Вкус заката
Шрифт:
– С-с-с… Санчо! – с присвистом выдохнула я, с трудом проглотив возникший в горле ком.
– Что?! Что случилось?! – Испуганный помощник прибежал на крик, роняя на пол разрозненные страницы рукописи.
– Что это? Откуда? – Я потрясла перед ним газетной копией.
– Дайте взглянуть… И вправду, страшненькая картинка. – Санчо успокоился. – Это пришло на электронную почту офиса позавчера. Я думал, вы уже просмотрели бумаги в папке!
Он укоризненно посмотрел на мусорку,
– Как-то все руки не доходили, – оправдываясь, пробормотала я. – А что, никакого текста в письме с этой жутью не было? Тогда скажи, с какого адреса оно пришло?
– Адрес должен быть вам знаком, вы же мне его и дали, чтобы я туда Пашкину работу отправил.
– Что за Пашка? – Я соображала медленно.
– Мой приятель, тот самый крутой программер!
– Пашка, – повторила я.
Теперь мне все стало ясно.
– А текста в письме действительно не было, только телефонный номер и подпись – одна заглавная буква, то ли «эл», то ли «эн»!
– «Пэ», – прошептала я.
– Что?
– «Пэ»! – повторила я громче.
– Что за «пэ»? – заинтересованно похлопал ресницами Санчо.
– Не важно. – Я присела, торопливо сгребла с пола рассыпавшиеся листы рукописи и охапкой, как букет из осенних листьев, сунула бумажный ворох помощнику в руки. – Иди домой, Санчо, читай спокойно! На сегодня рабочий день закончен. Чао, бамбино!
– Ну, чао, так чао. – Озадаченный помощник пошел собирать вещички на выход.
Оставшись одна, я заперла дверь, вернулась за рабочий стол и открыла электронный ящик офиса.
Письмо с копией части газетного листа пришло еще три дня назад. Никакого текста сообщение не содержало, только набор цифр, в котором без труда угадывался телефонный номер. Подпись отправителя заменяла одинокая буква «П».
– Павел, – уверенно расшифровала я – и сама удивилась, с какой нежностью прозвучал мой голос.
Он взял трубку так быстро, словно все три дня безотлучно сидел у телефона, ожидая моего звонка.
– Привет! – сказала я и замолчала, унимая избыточные эмоции.
– Привет – и все? – обиженно переспросил этот провокатор. – Не «Привет, я скучала», не «Привет, я рада тебя слышать» и даже не «Привет, дорогой»?
– Привет, дорогой, я скучала и рада тебя слышать, – послушно повторила я и хихикнула, как девчонка.
– Ну, то-то же! – горделиво промолвил самозваный дорогой.
О письме, которое и послужило поводом для моего звонка, мы оба как будто забыли.
– Ну, и как ты там без меня? – Павел продолжал бессовестно напрашиваться на комплименты.
– С тобой было лучше, – не разочаровала его я.
– И мне с тобой
Я поддела пальцем цепочку на груди и посмотрела на украшающий ее золотой ключик:
– Знаешь, собираюсь! Подумываю вскоре съездить в Швейцарию. Кажется, меня там ждет наследство.
– От кого наследство? От доброго дедушки?
– Не очень-то он был добрый, – пробормотала я. – Не ко всем! Хотя лично я от него видела только хорошее…
– Что ты говоришь, у тебя был дедушка в Швейцарии? – Павел продолжал светскую беседу. – И он умер? Давно?
– На прошлой неделе, – ответила я. – И не в Швейцарии, а во Франции. На Лазурном Берегу, в Антибе. Слышал о таком городе?
– О-о-о! Однако… – Павел присвистнул. – И о городе слышал, и о дедушке твоем покойном тоже! Все местные газеты писали…
– Кстати, о газетах! – Я поняла, что пора переходить к делу. – Откуда эта вырезка, которую ты мне прислал?
– Из Портофино. Это маленький приморский городок в Италии. Ты прочитала статью?
– Я не знаю итальянского, но иллюстрация к тексту меня впечатлила, – призналась я. – Скажи, это то, о чем я думаю?
– Если ты думаешь о том, что на грязном заплеванном чердаке в дешевом квартале найдена мертвой никому не известная старуха, в прямом смысле убитая любовью, то ты совершенно права! – Голос Павла изменился, сделавшись злым и жестким. – Любовника, как ты понимаешь, не нашли, и никто не знает, кто он.
– Говоришь, грязный заплеванный чердак в дешевом квартале? – повторила я. – Однако это совсем другой стиль!
– Да. Рядом с телом во множестве валялись пустые пивные жестянки. – Павел немного помолчал и неохотно добавил: – И еще он накачал ее наркотиками.
– Какой ужас! – Мне и вправду стало страшно.
– Похоже, наш с тобой дедушка был не один такой, – мрачно резюмировал Павел.
– Это точно, – пробормотала я.
– Ты можешь прогнать газетное фото этой старухи через ту свою компьютерную программу?
– Что? – Я очнулась. – Да, конечно, это можно сделать. Но зачем тебе это?
– Полагаю, в результате ты получишь изображение девушки, которую где-то уже объявили в розыск. Я попытаюсь узнать, кто она, и буду расспрашивать ее родных и друзей о старике, с которым она могла встречаться.
– Не факт, что он был стариком! – возразила я. – Это тебе не Даниэль, который ждал очередную жертву полвека и убивал ее красиво и нежно. Тот, кого ты хочешь найти, свою жертву не любил и не жалел. Не удивлюсь, если он убивает так часто, как может, и не дает себе никакой возможности состариться.