет, говорить с ней ни о чем не нужно. Мы с ней уже обо всем переговорили. Тебе нужно будет поговорить с ее сутенером. Скажешь, чтобы он отпустил ее на волю.

— Она что, привязана, что ли? — все больше удивлялся Герасим. — Собрала чемоданы, да и за дверь!

На губах Ростовского застыла грустная улыбка. Дожив до тридцати двух лет, Герасим так и не узнал настоящей жизни.

— Не все так просто. Проститутка полностью принадлежит сутенеру. Сутенер — это ее хозяин! Он может подарить свою девочку друзьям, может проиграть ее в карты, в его воле наказать ее за нерасторопность. Даже убить, если она провинилась по-крупному.

— Это же рабство какое-то!

— Возможно, — охотно согласился Ростовский. — Но реальность, как видишь, такова, и надо ее учитывать. Мою девушку просто так не отпустят. Есть вариант купить ее у сутенера, заплатив хорошие деньги.

Полозов выглядел заметно взволнованным:

— Но почему тебе самому не переговорить с этим сутенером? Я ведь могу что-нибудь напутать, дело-то серьезное.

— Верно, серьезное. Но говорить с ним я не могу по одной простой причине. Он меня знает! И ищет! Если мы с ним столкнемся, то для одного из нас эта встреча может закончиться печально.

— Понимаю, — невесело протянул Полозов. — Значит, ты хочешь, чтобы с этим сутенером поговорил я?

— Ты правильно меня понимаешь.

— Когда мне это сделать?

— Завтра! — уверенно произнес Ростовский. — У меня сердце кровью обливается, когда я думаю о том, что каждый вечер мою девочку пялит по нескольку мужиков.

— Да уж, — посочувствовал Герасим. — Но я даже не знаю, как вести этот разговор.

— Все очень просто. Ты скажешь, что провел с ней пару незабываемых ночей и она тебе понравилась. Скажешь ему, что хотел бы отвезти ее куда-нибудь к себе в провинцию. А чтобы этот сутенер ни о чем не догадался, вместе с Ладой выкупишь еще одну проститутку.

— Господи боже мой! Какую?! — выпучил глаза Полозов.

Илья сдержанно улыбнулся, парень менялся на глазах:

— Какая из троих тебе сегодня больше всего понравилась?

— Рыженькая

ничего так, — хмыкнул Герасим.

— Вот как? — удивился Ростовский. — А я почему-то подумал, что ты на светленькую запал.

— Знаешь, поначалу она мне действительно очень понравилась, — сказал Герасим и, улыбнувшись каким-то своим мыслям, продолжил: — А потом я понял, что рыженькая все-таки получше будет.

Ростовский махнул рукой:

— Это неважно, пускай будет рыженькая! Вместе с Ладой ты купишь у него и эту рыженькую. А сутенеру скажешь, что хочешь отвезти их к себе домой. Вид у тебя простоватый, он поверит.

— А если сутенер спросит, зачем мне две женщины?

Ростовский отрицательно покачал головой:

— Не спросит. За свою сутенерскую жизнь они повидали такого, что тебе и не снилось. Так что на подобную мелочь он даже не обратит внимания. Возьмет у тебя деньги, пересчитает их и отпустит девушек на волю.

— Ну, если так, тогда конечно, — посветлели глаза Полозова. — Да, но что я буду делать с рыженькой?

Ростовский улыбнулся:

— Гера, ты меня удивляешь. Что обычно делают с симпатичной женщиной? Поживешь с ней немного, покувыркаешься, повкручиваешь ей мозги, женщинам это нравится. А потом отпустишь на все четыре стороны.

— Да, но что я скажу Анне? — встрепенулся Герасим. — Я все-таки верю, что мы с ней помиримся.

— Не надо ничего говорить, — спокойно посоветовал Ростовский. — Все само рассосется. Кстати, как к этому отнесется сама рыженькая, если ты вдруг надумаешь ее выкупить? Она тебе оставила свои координаты?

— Написала адрес и телефон, — Полозов похлопал по карману рубашки. — Сказала, что если у меня возникнет желание встретиться с ней еще раз, то могу обращаться к ней напрямую, а то большая часть денег перепадает сутенеру.

— Это хорошо. О чем еще был разговор?

— Перед самым уходом мы с ней немного разговорились. Она сказала, что давно бы забросила свое ремесло, да очень нужны деньги. Семья у них большая, кроме нее, еще три маленькие сестренки у родителей на руках. Всем нужно помогать. Учиться собирается, откладывает понемногу.

Илья лишь криво улыбнулся. Очень знакомые рассуждения, у каждой проститутки в запасе имеется с пяток душещипательных историй. Некоторые из лохов попадаются. Иные даже женятся на них. А может, он один из таких?

— Понятно, значит, с этим делом проблем не будет, — довольно протянул Ростовский. — Теперь о сумме, с которой начнешь торговаться. — Пальцы Ильи собрались в замок. — Начни с пятнадцати тысяч.

Полозов отрицательно покачал головой:

— Они не согласятся.

— Вот, ты уже начинаешь вникать в проблему. Верно, не согласятся. Но надо же начинать торг с какой-то суммы, правильно? Потом поднимешь еще на пять тысяч баксов. Не согласятся, добавишь еще столько же. Дай им понять, что ты не собираешься разбрасываться деньгами. Это такой народ, если почувствуют, что ты можешь отдать большую сумму, то все у тебя и выгребут! Уразумел?