Власть Варяга
Шрифт:
Распространением подобной литературы, вероятно, занимается крупная корпорация, куда стекаются данные со всех стран, и Россия всего лишь скромный филиал этой информированной и влиятельной организации. Есть о чем подумать Интерполу.
Девушек на страницах журнала было много и всяких. Назывались отели, где их можно отыскать, рестораны, фирмы и даже квартиры. Каких здесь только не было. В сущности, они могли удовлетворить любой, даже самый изощренный вкус. Да и любовь предлагалась любая, в зависимости от наклонностей клиента.
Небрежно переворачивая страницы, Чертанов
Девушка была сфотографирована обнаженной, но совсем не так, как это принято делать в подобных изданиях, а в профиль, сидя на роскошном диване, целомудренно сомкнув колени.
Улыбчивая, необыкновенно красивая, она напоминала Еву, еще не испытавшую плотского греха. Пристальнее всмотревшись в девушку, Чертанов всерьез засомневался: а может, так оно и есть в действительности?
Из всех девиц, напечатанных в журнале, она была, несомненно, самой красивой. А девушки здесь и впрямь были хороши, чувствовалось, что здесь работал прекрасный селекционер и подбирал их очень тщательно: зернышко к зернышку. Надо признать, что большинство фотографий было сделано талантливым мастером, на что ушло немало времени.
— Хороша, — сдержанно и одновременно восхищенно сказал Шевцов, заглядывавший через плечо Чертанова.
Можно было не сомневаться, что если бы у него нашлось лишних пятьсот долларов, то он наверняка сделал бы себе такой красивый подарок.
— Да, недурна, — сдержанно согласился Чертанов, не торопясь переворачивать страницу.
Снимок был сделан года два назад, и Лада на нем была более неопытна, что ли. Во всяком случае, такого выражения лица сейчас у нее уже не было.
— Что ты об этом думаешь? — спросил Шевцов у Чертанова, когда тот закрыл журнал.
— Да всякое, — неопределенно сказал Чертанов. — Ясно одно, что этот немец хотел поиметь именно эту девочку. Для этого он специально пришел в это кафе, здесь его и убили. А следовательно, эта девочка так или иначе в деле замешана. Или она была крючком, на который хотели поймать этого немца, или заранее знала о намерениях убийцы. Но и непонятен мотив!
— Немец занимался коммерцией. Не исключено, что его устранили конкуренты, не заинтересованные в процветании фирмы, с которой он собирался сотрудничать, — осторожно предположил Шевцов. — Но, так или иначе, Ростовский здесь ни при чем, — убежденно продолжил он. — Мои люди пасут его двадцать четыре часа в сутки, и все это время он находился дома.
— Скорее всего ты прав… Ты ведешь видеосъемку?
— Да. Могу дать тебе кассеты. Все? — по-деловому поинтересовался Шевцов.
— Все ни к чему, — задумчиво отвечал Чертанов. — Наблюдение с него придется все-таки снять. Чего понапрасну занимать людей. Но сначала хочу ознакомиться с последними пленками. Поснимай его завтра-послезавтра.
Подъехала карета «Скорой помощи». Молодые ребята с носилками в руках подошли к скамейке и, взяв покойника за руки и за ноги, положили на темно-зеленый брезент. На лицах никаких эмоций. Работа-то привычная, чего понапрасну переживать.
Глава 24 ДРАКА В РЕСТОРАНЕ
Вставив кассету в гнездо видеомагнитофона, Чертанов откупорил бутылку пива и стал просматривать запись. Нельзя сказать, что это какой-то мировой блокбастер или нашумевший боевик, но смотрелось тем не менее с интересом. А все потому, что в каждом человеке неистребимо желание подглядеть через замочную скважину за соседом. На лице Ростовского не было и тени тревоги или напряжения, вообще всего того, что могло бы свидетельствовать о том, что он причастен к последнему убийству. Уверенный молодой мужчина, знающий себе цену, человек, которому есть что терять. Натура цельная, не способная размениваться по пустякам. Если уж он и задумает убийство, то для этого должен отыскаться весьма существенный мотив.
Последние несколько дней он жил вместе с Ладой. Отношения у них были на редкость доброжелательные, как говорится, дай бог каждой семейной паре. Сын тоже его, сомневаться в этом не приходится, когда он держит на руках карапуза, то выглядит воплощением нежности. На такое способен только любящий отец.
В этот раз Лада вышла проводить Ростовского до дверей подъезда. Некоторое время они о чем-то разговаривали (Чертанов многое бы отдал, чтобы узнать, о чем идет речь), потом Илья притянул ее к себе, и она податливо, словно березка в сильный ветер, качнулась в его сторону. Чмокнув ее в губы, Ростовский направился к «Мерседесу».
А это что за дела?
К Ростовскому вдруг подошел мужчина в милицейской форме, что-то негромко сказал ему, и тот, сдержанно кивнув, распахнул перед ним заднюю дверцу, приглашая сесть. Почему-то об этом Шевцов ничего не сказал, хотя следовало бы!
Оператор был профессиональный, такому бы игровые фильмы снимать. Хотя кто знает, что он делает в органах, может, набирается опыта? Оператор то приближал удаляющуюся машину, когда она отрывалась на значительное расстояние, а то отдалял, если она находилась рядом. Несколько раз он заснял зеркало заднего обзора, и тогда можно было увидеть сосредоточенные и строгие глаза Ростовского. А ведь все-таки какая-то мыслишка его гложет.
Неожиданно «Мерседес» затормозил, и наблюдатели, не ожидавшие подобного маневра, выскочили за перекресток, оказавшись впереди машины Ростовского. Михаил готов был поклясться, что Ростовский провел подобный прием не случайно — именно в этот момент оператор заснял его глаза, в которых блеснула победная искорка. Уже в следующую минуту «Мерседес» свернул в ближайший переулок.
Нет, теперь его уже не достать. Чертанов уже больше не сомневался, что Ростовский знал о слежке и сбрасывал «хвост» в тот самый момент, когда ему это было нужно. Спрашивается, почему он сделал это сейчас, когда в салоне его машины сидел милиционер? И что это за милиционер?