Власть меча
Шрифт:
– Пока нет.
– Тогда позволь рассказать тебе, что здесь произошло за время твоего отсутствия. Я встретился с премьер-министром, и мы решили объявить «ОБ» политической организацией. Все государственные служащие, сотрудники полиции и военные должны немедленно прекратить членство в этой организации.
– Это не отразится на их симпатиях, – заметил Шаса.
– Конечно нет, – согласился Блэйн. – До сих пор от сорока до пятидесяти процентов населения против нас и на стороне нацистской Германии.
– Так не может продолжаться, сэр. Вам с оу баасом придется раскрыть карты.
– Да, мы это знаем.
– Арестуете? Шаса удивился.
– Да. На время войны они будут интернированы как враги государства.
Шаса присвистнул.
– Решительный шаг, сэр. Это может привести к крупным неприятностям.
– Поэтому нам и нужно захватить их в одну сеть, всех сразу. Нельзя никого упустить. – Блэйн встал. – Вижу, ты устал, Шаса, а мадмуазель Тара наверняка хочет кое-что сказать тебе. Жду тебя в кабинете ровно в восемь тридцать завтра утром. – Они направились к двери кабинета, и Блэйн, словно только что вспомнив, добавил: – Кстати, сегодня утром в Вельтевреден приехал твой дед сэр Гарри.
– Он приехал на свой день рождения, – улыбнулся Шаса. – С нетерпением жду встречи с ним. Надеюсь, вы и фельдмаршал Сматс, как всегда, будете присутствовать на пикнике по такому случаю.
– Не пропущу ни за что на свете.
Блэйн открыл дверь. В прихожей невинно стояла Тара, делая вид, что выбирает книгу на полках библиотеки.
Блэйн улыбнулся.
– Тара, дай Шасе возможность поспать, слышишь? Не хочу завтра работать с зомби.
*
Встреча в кабинете Блэйна на следующее утро затянулась гораздо дольше, чем они ожидали, и переместилась в кабинет фельдмаршала Сматса, который лично расспросил Шасу. Его вопросы были такими проницательными и острыми, что Шаса страшно устал, пытаясь успеть за быстрым умом оу бааса. Он с облегчением ушел, сопровождаемый наставлениями Сматса.
– Нам нужен этот парень Белый Меч, кем бы он ни оказался, и нужен раньше, чем успеет причинить новый ущерб. Передайте сообщение всем участникам расследования.
– Да, сэр.
– Списки должны лежать на моем столе до следующего уик-энда. Нужно задержать этих людей, пока они не успели натворить бед.
К середине утра Шаса приехал в Главное управление уголовного розыска и оставил «ягуар» на специально отведенном для него месте.
Помещение участникам спецоперации отвели на просторном первом этаже. У дверей стоял дежурный полицейский. Шаса показал удостоверение. В помещение допускались только лица, внесенные в особый список. Было известно, что многие полицейские либо состоят в «ОБ», либо сочувствуют ей. Инспектор Луис Нел подбирал команду очень осторожно и тщательно.
Годы и профессия помешали этому лысеющему молчаливому мужчине уйти добровольцем в армию, и он горько об этом сожалел. Шаса быстро понял: этот человек сразу вызывает уважение и угодить ему очень сложно. У них быстро установилось рабочее взаимопонимание.
Нел, без пиджака, с сигаретой в углу рта, разговаривал по телефону, но прикрыл микрофон и властным жестом подозвал Шасу.
– Где вы были? Я уж собирался отправить за вами поисковый отряд, – выговорил он. – Садитесь. Хочу с вами поговорить.
Шаса сел на угол стола, дожидаясь, пока инспектор закончит говорить по телефону,
– Ответьте. Проклятые операторы все пропускают через меня.
Шаса взял трубку.
– Доброе утро, центральный отдел уголовных расследований. Чем могу быть полезен? – сказал он и в наступившей тишине повторил то же самое на африкаансе.
– Здравствуйте, я хотела бы поговорить с кем-нибудь… – Звонила женщина, молодая и очень взволнованная, она говорила на африкаансе, и голос ее звучал неуверенно и тихо. – В газетах написано, что вы хотите знать про «Оссева брандваг». Я хочу поговорить с кем-нибудь.
– Меня зовут Кортни, – сказал Шаса на африкаансе. – Командир эскадрильи Кортни. Я благодарен за вашу помощь полиции. Можете все рассказать мне. – Он пытался говорить тепло и убедительно, чувствуя, что женщина боится, что, возможно, она готова передумать и повесить трубку. – Не торопитесь. Я здесь для того, чтобы выслушать вас.
– Вы из полиции?
– Да, мадам. Не хотите назвать свое имя?
– Нет! Я вам не скажу…
Он сразу понял свою ошибку.
– Все в порядке. Вам совсем не обязательно называть себя, – быстро поправился он. Наступила долгая пауза. Он слышал ее дыхание.
– Они крадут оружие.
Женщина заговорила шепотом.
– Можете сказать, какое оружие? – очень осторожно спросил Шаса.
– С оружейной фабрики в Претории, из железнодорожных мастерских. – Шаса выпрямился, держа трубку обеими руками. Почти все вооружение и военное оборудование делали в железнодорожных мастерских в Претории. Только там было необходимое тяжелое оборудование: высокоскоростные токарные станки, паровые прессы, способные изготовлять стволы и части ружей и пулеметов. Патроны штамповались на монетном дворе в Претории, но окончательную обработку тоже проходили в железнодорожных мастерских.
– То, что вы говорите, очень важно, – сказал он. – Можете пояснить, как они крадут оружие?
– Кладут в ящики металлолом, а оружие крадут, – прошептала женщина.
– Вы можете назвать тех, кто это делает? Знаете, кто виноват?
– Я не знаю тех, кто работает в мастерских, но знаю их главного.
– Мы должны знать его имя, – убедительно заговорил Шаса, но женщина молчала. Он чувствовал, что она борется с собой и что если настаивать, ее можно спугнуть.
– Хотите сказать, кто он? – спросил Шаса. – Не торопитесь, пожалуйста.
– Его зовут… – Женщина замялась, еще немного помолчала и выпалила: – Его называют Wit Swaard – Белый Меч.
У Шасы по спине поползли мурашки, сердце словно остановилось, пропустило удар и бешено заколотилось.
– Как вы сказали?
– Белый Меч – его зовут Белый Меч, – повторила женщина. Послышался щелчок разрыва связи.
– Алло! Алло! – кричал Шаса в трубку. – Вы там? Не вешайте трубку!
Но над ним смеялся шорох статики на пустой линии связи.
*
Шаса стоял у стола в кабинете Блэйна Малкомса, пока тот звонил начальнику полиции в Йоханнесбург, на Маршалл-сквер.