Вкус крови

Безупречный Александр

— Знаю. — чуть отвела она взгляд, в котором читался некий стыд. — Я корю себя за то, что не нашла способа дать о себе знать. — сложила она руки на груди. — Этим я заставила тебя излишне страдать по поводу моего отбытия со станции.

— Прошлого уже не вернуть, Фира. Но я рад, что с тобой всё в порядке. — чуть наклонил голову, чтобы посмотреть ей в глаза. — Всё ведь в порядке?

— Смотря с чем сравнивать. — пожала она плечами. — Сам понимаешь — наше положение не самое завидное, но мы ценим то, что имеем.

— Понимаю, конечно. — постучал пальцами

по кружке. — Слушай… раз уж ты знаешь, как я стал вампиром, то может быть теперь твоя очередь рассказать?

— А… ну, тут такое дело. — немного замялась девушка. — Про мою историю становления не получится рассказать также интересно как про твою. — кашлянула и затем выпрямилась. — Как ты понимаешь, раз никакой болезни на станции не было, то и мне тут нечем было заняться. Вместо работы с больными — министерство попыталось эксплуатировать мою эйдетическую память.

— И каким же образом? — был очень заинтересован Рой.

— Они решили, что раз я могу «запоминать» зрительные образы — из меня выйдет отличный навигатор для отрядов шевальеров. То есть вместо помощи больным — меня попытались использовать для того, чтобы ликвидировать людей.

— Вот оно значит, как… это жестоко.

— Наше министерство назвало бы это эффективным решением проблемы. — грустно заметила Фира. — В общем так как я не могла отказаться — мне пришлось согласиться. Давалось мне это достаточно тяжело, ведь приходилось вести группы зачистки по разным старым путям за которые члены СКЛ отдавали свои жизни. Я считала это неправильным, но моего мнения никто и не спрашивал, однако со временем — моё отношение заметили члены СКЛ и вышли со мной на связь.

— Таким образом они и рассказали тебе правду?

— Именно. Поверила я не сразу, но у них есть архивные данные, которыми они были не против поделиться, чтобы убедить меня и когда я их прочла — разочаровалась в министерстве ещё больше.

— А как ты стала вампиром в итоге?

— У меня был врачебный доступ, Рой. — улыбнулась девушка. — К тому же я лично вводила красную сыворотку многим новобранцам, а так же членам СКЛ которых ловили шевальеры.

— Так… постой. — не понял Рой. — А причём тут они?

— Министерство использует членов СКЛ как подопытных, чтобы улучшить состав сыворотки. Если же в ходе трансформации человек становится упырём — его также затем изучают, чтобы понять, как его можно будет применить в будущем.

— Но ведь министерство убило Кляйна, когда он стал упырём.

— Ты видел это воочию?

— Нет…

— Тогда я не стала бы списывать этот возможный вариант событий.

— Ладно… так значит ты выкрала сыворотку для себя?

— Целый набор. — сказала девушка с некой гордостью. — Я читала отчёты о ходе трансформации, а благодаря эйдетической памяти я смогла создать кустарные условия для эксперемента уже на базе СКЛ.

— То есть у вас тут целая лаборатория?

— Ну, это слишком громкое слово, но в теории через несколько лет — я смогу синтезировать «облегчённую» версию сыворотки. Не уверена, что она будет полностью

превращать в вампиров, но возможно её можно будет использовать как допинг для сражения с шевальерами. Если у человека будет реакция вампира и огнестрельное оружие — шансов на победу у него будет больше. Собственно, это ты видел своими глазами.

— Да… видел. — сказал Рой не особо радостно. Мысли о смерти Кетера и остальных заставляли его лишь расстроиться. — Среди тех шевальеров — был мой друг, который помог мне освоиться в обществе.

— Прости… — сказала с пониманием Фира. — Я не знала, что это был ты. Поняла только тогда, когда сошлись в ближнем бою, ведь шлем более не скрывал твоего лица.

— Сделанного уже не вернешь, к сожалению. — покачал он головой.

— Ты сможешь начать здесь жизнь заново. Я помогу тебе. — сказала уже более радостно сестра.

— Увы, Фира… но я не могу.

— Что? Почему? — не поняла она.

— Узнав всё это — мне теперь нужны ответы. К тому же я хочу всё это обсудить ещё кое с кем.

— С тем самым Артуром? Думаешь он поможет тебе?

— Если не поможет, то хотя бы скажет, как следует поступить. Артур — человек чести. Я верю, что он сможет что-нибудь придумать.

— Может быть. Но ты уверен, что у него хватит влияния что-то изменить?

— Возможно у него найдутся аргументы, и он сможет поговорить об этом с Евой.

— Смеешься? Она ведь поддерживает СКЛ.

— Ева непростой человек. Я не верю в то, что она делает это без какой-то на то причины.

— Лучше бы у неё действительно были серьёзные причины, потому что из-за её действий — гибнут люди. — сказала Фира, а затем направилась на выход из комнаты.

— Ты куда?

— Хочу прогуляться. Ты со мной?

— Да. — утвердительно кивнул Рой, а затем направился за сестрой.

***

Шли они молча. Видя уверенную походку сестры Рой не хотел задавать вопросов. Вместо этого он просто оглядывался по сторонам, пока Фира что-то набирала на своём идентификаторе.

Станция Аполлон была отнюдь не безжизненной, не смотря на то как её представляло министерство. Условия жизни были заметно хуже, чем даже на самой занюханной станции лунной утопии, но лица людей были счастливыми. Рой замечал, что куда бы он не посмотрел — он видел людей, который совместными усилиями что-то чинили, что-то обсуждали или же за кем-то присматривали. Жизнь не стояла на месте, одним словом.

— У вас тут и дети…

— Конечно, ведь тут нет центра по распределению, поэтому если люди захотели — они завели ребёнка.

— Но ведь на это дело нужны ресурсы, разве нет?

— Естественно. Но тут и не идиоты вокруг собрались, Рой. Дети — это большая ответственность, но это не значит, что нужно отбирать у людей возможность самим решать будут они их заводить или нет.

— И как вы их обеспечиваете?

— Совместными усилиями. Можно сказать, что у наших детей есть отцы и матери, но за ними также стараются присматривать и обычные жители станции. Каждый помогает по мере сил.