Владычица

Кокосьян Станислав Валерьевич

Жандармы приходят искать "живую богиню", а находят в трактире просто красивую томноокую крестьянку в окружении подвыпивших купчиков. Чекисты ищут по всему городу главу сектантской организации, плодят осведомителей, но те лишь блуждают по ложному следу и натыкаются в итоге на лектора общества "Знание" - старую коммунистку, всю свою жизнь посвятившую борьбе с сектами... Дела открываются и закрываются. Секта есть, но ее нет. Понимаешь? Я сам не очень...Это инволюция, вот что я думаю. Община теряет внутреннюю сложность, а ее способность мимикрировать под окружающий социум только возрастает. Под конец это уже не

совсем люди, понимаешь? А, может... Андрюха, я запутался ...". Конец ролика.

Андрей три раза переслушал этот ролик и надолго задумался. Остальные два решил прослушать позже. Сейчас ощущался информационный перегруз. Ум заходил за разум.

Ложась спать и анализируя, по привычке, основные впечатления дня, Андрей пришел к твердому выводу, что Филиппа Вадимовича в качестве источника информации придется исключить. Предельно вежливо, предельно корректно отбрить - и все. Было что-то не то в его навязчивом тараторении. Слишком гладко как-то, слишком нарочито, речь - почти без пауз. Чем-то напомнило бойкий лад речи одной из девиц на бульваре, когда она как будто начала реагировать на присутствие Андрея.

Впрочем, пару раз заглянуть к нему на чай - обязательно надо, чтобы не привлечь к себе ненужное внимание самоизоляцией - решил Андрей, засыпая.

5.

Несколько дней прошло в бесцельных брожениях в районе "пятачка". Изредка Андрей делал вылазки за его пределы, но ничего принципиально нового в своей картине мира не поменял.

Наступила среда. Андрей быстро нашел антикафе на Бехтерева - любимое место тусовки местной интеллектуальной молодежи, ровно в 18:00 зашел в помещение, выбрал себе место посередине небольшого и уютного зала со стенами, увешанными авангардными картинками и фото рокеров 60-х годов. Постепенно ряды наполнились. Публика была почти сплошь молодая.

– Откуда здесь столько хипстеров?
– недоумевал про себя Андрей, глядя на постепенно заполняющие ряды молодых людей в узких джинсах и кедах.

Тут же вспомнились Севины рассуждения: "На определенном этапе они начали успешно и с избытком воспроизводить все типичное, что появлялось в окружающем их большом социуме, отказавшись от всех видимых проявления своего культа".

– Похоже на то, - подумал Андрей.
– Так, смотрим и слушаем. Ни слова мимо. Тем более, что ни о какой записи не может быть и речи. При входе вежливый сотрудник заведения предупредил, что записывать запрещено и за этим будут следить. Первый опыт пребывания внутри "мурашевского" коллектива. Если только "мураши" - не фикция, родившаяся в запутавшихся умах двух аспирантов-антропологов, начитавшихся Маргарет Мид.

Каждое слово, оборот речи, визуальное наблюдение могло склонить чашу весов в сторону той или иной гипотезы. Наверное, в этом и есть главный драйв культурного антрополога. Включенное наблюдение ... Итак, Андрей весь превратился в слух.

Стоящий перед публикой с лазерной указкой в руке молодой человек чрезвычайно серьезного вида в очках с толстой оправой посматривал попеременно то на приветственный первый слайд выведенной на стену презентации, то на собравшихся горожан. Когда он смотрел на экран, его губы едва заметно шевелились, как будто он репетировал предстоящее выступление, а когда окидывал взглядом публику, то слегка надменно вскидывал голову,

победно двигая скулами вправо-влево.

Когда все собрались, лектор нелепо вытянул перед собой обе руки, повращал кистями и, дождавшись всеобщего внимания, суховато-занудным голосом начал выступление:

– Сегодня мы будем говорить о трудном деле, братья и сестры. Вот, посмотрите на этот слайд.

Андрей внимательно посмотрел на экран.

На cлайде было размещено старинное фото. На нем - молодая женщина с темными глазами, в какой-то вычурной ажурной шали огромных размеров стоит со странно вытянутыми перед собой на уровне головы руками посередине площади перед толпой не то почитателей, не то молящихся. Извозчики в армяках, уличные мальчишки, толпа курсисток с зонтиками. На лицах запечатленных на переднем плане фото- исступленный восторг. На заднем плане Андрей увидел тот самый памятник с всадником на коне, что стоял в центре привокзальной площади, только на "буденовке" не было красной звезды.

Лектор торжествующе спросил:

– Это - фото 1912 года. Мы в Родительском Доме это сто раз проходили, так?

Публика согласно закивала.

– Мы все - ее дети. Мы все - ее дети!
– воскликнул лектор, странно модулируя голос.
– Сколько раз мы слышали эту фразу, такую затертую, такую, вроде бы, банальную. Фигура речи, как объясняли нам филологи. А теперь, как говорили в "Что, Где, Когда", - внимание, вопрос! Кто-нибудь из вас знает, куда делись ваши родители и почему вы их не помните?

Вопрос словно повис в воздухе. Лектор ухмылялся. Лица собравшихся на несколько мгновений показались Андрею безжизненными масками. Никто не произнес ни слова.

Выступавший прищурился и внимательно посмотрел в невидимую точку по центру зала (как показалось Андрею - прямо на него, но все-таки чуть мимо) и продолжил:

– Знайте, что группа наших ученых из НИИ региональной истории только что установила новые факты. Посмотрите на следующий слайд. Это 1985 год. Власть многородников еще держится, но дунь на их дом - и он рассыплется.

Андрей напрягся, пытаясь зарегистрировать в памяти каждую мельчайшую деталь на фото.

На нем была изображена старуха, выступающая перед залом, полным стоящими слушателями. Лицо совсем темное, черты его почти неразличимы, но властная поза, громадная ажурная шаль и те же на одном уровень приподнятые перед собой руки позволяли предположить, что изображенная на этом и на первом фото - одно и то же лицо. Кроме возраста, была только одна необъяснимая разница между двумя снимками - фигура на втором была на 2-3 головы выше. В этом не было никаких сомнений, при сопоставлении со средним ростом заснятой на обоих фото публики.

Судя по всему, снимок был сделан в каком-то клубе или доме культуры. Гипсовый бюст Ленина, красное знамя. Те же исступленно-серьезные и в то же время восторженные лица слушателей. За спиной у старухи плакат "Осторожно, секта!".

Лектор комментировал:

– Я не спрашиваю Вас, что изображено на фото. Я спрашиваю, что мы видим?

– Владычица изгоняет тьму из своего дома. Сбивает многородникам нюх - ответил на свой же вопрос лектор и улыбнулся так, что Андрей впервые почувствовал что-то инородное во всем происходящем.