Власть ночи
Шрифт:
Обойдя закуток и осмотрев все углы на предмет возможных зацепок, но так ничего дельного и не обнаружив, молча спрятала пистолет в кобуру и направилась к двери, на которой висела потрепанная табличка с надписью "запасной выход".
Дернув створку на себя, обнаружила, что она наглухо заперта, а это, несомненно, противоречило правилам безопасности. Что же, вот и нашелся аргумент на тот случай, если хозяин заведения надумает играть в молчанку. У меня имелась парочка знакомых из пожарной инспекции, кому я между делом могла бы слить злостного нарушителя.
На
Макс, сияя клыкастой улыбкой, демонстративно поднял руки вверх, хотя я почти уверена, что ему ничего не стоило бы выбить у меня из рук оружие и пригвоздить к стене.
– Я же могла выстрелить в тебя!
– скорее нервно, чем зло выпалила я, опуская Глок и ставя его на предохранитель. То, что мы перешли на "ты", как-то совершенно не отпечаталось у меня в памяти.
– Я бы непременно ушел в сторону, вздумай ты палить в меня, Мариночка!
– В следующий раз так и сделаю.
Шнайдер в ответ только подмигнул, словно бы бросая мне вызов, и отчего-то перспектива всадить в него парочку пуль уже не казалась такой плохой. Обругав про себя вампира самыми нелестными словами, я повернулась к нему спиной и продолжила свой путь, отмечая, что Охотник быстро нагнал меня, отставая всего на шаг.
Полицейские как раз раздавали указания подоспевшим медикам, которые собирались увозить труп в морг. Похоже, что не только мне придется сегодня работать в ночь: с жертвами полуночников в нашем отделе работали тоже определенные специалисты, а это значит, что Вик уже мчится в лабораторию, кроя всех долгожителей на чем свет стоит.
Виктора Зельцмана я знала уже почти пять лет. Он перевелся в наш отдел после того, как пошел на повышение и изъявил желание перебраться в город поменьше и поспокойнее. Многие из эмпатов шли работать в морг, так как там вероятность "перегореть" от всплеска чужих эмоций сводилась к минимуму, а тем, кто с рождения вынужден ощущать все, что чувствуют окружающие, желали покоя в разы больше, чем всего остального.
Да, приходилось тяжко во время опознаний, но на подобные случаи у нас в ход шли блокирующие препараты, которые использовали в качестве успокоительного средства для чересчур буйных задержанных, в особенности лугару, коих в нашем городке водилось в достатке.
Эти товарищи становились совершенно неуправляемыми во время полнолуния, и чтобы угомонить разбушевавшихся оборотней, приходилось идти на крайние меры. Для полного комплекта нам только магов не хватало, но эти господа предпочитали жить особняком и в свои дела никого, кроме "своих", не посвящали. Впрочем, нам и так забот хватало!
Протиснувшись между стенкой и патрульным, преграждавшим путь одному назойливому журналисту, мы молча направились к крыльцу бара, откуда доносилась второсортная музыка и приглушенные крики посетителей. Наверняка, никто из них даже не догадывается, какая драма развернулась в нескольких метрах от их застолья.
Максим любезно распахнул передо
Протискиваться через толпу оказалось делом не благодарным, но и тут на помощь пришел Макс, оказывая на столпившихся людей свое неповторимое влияние: поголовно все тут же расступались передо мной, стоило им только разглядеть вампира, идущего следом, и спешили отвести взгляд, лишь бы не привлекать излишнего внимания к себе.
Мне бы так! Может, у них есть какие-нибудь курсы по тренировке отпугивающего эффекта? Я бы сходила...
Бармен в лице молодого юноши с ярко-зелеными волосами, на вопросы о блондинке ответил стандартно: "не знаю", "не видел", "таких здесь по сто штук бывает". Что же, раз так, значит, будем трясти хозяина.
Эрл О'Грейди оказался совершенно не таким, каким я его себе представляла. В свои сорок с небольшим этот представительный мужчина мог дать фору любому двадцатилетнему парню. Подтянутый, моложавый, О'Грейди встретил нас со всем радушием, с каким обычно встречают полицию, и именно поэтому не понравился мне с первых минут общения.
Отказавшись от предложенного кофе и разместившись в креслах для гостей, тут же приступила к делу. Новость об убийстве неприятно удивила владельца, и весь его напускной лоск тут же сошел на "нет". Подобные случаи абсолютно не добавляли популярности, но и легко сдаваться на милость закона Эрл тоже не спешил.
– Мистер О'Грейди, вы же понимаете, что это не просьба? Согласно закону, вы обязаны предоставить нам записи с камер, иначе в противном случае автоматически становитесь соучастником.
– Я так же знаю, что вы обязаны представить мне документ, в котором обязуетесь использовать полученные кадры только в рамках расследования, а не в угоду собственным интересам.
От подобного заявления, я право слово чуть не выпала в осадок. "В личных интересах"? Да за кого он меня принимает?! С другой стороны, ни один судья в столь поздний час не станет вникать в наши проблемы и заниматься подготовкой ордера. Ожидание до утра может сыграть против нас, и тогда полуночник ускользнет, а этих тварей нужно ловить на горячем.
Годами воспитываемая привычка держать лицо перед окружающими и сейчас не изменила мне, но Макс заметно напрягся, чуть сместившись в сторону на своем стуле. Сделав вид, что глубоко задумалась над словами владельца кабака, развернулась лицом к напарнику и чуть склонила голову на бок. Мои надежды оправдались, и Шнайдер правильно понял намек.
Фиалковые глаза блеснули в полумраке рабочего кабинета, что, собственно, и выдало сущность моего напарника. О'Грейди резко подобрался в своем кресле, неосознанно отодвигаясь назад, и это было его большой ошибкой. Вампиры по природе хищники и подобные жесты воспринимают как своеобразный вызов. Никогда не выказывай страха или беспокойства в присутствии бессмертных, иначе сразу можешь заказывать себе гроб. Это я уяснила еще в самом начале карьеры.