Владыка Пустоты

Беляев Михаил

– Я иду первый, дам сигнал – вылезай, поняла?

Та энергично покивала. Магии в девчонке я не чувствовал, а свежий след от инъектора на её шее намекал: Жанна принимает обычный альвитин, для простолюдинов. Толку от неё в бою – ноль.

Стараясь не шуметь, я поднялся по скрипучей лесенке до люка и, изогнувшись, надавил плечом. Крышка поддалась. Медленно, одними пальцами приподнял её и выглянул наружу.

Слева – стена дома, оканчивающаяся проулком, в центре – тротуар, отгороженный от оживленной дороги справа сетчатым

забором. И никого вокруг.

Скинув крышку, я быстро вылез наружу и огляделся. Вдали ревели сирены полиции, а в небе слышался рокот лопастей вертолетов. Столица стояла на ушах.

– Выходи, спокойно.

Вытащив Жанну, я поспешил к замеченному ранее проулку. Но стоило нам в него завернуть, как в дальнем конце показались трое в черных костюмах и с оружием.

– Назад!

Мы бросились обратно, но троица нас уже заметила. Юркнув за угол, я понял: скрыться мы уже не успеем. Другой конец улицы тянулся вдоль забора без единого переулка и выхода метров двести. Нас расстреляют как в тире. Выход один – защищаться здесь.

– Лезь назад в люк, прикрою! – велел я девушке, на ходу скидывая ремень с креплениями для ножен, и обернулся к углу дома. Обмотав ремень вокруг кулака, я поднял руку и влил максимум альва-энергии в тонкий барьер. Светящаяся пленка обволокла тело, создавая видимость защиты.

Сердце в груди бешено колотилось. Я сглотнул вязкую слюну и стиснул кулак. Ох, Всеотец, лишь бы эта обманка сработала!

Противники выскочили один за другим, вскидывая автоматы. Но, увидев мой барьер, настороженно переглянулись.

– Кольца, быстро! – крикнул третий, опуская оружие.

Не успел он договорить, как я метнулся к ближайшему из троицы, стоявшему справа. Короткий джеб в нос, пряжка ремня хлестко полоснула его по глазам. Боец выпустил автомат, с болезненным стоном пятясь назад.

Я развернулся и, пользуясь инерцией, врезал под дых бойцу в центре. Закашлявшись, он попытался достать меня и вскинул автомат. Ну уж нет! Я вцепился в его руку, отводя ствол в сторону, и добавил подонку коленом. Над ухом раздался грохот очереди, позади закричал первый боец. Похоже, задел своего.

Не выпуская рук горе-автоматчика, я прикрывался им как щитом от третьего и снова врезал ему коленом в грудину.

– Сука, отпусти, ты!..

– Да пожалуйста! – я пихнул его на третьего, цепляя носком за ногу. Взмахнув рукой, он упал на товарища, наконец-то решившегося использовать магию.

Кольцо вспыхнуло алым светом, выпуская струю почти белого пламени. Я зажмурился и прыгнул в сторону. Ноги обдало нестерпимым жаром, я перекатился по земле и развернулся, чтобы увидеть жуткое зрелище.

Горе-маг не рассчитал дистанцию и подпалил второго бойца. Тот с жутким воплем бросился прочь, пытаясь сбить пламя. Но магический огонь невозможно погасить, он сжирал всё, что горело. Пробежав несколько метров к переулку, живой факел рухнул как подкошенный и затих.

Я

подскочил к третьему – тот лихорадочно пытался стянуть кольцо и тянулся к пистолету, – и пробил голенью в висок. Крепкий мужик лишь мотнулся в сторону и выхватил пистолет.

– Дрянь, ты!..

Я вцепился в него, не давая прицелиться, и заколотил коленом по боку. Мы сцепились, как два бойцовских пса, молотя друг друга, но урод явно не собирался ограничиваться рукопашной. Вымотанный бегством и боями, я едва удерживал его руки. Крепкий подонок оттеснил меня к забору и, пересиливая мои руки, приблизил пистолет к голове. Черта с два, ублюдок! До крови закусив губу, я навалился на него всем весом и ударил лбом.

– Сдохни, сука!

Из-за его спины донесся отчаянный вопль Жанны.

– Сударь, нет!..

У самого уха один за другим грянуло два выстрела. Шею опалило жаром, но на миг подонок дал слабину – я отбросил его назад и, разорвав дистанцию, хлестко пробил ногой в голову.

Террорист упал на землю, раскинув руки. А я, пошатываясь от усталости, поплелся к нему. Перед глазами все плыло и двоилось. Да уж, так часто магией я еще не пользовался, откат не заставил себя ждать…

Ухо снова резанул крик девчонки.

Сглотнув наполнившую рот кровь, я сфокусировал взгляд: гад поднял пистолет. Ствол смотрел прямо на меня. Стрелок торжествующе усмехнулся, давя на спуск.

Вот и приплыли, княжич. Даже барьер поставить не успею, да и толку-то от него.

Выстрел. Черный ствол взмыл вверх, окропленный кровью, а террорист с простреленной шеей обмяк на земле.

Я медленно обернулся.

За решетчатым забором со стороны дороги показались трое с автоматами в форме полиции. Они спускались по обочине к нам, водя стволами в стороны.

– Оставайтесь на месте, гражданин! Сейчас подойдем. Гаврилов, где чертов проход?

– Справа, сто метров!

Бойцы побежали к проходу в заборе, а я, пошатываясь, подошел к люку. Из глубины на меня смотрело перепачканное лицо Жанны, прижимавшей к груди сверток с кодексом.

– Дождись, пока они уйдут, – прошептал я, садясь рядом. – Лишние допросы и проблемы тебе ни к чему. Сохрани книгу для меня, и не пытайся на меня выйти, поняла? Я сам тебя найду.

– Хорошо, сударь! Ты ведь Вайнер, верно?

Я молча кивнул. Тоже мне, откровение…

А полицейские уже нашли проход и спешили к нам. Времени мало. Я взялся за тяжеленную крышку люка и потянул на себя, как Жанна меня остановила.

– Подожди.

Закусив губу, она пошарила рукой где-то внизу и протянула мне маленькую карточку с золотистой каймой.

– Ищи меня здесь.

Люк с лязгом встал на место.

– Поднимите руки, гражданин! – меня окружили полицейские. – Вы пойдете с нами! Где остальные?

– Больше никого не было, – я незаметно убрал карточку в рукав и поднял руки. – Я был один.