Власть-2
Шрифт:
Человек в розовом пиджаке заметив Насирова, опять улыбнулся, и исчез навсегда. Что он делал на территории кливлендской клиники,
Насирову было неизвестно.
Три часа спустя Президента не стало.
Но Насирова ждало новое потрясение. Через пару месяцев после этого, он гуляючи зашел в одно из кафе в центре Баку. У него там была назначена встреча со своим братом.
Подошел к стойке, заказал пива, хотел присесть за свободный столик, как вдруг…
В углу заведения, за коричневым столиком сидел тот "дьявол", или
"еврей". Опять он! Насиров уставился
Гитлера.
"Дьявол" опять сидел в розовом пиджаке, и как бы не замечал
Насирова. Он жадно пил горячий чай. Наливал и пил. Обычно во время жары так пьют от жажды холодную воду. Он резко оборачивался по сторонам и заново пил. Рядом с ним стояла большая черная сумка.
Насиров нащупал за пазухой "пушку", и направился к нему.
Беспардонно поздоровавшись, он смело присел рядом. Асраил в ответ улыбнулся. Насиров спросил.
– Вы меня не узнали?
– Узнал. Как настроение ваше?
– У меня? Да как вам сказать… Скажите, вы кто?
– Боюсь, что вы мне не поверите. Это вам не понять.
– Скажите, то, что произошло с нашим президентом, это ваша работа?
– Отчасти. Я смог бы искусно ваш народ волновать. И так продолжил бы дальше. Но у нас свои законы. Гейдар Алиев исчерпал, изжил себя.
Он не сделал бы больше того, что успел сделать. Правда, он умел страхом, смелостью и славой народ очаровать. Но для нас предел и лимит важнее всего. Я сужу иначе. Мы контролируем общую энергию. Да не волнуйся ты. Он умер. И так же будет ветер и дождь. В мире ничего не измениться. Я прав на счет Гейдар Алиева. Я любил его. И щас люблю. Ты пойми: живая власть - для черни ненавистна. Народ любить умеет только мертвых.
– Я с вами не согласен. У нас сильный народ.
– Да? Да что ты. Вот посмотри. Посмотри, что щас будет.
За соседним столиком сидели трое пожилых мужчин. Они кушали, пили водку, тихо беседовали. С их стола доносились критические замечания в адрес правительства. Вдруг к ним подошел официант с подносом в руке, и громко заявил:
– Прошу, угощайтесь. Это объедки со стола Президента Азербайджана.
Персонально для вас. Угощайтесь.
Разместив "трофеи" на столе, официант удалился. Трое клиентов тут же поменялись. Они жадно ринулись рассматривать, перебирать объедки, а потом отправлять их в рот. Подняли свои рюмки. Выпили. Начали громко говорить.
– Оф, как вкусно. Не обычная еда.
– Ах, вот они как питаются…
– А это выпъем за нашего Президента. Он наш шах. Да здравстует
Ильхам! Хорошее у него сердце.
– Да, да…Золотое. Он щедр.
Они продолжали пить и закусывать за здоровье Президента Азербайджана.
Асраил обернулся к остолбеневшему Насирову.
– Ну что? Понял щас, чего вы все стоите? Все вы зависите от первого холопа. Они даже не подкуплены правительством. Они просто холопы, которых вы хотели бы наказать. А вообще то, советую тебе забыть, что я сказал. Тяжелая память мешает жить. В принципе, это касается всех наций.
Вот недавно я был в гаагской тюрьме. Посетил Слободан Милошевича.
Я захотел увидеть его
Насиров тяжело глотнул слюну.
– Слышь, парень. Ты умный. Но этим меня не возьмешь. Ты сейчас поедешь со мной.
– Это куда же (с иронией)?
– Увидишь!
Насиров начал набирать номер на мобильнике, но до его руки притронулся Асраил.
– Простите, вы случайно не пьяны? Может, вы приняли наркотики?
– Так! Давай так. Щас я звоню, потом мы едем.
– Вы меня не поняли, молодой человек. Вы не трезвы. Иначе не сидели бы в общественном месте голым. Вы что, в бане находитесь?
Насирова разбудили слова Асраила. Он взглянул на себя, и с кошмарным видом заметил, что он абсолютно голый. ГОЛЫЙ!!! Даже без трусов. Волосатый лобок, грудь на показ, босые ноги. Вся клиентура кафе прижалась к стене, перешептывалась и разглядывала ненормального голого клиента,, который подсел за чужой столик, и названивает по мобильному. Насирова начало трясти. Губа отвисла. Это был ад.
Асраил улыбаясь, приподнялся, и покрутив у виска пальцем, вышел на улицу со своей черной сумкой.
Насиров не видел ничего. Он в таком же безобразно-постыдном виде продолжал сидеть за столом. Пенис болтался между ног как медаль. Он руками по автопилоту прикрывал промежность. Уставился в окно. Глаза его вцепились в пару. Асраил шел не один. Рядом шла высокая девушка в белом пиджаке. Они шли под руку, а прочие сторонились, уступая им дорогу.
Несколько любопытных начали забегать в кафе, посмотреть на голого клиента. Насиров зажал руками голову. В мыслях была каша. Глаза его нашли на столе странную записку, где было написано:
"От адской гекатомбы мертвых тел,
Сам дьявол содрогнулся, может статься,
Хоть он и нож точил для этих дел, Но нужно к чести сатаны признаться, Великих он не восхвалял совсем, Поскольку точно знал им цену всем".2004 год. Весна. Тепло.
Асраил улыбаясь, шел по тихой аллее. На нем был тот же самый розовый пиджак. Темные очки. С белым дипломатом в руках. Птички пели, солнышко грело. Хорошо!
Вдруг на скамейке он заметил того писателя. Это был Васиф Балаев.
В руках держал рукопись. Увидев Асраила, обрадовался, привстал.
– А я вас ищу. По всему городу. Наконец то мы встретились.
– Спасибо, что вспоминали. А что это у вас в руках?
– Это - то (смущенно), о чем вы говорили. Ну…книга о нашем правителе. Посмотрите. Оцените. Если конечно вам не трудно.
– Я вижу, что ты написал. Хорошая книга. Несомненно. Но она не закончена. Ты написал всего лишь половину. Еще много надо поработать над ней. Ты должен написать жестокую книгу. Ты должен страшиться тех мыслей, что написал в своей книге. Читатели очень быстро забывают то, что читают. Особенно автора. Заставь их запомнить себя! Учти это.