Власть тьмы
Шрифт:
– Убить его!
– приказал Северус, указав на Фаджа. Дементоры, тут же накинулись на министра магии. В одно мгновение они выпили его эмоции, и спустя секунду, тот дементор, который должен был убить Снейпа, поцеловал Фаджа, забирая его душу, бесчувственное тело министра упало на холодный пол, казалось, он даже не успел понять, что с ним произошло, лицо было причудливо грустным и спокойным.
– Дальнейшие приказания?
– спросил дементор.
– Мне нужно попасть в мир тьмы, - заявил Снейп.
– Следуйте за мной.
Бешеный ветер пытался сорвать плащ, хлопки огромных крыльев создавали впечатление, что ты самый сильный на этой земле. Ветер
План был идеален, напасть не экстренным появлением, а спланированным ударом в лоб, пока будет кипеть воздушный бой, пехота сможет прорваться к недрам горы и начать вырезать гномов, главное здесь было добраться до их полумагов, их смерть для гномов равноценна поражению, их оружие без магии много вреда не причинит.
– Какая гора у них главная?!
– прокричал Гарри, летящему рядом Гриндевальду.
– Вон та крайняя, она самая большая, штурмовать надо её, в ней вход в остальные подземелья, также мы отрежем их от ресурсов, напав с другой стороны!
– ответил некромант.
– Хорошо, опускайте штурмовые орудия!
– приказал Поттер.
Некромант взмахнул посохом и начертил замысловатый знак, извозчики стали опускаться, драконы снизились, и люди стали спрыгивать с драконов, на их плащи были наложены специальные заклинания, как только солдат переходил в свободное падение, плащ превращался в чёрные крылья и воин мог спокойно приземлиться.
– Своеобразный десант, - усмехнулся Гарри, наблюдая за высадкой.
Неожиданно из тумана вылетели грифоны с гномами. Сотни стрел полетели в армию тьмы. Гузуры ринулись в бой. Некроманты долго думать не стали и сняли заклинание с зомби, мертвецы посыпались градом вниз, все прекрасно понимали, что с ними ничего не случится, и они после приземления встанут через пару минут и пойдут в бой.
Гарри развернул своего дракона, и огненная струя вырвалась из его пасти, несколько десятков грифонов вспыхнули, как спички. Зелёные лучи некромантов и струи огня драконов рассекли воздух, сметая грифонов, сотни тел животных полетели вниз, кто-то ещё горел, кто-то падал с дырой в груди. Небо огласилось воплями животных и гномов.
Залп гномов принёс первый успех, несколько десятков гузуров упало вниз, пара некромантов, упали с драконов, даже один дракон полетел штопором вниз, и вот опасная близость и воздушные армии смешались, переходя в некую рукопашную в воздухе.
Внизу тоже не всё было гладко, гномы их ждали, и когда десант высадился, коротышки бросились на него, закипел бой, воины тьмы, расшвыривали гномов, как медведи, в бой коротышки бросались как львы, их топоры и мечи, светящиеся синим светом, пробивали доспехи с первого удара. Зомби упали немного в стороне и теперь бежали в бой. Уже совсем близко показался столб пыли оставляемый конницей, несколько минут и
В воздухе кипела, чуть ли не драка на кулаках, гномы и воины тьмы, сдёргивали друг друга с осёдланных существ, или просто сцепившись, плющили друг другу морды, об оружие казалось все забыли кроме некромантов и Гарри. Зелёные лучи, вперемешку с чёрными лучами Поттера уничтожали грифонов, струи огня драконов поджигали врагов, драконы рвали грифонов лапами. Неожиданно из-за гор поднялась огромная птица, с её клюва сорвалась молния и ударила точно в Гарри. Поттер на мгновение отключился, а когда включился, направил своего дракона в лобовую атаку, на него сейчас было страшно смотреть, лицо в копоти, одежда в дырах, волосы стоят дыбом. Мгновение и вот столкновение, дракон вцепился зубами в горло птицы, молотя ей когтями по груди, птица пыталась ударить дракона клювом по голове и когтями разодрать ему брюхом. Наездник птицы, пытался уколоть Гарри удлиняющимся копьём, это был толстый гном, в доспехе отдающим золотом и серебром.
– Сволочь!
– возмутился Поттер, когда наконечник копья, рассёк его панцирь. Гарри перестал пытаться перерубить копьё своим мечом, и швырнул сгустком тьмы, в голову птицы, вложив всю свою злость и ненависть, голову, как будто срезало острейшим лезвием. Солдаты отозвались одобрительными возгласами.
Гермиона закончила свой рассказ, обо всех своих приключениях, родители слушали, открыв рты, девушка, глотнула чая, горло пересохло от долгого рассказа. Воцарилась тишина. Отец как то печально смотрел на свою дочь. В глубине души, он всегда хотел, чтобы его дочь была обычной девушкой, чтобы не было этого колдовства, но с простым колдовством он смерился, а вот с тем, что она стала повелителем света, как то ему не хотелось мириться. Не хотел он мириться и с тем, что его внук, окажется, чуть ли не богом.
– А где сейчас Гарри?
– спросила миссис Грейнджер.
– Наверное, в одном из миров, которые объявили нам войну, - ответила девушка, теперь у неё с души свалился камень, стало, как-то хорошо и легко, она знала, что трость ей уже не нужна, и предмет слабости исчез во вспышке света.
– Ты будешь рожать?
– спросил отец.
– А что я могу сделать?
– усмехнулась Гермиона.
– Ну, к примеру, аборт, - предложила мать.
– Мама, ты что?
– удивилась девушка.
– Вы не понимаете, его нельзя убить, в какой то больнице, скорее больница превратится в пепелище, чем Слувиат позволит причинить себе вред.
– Но дочка, исходя из твоего рассказа, он сын Гарри, то есть повелителя тьмы, зла, всего самого плохого, тебе не кажется, что он будет точной копией отца.
– Знаете, если Гарри воплощение всего зла, то я балерина. Есть люди, простые люди, которые на много злее его, нет ни добра, ни зла, есть лишь поступки, которые подпадают под эти категории. Если убить подонков, это зло, то, что тогда добро?
– Ну, к примеру, посадить их, - ответила миссис Браунинг.
– Да, обрести на пожизненные муки, вы хоть можете себе представить, что такое сидеть в клетке, всю жизнь не имея возможности, даже позвонить, кому-нибудь, даже банально купить себе того чего хочется или просто прогуляться, тогда, когда тебе хочется?
– Гермиона начала злиться на них, ей было обидно, она так надеялась, что они поймут её, благословят, но видимо, Гарри был прав, не желая идти на встречу, он предугадал такой поворот событий и не хотел лишний раз, злиться.
– Знаете, я, пожалуй, пойду.