Власть меча
Шрифт:
От лагеря, где он перехватил автоколонну Фьюри, они двинулись по разбитым колеям на юго-запад в сторону Виндхука, перемещаясь по ночам, чтобы не наткнуться на кого-нибудь на дороге.
На второе утро, когда вставало солнце, Лотар добрался до одного из таких мест и решил, что оно подходит как нельзя лучше. Здесь дорога шла параллельно глубокому скалистому руслу высохшей реки, прежде чем сделать петлю через глубокий проход, выкопанный Лотаром, пересечь реку и подняться на противоположный берег к другой такой же выемке.
Он спешился и пошел вдоль крутого берега, тщательно его изучая. Грузовик с алмазами можно поймать в ловушку в выемке и запереть выход,
Вдобавок это самый дальний участок дороги – потребуется несколько дней, чтобы известить полицию и чтобы полиция добралась до места засады. Он успеет уйти далеко, если даже полиция решится последовать за ним в непроходимую глушь.
– Здесь, – сказал он Сварту Хендрику.
Они разбили примитивный лагерь там, где телеграфная линия напрямую пересекала русло, минуя петлю дороги. Медные провода уходили от столба, который не был виден с дороги, за реку.
Лотар забрался на столб и присоединил к проводу отвод, потом, плотно прижимая к столбу, чтобы его случайно не заметили, провел собственный провод вниз, а потом к своему посту прослушивания – в убежище, выкопанное Свартом Хендриком в крутом песчаном берегу.
Ожидание было однообразным, Лотара раздражала необходимость все время сидеть в наушниках, но он не мог пропустить важнейшее из сообщений, которые то и дело посылались из шахты, – сообщение с точным временем отправки алмазов. В зной ему приходилось слушать сообщения о повседневных делах шахты, причем оператор передавал их так бойко, что Лотар едва успевал отследить и понять длинные цепочки точек и тире. Он записывал их в блокнот, потом переводил в группы и, наконец, в слова. Телеграфная линия была частная, поэтому никто не пытался шифровать сообщения; передачи были понятны.
Днем он один сидел в убежище. Сварт Хендрик уводил Манфреда и лошадей в пустыню – будто бы на охоту, но на самом деле чтобы обучать и закалять мальчика и животных, готовить к предстоящему путешествию и держать в стороне от дороги.
Для Лотара долгие скучные дни были полны сомнений и дурных предчувствий. Столько могло пойти неладно, столько незначительных частностей могли свести на нет всякую возможность успеха!
В его плане были слабые места, и самое слабое из них – Джерард Фьюри. Весь замысел зависел от этого человека, а ведь этот трус легко мог передумать, пойти на попятную.
«Хуже всего ждать», – подумал Лотар и вспомнил, какие страхи одолевали его накануне битв и отчаянных предприятий. Если бы можно было разом покончить со всем, без долгих дней ожидания. Неожиданно в наушниках прозвучал сигнал вызова, и Лотар схватил блокнот. Оператор на шахте Х’ани начал передачу, и карандаш Лотара заметался по страницам, стараясь не отставать. Когда сообщение кончилось, со станции в Виндхуке прислали подтверждение приема, и Лотар снял наушники и начал расшифровку:
«Петтифоггеру. Приготовьте частный вагон Джуно для присоединения к воскресному ночному почтовому поезду до Кейптауна. Тчк. Джуно прибудет к вам в воскресенье в полдень. Ван. Конец сообщения». Петтифоггер – это Абрахам Абрахамс. Должно быть, Сантэн выбирала для него кодовое имя, когда была на него сердита; Ван – кодовое имя и шутка, основанная на фамилии Твентимен-Джонса; французская коннотация тоже указывала на влияние Сантэн… но кто же предложил кодовое имя для самой Сантэн? Лотар улыбнулся: оно прекрасно подходило [11] .
11
Петтифоггер –
Итак, Сантэн уезжает в Кейптаун в частном вагоне. Почему-то он испытал виноватое облегчение оттого, что ее не будет рядом, когда это произойдет, как будто расстояние могло уменьшить ее потрясение. Чтобы без спешки добраться до Виндхука к середине воскресного дня, Сантэн должна была выехать утром в пятницу. Он быстро подсчитал: к выемке у реки она доберется в середине дня в субботу. Потом вычел несколько часов из своей оценки: она гоняет на «даймлере», как дьяволица.
Он сидел в жарком, тесном, душном убежище и неожиданно ощутил всепоглощающее желание снова увидеть ее, взглянуть издали, когда она будет проезжать. «Это будет репетиция», – оправдывал он свое желание.
«Даймлер» показался вдали, точно один из песчаных жарких смерчей в пустынный полдень.
Лотар еще за десять или больше миль увидел столб пыли и сделал знак Сварту Хендрику и Манфреду, чтобы они заняли свои позиции на верху выемки.
В ключевых местах они выкопали мелкие траншеи, разбросали потревоженную землю и подождали, чтобы сухой ветер высушил ее и сровнял с остальной. Потом замаскировали свою стоянку ветвями деревьев. Наконец Лотар решил, что увидеть их можно только за несколько шагов.
Камни, которыми они перекроют оба выхода из ложбины, с трудом собрали в речном устье и разместили у края берега. Лотар постарался, чтобы завал выглядел естественно, и тем не менее одного удара ножом по веревке, удерживающей подпору под грудой камней, было достаточно, чтобы они с грохотом посыпались в узкий проход на дне выемки.
Это была лишь репетиция, поэтому никто не надел маску.
Лотар в последний раз оценил приготовления и повернулся к быстро приближавшемуся столбу пыли. Тот был уже так близко, что можно было рассмотреть очертания машины и расслышать шум мотора.
«Она не должна так водить, – сердито подумал Лотар. – Ведь убьется! – Он печально покачал головой. – Я веду себя, как преданный муж, – понял он. – Пусть ломает свою шею, чертовка, если хочет». Но мысль о возможной смерти Сантэн причинила ему боль, и он скрестил пальцы, чтобы отвести неудачу. Потом присел в траншее и смотрел сквозь завесу из веток.
Мощная машина, покачиваясь на колеях и подпрыгивая, свернула на петлю дороги. Шум двигателя стал громче: Сантэн начала спуск, а потом на повороте ускорила движение, используя езду юзом, когда пыль начала сдерживать движение передних колес. «Вот это скорость», – с невольным восхищением подумал Лотар. Сантэн между тем снова газовала на спуске.
«Милостивый Боже, неужели она хочет выскочить на полной скорости?» – удивился Лотар.
Но в последнее мгновение Сантэн перекрыла подачу топлива и переключила коробку передач, чтобы подняться на верх выемки.
Остановив машину, она открыла дверцу и встала на подножку, окутанная облаком пыли. Теперь она была всего в двадцати шагах от того места, где лежал Лотар, и он почувствовал, как забилось сердце, застучало о землю. «Неужели у нее по-прежнему такая власть надо мной? – удивился он. – Я должен ее ненавидеть, она обманула и унизила меня, отказалась от моего сына и лишила его материнской любви, и все же, все же…»