Владычица магии

Эддингс Дэвид

К утру дождь перестал. Путешественники отправились в дорогу, когда небо на востоке чуть посерело. Мендореллен по-прежнему ехал впереди, пока они не добрались наконец до опушки темного леса и не увидели впереди расстилавшуюся, насколько хватало глаз, сиреневато-бурую равнину Центральной Арендии.

Рыцарь остановился и стал поджидать отставших, мрачно покачивая головой.

– Случилась беда? – спросил Силк.

Мендореллен угрюмо показал на столб черного дыма.

– Что это? – удивился Силк, озадаченно сморщив крысиное лицо.

– Дым

в Арендии может означать только одно, – вздохнул рыцарь, надевая шлем с плюмажем. – Оставайтесь здесь, драгоценные друзья. Поеду посмотрю, но боюсь самого худшего.

Вонзив шпоры в бока жеребца, он бешеным галопом ринулся вперед.

– Подожди! – заревел Бэйрек, но Мендореллен, не обратив внимания, скрылся из виду.

– Ну и болван же! – прорычал огромный чирек. – Попробую его догнать: а вдруг там дело плохо!

– Не нужно, – слабым голосом посоветовал Леллдорин. – Будь там хоть армия, никто не осмелится напасть на него.

– А я думал, ты его не любишь, – слегка удивленно пробормотал Бэйрек.

– Не люблю, – согласился Леллдорин, – но одно его имя вызывает ужас в Арендии. Даже в Астурии слышали о сэре Мендореллене. Ни один нормальный человек не станет на его пути.

Отъехав назад, под защиту деревьев, они стали дожидаться возвращения рыцаря. Наконец послышался стук копыт. Лицо Мендореллена пылало от гнева.

– Именно этого я и опасался, – объявил он. – Война бушует на пути нашем – бессмысленная и глупая, потому что оба ее участника – родственники и лучшие из друзей.

– Нельзя ли объехать сражение стороной? – осведомился Силк.

– Никак, принц Келдар, – покачал головой Мендореллен. – Вражда распространилась, как лесной пожар, и захватила всю округу, так что не пройди мы и трех лиг, обязательно наткнемся на засаду. Придется мне, по всей видимости, заплатить выкуп за проезд.

– Думаете, они возьмут деньги за то, чтобы пропустить нас? – с сомнением спросил Дерник.

– В Арендии подобные сделки совершаются другим способом, добрый человек. Могу ли я просить тебя изготовить шесть – восемь крепких шестов, длиной футов этак в двадцать и шириной с мое запястье?

– Конечно! – согласился Дерник, беря топор.

– Что это ты задумал? – проворчал Бэйрек.

– Вызову на битву, – спокойно объявил Мендореллен, – одного или всех. Ни один истинный рыцарь не сможет отказаться, не будучи тут же ославлен как трус. Не будешь ли ты так любезен стать моим секундантом и передать вызов, лорд Бэйрек?

– А если ты проиграешь? – предположил Силк.

– Проиграю?! – потрясенно возопил Мендореллен. – Проиграю? Я?!!

– Извини, забудем об этом, – поспешно заявил Силк.

К тому времени как возвратился Дерник, неся шесты, Мендореллен уже закончил затягивать многочисленные ремни на латах. Подняв один из шестов, он вскочил в седло и рысью помчался в направлении дыма, сопровождаемый Бэйреком.

– Неужели это необходимо, отец? – спросила тетя Пол.

– Нужно прорваться, Полгара, – ответил Волк. – Не волнуйся, Мендореллен

знает, что делает.

Проехав пару миль, они добрались до вершины холма, с которого можно было наблюдать происходящее. Два мрачных унылых замка стояли друг против друга по обеим сторонам широкой лощины; несколько деревушек виднелись там и сям по обочинам дороги. Горела ближайшая из деревень: огромный столб густого дыма поднимался к свинцово-серому небу, а вооруженные серпами и вилами крестьяне с бессмысленной яростью нападали друг на друга. Драка шла прямо на дороге. На некотором расстоянии приготовились к атаке копьеносцы, осыпаемые дождем стрел.

Группа рыцарей в латах с яркими треугольными флажками на копьях наблюдала за сражением с двух противоположных холмов. Огромные осадные машины метали тяжелые булыжники, которые валились сверху на сражающихся, убивая, насколько заметил Гарион, всех подряд, как врагов, так и друзей.

Земля была усеяна телами погибших и умирающих.

– Глупцы, – с тяжелым вздохом пробормотал Волк.

– Никто из тех, кого я встречал, не обвинял арендов в чрезмерной сообразительности, – возразил Силк.

Приставив рог к губам, Мендореллен выдул несколько душераздирающих нот.

Сражение мгновенно прекратилось: и крепостные, и солдаты уставились на него. Он снова затрубил, явно бросая вызов на бой. Когда обе враждующие группы рыцарей спустились с холма узнать, что происходит, Мендореллен обернулся к Бэйреку.

– Если нетрудно, господин мой, – вежливо пробормотал он, – как только они подъедут, передай, что я вызываю всех.

– Твое дело, – бросил Бэйрек, пожав плечами.

Оглядев приближающихся рыцарей, он проревел громовым голосом:

– Сэр Мендореллен, барон Во Мендор, желает развлечься и будет рад, если каждая из сражающихся партий выберет бойца помериться с ним силами. Если же вы такие трусливые собаки, что не имеете мужества встретиться с ним один на один, прекратите этот гнусный скандал и дайте нам проехать.

– Великолепно сказано, господин мой Бэйрек, – восхищение заметил Мендореллен.

– Я всегда гордился своим красноречием, – скромно ответил тот.

Обе группы с опаской подъехали ближе.

– Позор, господа, – пристыдил их Мендореллен. – Подобная война не делает вам чести. Сэр Дирижен, в чем причина столь внезапной вражды?

– Нанесенное оскорбление, сэр Мендореллен, – ответил один из дворян, высокий широкоплечий человек с золотым кружком над забралом шлема из отполированной стали, – оскорбление столь гнусное, что его нельзя было оставить безнаказанным.

– Это меня оскорбили, – горячо возразил другой рыцарь.

– Не можете ли объяснить подробнее, сэр Олторейн? – осведомился Мендореллен.

Враги неловко отвели глаза, но не произнесли ни слова.

– Вы бьетесь насмерть из-за причины, которая столь ничтожна, что ее и припомнить затруднительно? – недоверчиво спросил Мендореллен. – Господа, я считал вас серьезными людьми, но теперь понял, как ошибался.