Владыка башни
Шрифт:
— Как пожелаете, — кивнула воларка.
— Обвиняемые должны обращаться к королеве «ваше высочество», — гневно рыкнул Илтис.
— Как пожелаете, ваше высочество, — послушно повторила женщина, вновь схватившись за живот и болезненно морщась.
— Как ваше имя? — спросила Лирна.
— Форнелла Ав-Токрев Ав-Энтриль... ваше высочество.
— Вас судят за развязывание необъявленной и беспричинной войны и нападение на Объединённое Королевство с использованием средств, противных человеческой природе. В случае если обвинение будет доказано, приговор — смерть.
Лирна внимательно посмотрела в лицо женщине,
— Должна сообщить, — продолжала Лирна, — лорд Вернье выступил свидетелем в вашу защиту. Он поведал нам, что вы — женщина рассудительная и, хотя вы намеревались извлечь личную выгоду из несчастий, обрушившихся на нашу землю, сами в злодеяниях участия не принимали. Доверяя его показаниям, мы решили проявить милость. При условии, что получим честные и исчерпывающие ответы на все наши вопросы. — Королева чуть подалась вперёд, пристально глядя женщине в глаза, и добавила по-воларски: — Можете быть уверены, благородная госпожа, среди нас есть такие, кто распознает малейшую ложь, как если бы это был громкий вопль. А также те, кто сумеет извлечь правду из вашей головы даже после того, как её отрубят.
— Я согласна, ваше высочество, — торопливо кивнула воларка, и Лирна отметила, что её страх возрос.
— Вот и прекрасно. — Королева откинулась в кресле, подавив мгновенный приступ злости. — Позже я подробнейшим образом расспрошу вас обо всём наедине, а пока самое важное... Лорд Вернье сообщил, что ваш муж ждал некой «следующей волны», которая должна прибыть в Варинсхолд. О чём именно речь?
— О подкреплении, ваше высочество, — благоразумно не промедлила Форнелла. — О силах, которые должны будут оккупировать эти земли и подготовить их для следующего этапа.
— Какого этапа? — нахмурилась Лирна. — Насколько я понимаю, ваше вторжение уже состоялось, о каком ещё этапе вы толкуете?
— Захват Королевства — лишь первый шаг в куда более грандиозном замысле, ваше высочество. — Форнелла переступила с ноги на ногу, подавляя судорогу боли. — Местоположение этих земель как нельзя лучше подходит для достижения конечной цели.
Лирна почувствовала, что Ваэлин напрягся. Некоторое время он смотрел на женщину во все глаза, затем издал разочарованный вздох.
— Что с вами, милорд? — с беспокойством спросила Лирна.
— Прошу извинить меня, ваше высочество, — слабо улыбнулся он. — Просто... я очень устал.
И действительно, глаза у него покраснели, щеки запали, на лице лежала печать глубокой тоски. Она знала, что он совершил накануне, и со временем о его великом деянии должен был узнать весь мир. Но неужели совершенные в бою убийства легли таким тяжким бременем на его душу? Лирна всегда считала Ваэлина нечувствительным к переживаниям подобного рода, будь то чувство вины или отчаяние. Он никогда не был склонен корить себя за содеянное. Но теперь... «Что если он сделался обыкновенным человеком?»
— Хватит экивоков, — приказала она воларке. — Что это за цель?
— Альпиранская империя, ваше высочество, — с некоторым удивлением произнесла Форнелла, как если бы ответ был совершенно очевиден. — Ваше Королевство — прекрасный плацдарм для вторжения в империю. Следующим летом армия должна отбыть из здешних портов и высадиться
— Понятно, — задумчиво протянула Лирна. — В игре, которую закончу я, когда сожгу Воларию.
Вечером во дворце было устроено некое подобие пиршества. Осада не затянулась, и в столице Кумбраэля оставалось немало припасов. Длинный парадный стол в главном зале был обильно заставлен едой и вином, которое оказалось на редкость неплохим.
— Оно из личных подвалов моего дяди, — пояснила Рива. — Правда, большую часть я уже раздала горожанам.
Они стояли в саду, у открытого окна в зал. Илтис и Бентен отошли на дюжину шагов в сторону. Азраэлинка — судя по всему, советница покойного владыки фьефа, как, впрочем, и нынешней его правительницы, — стояла у окна внутри. Вся её поза и выражение лица были подчёркнуто безразличными, однако она не сводила блестящих глаз с двух женщин.
— Госпожа не любит вино? — спросила Лирна правительницу, повернувшись спиной к испытующему взору советницы.
— Ой, просто терпеть не могу! — смущённо улыбнулась Рива. Она держалась скованно, сцепив руки. Девушка то и дело забывала обращаться к королеве как подобает: было совершенно ясно, что она не имеет ни малейшего представления о дворцовом этикете. Впрочем, Лирна обнаружила, что все это её совершенно не волнует.
— Между тем ваш дядюшка был большим знатоком вин, насколько мне помнится, — заметила королева. — Ему достаточно было вдохнуть аромат напитка, и он тут же мог назвать год закладки, виноградник и даже положение склона, на котором произрастал виноград.
— Пьяница он был, вот и весь сказ. Но всё равно он — мой дядя, и я ужасно по нему скучаю.
— Особенно в такой вечер, как этот, наверное.
— Не, я к таким вечерам... — Рива хихикнула. — Ну, не привыкла, что ли. — Девушка внезапно нахмурилась и добавила: — Э-э-э... ваше высочество. Извините.
Лирна улыбнулась самым краешком рта и оглянулась на окно, за которым продолжался пир. Особой радости не ощущалось, гости тихо беседовали, подавленные воспоминаниями о недавней кончине близких. Тем не менее о вине никто не забывал, особенно Норта Аль-Сендаль. Он сидел на дворцовом крыльце, обняв за плечи брата Каэниса, и размахивал рукой так, что вино щедро выплёскивалась из бокала:
— Как же там здор-рово, брат! Бескрайние пространства, океан — до горизонта. А ещё... — Он лукаво подмигнул лорду-маршалу. — Ещё я каждую ночь ложусь в постель с самой красивой женщиной на свете. Каждую ночь, представляешь, братуха?! А ты всё киснешь в своём ордене.
— Мужчины такие зануды, — сказала Рива. — И когда трезвые, и когда выпьют.
— А этот к тому же довольно разговорчив для мертвеца, — хмыкнула Лирна.
Она оглядела других гостей. Сразу бросалось в глаза отсутствие Ваэлина. Он ушёл в свой лагерь всего через час после начала пира, отговорившись усталостью. Госпожа Дарена покинула дворец вместе с ним, и Лирна поняла, что её ревность, по всей видимости, была не по адресу и Рива тут ни при чем.