Власть пса
Шрифт:
— Кэллан, съешь пончик, — угощает Персик Маленький. — Съешь пять. Каждый, съеденный тобой, не слопает мой братец. А то мне неохота опять слушать его хныканье насчет фигуры. Ты толстый, Джимми. Толстый, жирный итальяшка. Смирись с этим.
Они выходят в патио, потому что Персик считает, что Кэллану требуется солнце. Вообще-то Персик считает, что это Персику требуется солнце, но он не хочет казаться эгоистом. По мнению Персика, незачем жить в Сан-Диего, если не сидишь на солнце при всяком удобном
И он разваливается на шезлонге, распахивает халат и натирает тело маслом для загара.
— Неохота заработать рак кожи, — замечает он.
Микки уж точно неохота. Он нацепляет бейсболку и укрывается в патио под зонтиком.
Персик вскрывает холодную банку персиков и начинает жевать. Кэллан наблюдает, как падает на его толстую грудь капля сока, сливается с потом и маслом для загара и катится по животу.
— В общем, круто, что ты объявился, — замечает Персик.
— Почему это?
— А тебе понравится, — продолжает Персик, — совершить преступление, жертвы которого не побегут к копам?
— Ничего. Неплохо.
— Неплохо? Да по мне, это просто райская музыка.
И он выкладывает Кэллану все.
Наркотики плывут на север — из Мексики в Соединенные Штаты.
Деньги текут на юг — из Штатов в Мексику.
— Они попросту запихивают баксы — суммы с шестью, а иногда и с семью нулями — в машины и перевозят через границу, в Мексику, — рассказывает Персик.
— А бывает, и не довозят, — добавляет Персик Маленький.
Они уже провернули пару-тройку таких операций, а теперь им шепнули, что наркотайник в Энехейме прямо лопается от наличных, и вот-вот должна состояться поездка на юг. У них имеется адрес, имена, есть марка машины и ее номер. Им даже приблизительно известно, когда отправятся курьеры.
— А где вы раздобываете информашку? — спрашивает Кэллан.
— Узнаем от одного парня, — уклончиво отвечает Персик.
Кэллан так и думал, что от одного парня.
— Тебе не к чему голову забивать. Он берет тридцать процентов.
— Все равно что снова заниматься наркобизнесом, только еще лучше, — замечает О'Боп. — Барыш получаем, к порошку и не прикасаемся.
— Солидное честное преступление, — подтверждает Персик. — Обдираем наркоторгашей и получаем денежки.
— Все, как того желал Господь Бог, — роняет Микки.
— Так Кэллан, — спрашивает Персик Маленький. — Ты в игре?
— Да не знаю, — тянет Кэллан. — А чьи деньги мы забираем?
— Баррера, — отвечает Персик с хитрым выражением глаз, вопрошающим: а что, разве не все равно?
Не знаю, думает Кэллан. Может, и не все равно.
Баррера опасны, как акулы. Не те люди, которых можно дурить безнаказанно. Это во-первых. А потом, они «наши друзья». По крайней мере, так говорит Сол Скэки. Это во-вторых.
Но ведь они убили того священника. И убийство было преднамеренное, а вовсе не случайность. Хладнокровный киллер вроде Фабиана, Эль Сукина Сына
Такое просто невозможно.
Кэллану неведомо, почему они убили священника, знает он одно — они его убили.
И меня подписали.
А потому им нужно отомстить.
— Да, — отвечает Кэллан, — я в игре.
Банда Вестсайда снова вместе.
О'Боп следит, как выезжает с подъездной дороги машина.
Сейчас три ночи, и он притаился в своей тачке, в полуквартале оттуда. У него важное задание: следовать за машиной курьера незамеченным и подтвердить, что она въехала на шоссе 5. Он настукивает номер на мобильнике и сообщает:
— Машина выехала.
— Сколько человек?
— Трое. Двое спереди, один сзади.
О'Боп складывает телефон, выжидает несколько секунд и трогается.
Согласно плану Персик Маленький звонит Персику, тот звонит Кэллану, а тот — Микки. Они нажимают на кнопку секундомера на часах и ждут следующего звонка. Микки, конечно, заранее высчитал, что среднее время поездки от подъездной дороги до шоссе занимает шесть с половиной минут. Так что им известно с точностью до минуты, когда ждать следующего звонка.
Если позвонят вовремя, то все идет как надо.
Если нет, придется импровизировать, а этого никто не хочет. А значит, эти шесть минут они проводят в подвешенном состоянии. Особенно дергается О'Боп. Сейчас работу выполняет он, и он может завалить все, если его засекут. Он должен вести курьеров, стараясь, чтобы они его не обнаружили. Он меняет расстояние. Квартал, два квартала. Включает сигнал левого поворота, на секунду гасит фары и снова зажигает — пусть им покажется, будто это другая машина.
О'Боп работает.
А Персик Маленький сидит, мается в полутора часах езды в южном направлении на шоссе 5.
Три минуты.
Четыре...
Большой Персик сидит «У Дэнни» рядом с шоссе, чуть севернее от Персика Маленького. Он смел омлет с сыром, жареную картошку, тосты и кофе. Микки не нравится, когда перед работой наедаются: набитый желудок осложняет дело, если тебя подстрелят, — но Персик вот такой. Хрен. Не желает осторожничать на случай, если его ранят, боясь, что сглазит. Он подъедает оставшуюся картошку, достает пару таблеток ролейдс из кармана и жует, просматривая спортивную страницу.
Пять минут.
Кэллан старается не смотреть на часы.
Он валяется на кровати в номере мотеля на выезде с шоссе Ортега, рядом с шоссе 5. Включив канал Эйч-би-оу, он смотрит какой-то фильм, не интересуясь названием. Нет смысла торчать в такой холод на улице верхом на мотоцикле. Если курьеры свернут на шоссе, времени будет навалом. Глядеть без конца на часы бесполезно, только нервы издергаешь. Но проползают минуты, ему кажется, не меньше десяти, и он не выдерживает, смотрит.
Всего пять с половиной минут.