Визиты в СССР
Шрифт:
Этот домысел вдруг вклинился в голову и завертелся там в разных вариациях. И поскольку вывод нуждался в срочной проверке, Коля вдруг потерял покой. Так что дома у Любы он не нашел себе места.
Любовь не заметила его беспокойного состояния. Оказавшись в собственной квартире после долгого пребывания в совершенно ином, невероятном мире, она кошкой отправилась бродить по углам.
Ну конечно, по углам — это образно сказано. Люба просто сходила на кухню, заварила чай. Это первым делом. А затем она взяла тряпочку и ласково «прошлась»
Впрочем, Коля тоже ходил по углам. По углам комнаты, туда-сюда. Наконец, он не выдержал. И когда Люба позвала пить чай, Герасименко отрицательно помотал головой.
— Ты знаешь, Люб, — решительно сказал он, — ты меня прости, конечно, но мне что-то не хочется сейчас чаю. Мне надо сходить кое-что провернуть… В общем, Димку надо срочно поискать, понимаешь?
— Думаешь, он здесь пропадает? — упавшим голосом спросила Люба и прислонилась к косяку у входа в комнату. — Ну и куда ты пойдешь? Надолго?
— Не знаю, нет, просто позвоню пока, — Коля повел плечом и вышел.
Правда, в проходе около Любы остановился и коротко поцеловал ее в теплые губы. Уж затем быстро покинул квартиру.
— Я буду тебя ждать! — громко сказала вдогонку Люба.
Жаль, что не было у нее домашнего телефона. В тысяча девятьсот восемьдесят третьем это ой какая редкость! Величайший, можно сказать, дефицит. Телефонный аппарат с городским номером в восемьдесят третьем прямо почти привилегия. И на тех у кого это было, смотрели с завистью.
Посему пошел Коля звонить с автомата. А то бы и не пришлось уходить, с любимой объясняться. Взял бы в руки толстую книженцию с абонентскими номерами жителей Перми, отпечатанную в местной типографии в восемьдесят втором. И поискал бы Каримова Игоря Кировича.
Впрочем, лица на службе государства своих номеров не разглашали. Да и что там! Был, был у Коли номер, но не домашний, а рабочий. Та самая скомканная бумажка из Димкиного кармана, по которой Димка звонил и назначал Кирычу встречи. Та самая бумажка была передана в темнице ФСБ другу на память.
И вот теперь, дойдя до автомата, Коля набрал по ней номер. Рабочий номер. Но ответил, хоть и сразу, незнакомый голос.
— Майор Игорь Кирович? — недоверчиво спросил на всякий случай Коля.
— Нет, это не он, — грустно отрезал молодой голос. — А кто его спрашивает?
— Дело в том, — замешкался Николай. — В общем, у телефона старый знакомый. Не подскажете, где сейчас находится Игорь Кирович?
— А почему вы интересуетесь? — с подозрением осведомился голос. — Какова степень вашего знакомства?
— Да какая к черту степень? — нетерпеливо возмутился Коля. — Водку вместе пили. Сына его нянчил.
— Вот как… — протянул голос. — И давно вы виделись последний раз?
— Неделю назад. А что, собственно, произошло?
Человек где-то там в кабинете майора постучал пальцами по столу (кстати,
— А то, — слегка насмешливо ответил человек, — что майор пропал. Ни дома не появляется, ни на службе. И никто не знает, где он находится, никто его не видел последние дни. Вот и вы тоже…
— Ого, ничего себе! — притворно удивился Коля. — Как так?
— А вот так. Может, он в Америку сбежал, — вдруг предположил голос. — Странно, на него это не похоже.
— Нет, нет, никуда он не сбегал! Он просто… Просто ушел в лучший мир, — заверил Коля и бросил трубку.
Из телефонной будки Николай вышел понуренный. Случилось то, чего он больше всего и боялся последний час. Его версия подтвердилась — Кирыч исчез, а значит, и Димка тоже здесь исчез. Они же еще недавно были вместе, заодно. А в нынешнем две тысячи тринадцатом, в России, они не появились, ни тот, ни другой.
Так неужели же их Советский Союз отделился от этого мира и благополучно зажил в каком-то ином, параллельном мире?!
Коля пошел по тротуару, не замечая людей.
Время и деньги суть близнецы, они очень похожи. И то и другое тратится очень быстро, улетает незаметно. Время стоит денег, а деньги стоят времени. Вот только деньги не так жестоки, как время. Их хотя бы, при желании, можно накопить. А время утекает безвозвратно.
Оно, как капитал, дается только один раз. Только один раз, при рождении, человек получает в распоряжение огромный капитал — жизнь. Но все зависит от того, как он растратит это богатство. Как деньги можно потратить глупо или потерять, так и время можно потратить бездумно, либо растерять.
Николай был уверен теперь, что он не только не растратил половину своего капитала к тридцати восьми годам, но и наоборот, приобрел кое-что. Ведь, путешествуя с Любой в тысяча девятьсот восемьдесят третий год, он проводил там по несколько дней, а когда возвращался в свое время, то замечал странную вещь. В настоящем, в России, со времени отбытия Коли и Любы проходил всего один день. Хотя раньше, в первые визиты время текло одинаково. Впрочем, раньше Коля и не удалялся в прошлое надолго. В общем, этот феномен еще требовал изучения.
Итак, в прошлом время текло как обычно, а в настоящем оно сильно замедлялось — но только пока Коля надолго застревал в прошлом. Так Николаю Герасименко удавалось вдвойне обманывать время и добавлять себе дней для проживания.
Но самое главное заключалось не в этом. Самое главное заключалось в том, что к тридцати семи годам Коля наконец обрел настоящее счастье, к которому шел всю свою сознательную жизнь. Точнее, половину жизни. У каждого человека только один раз бывают главная любовь и главное дело. И Коля этого достиг — он обрел Любовь, а главным делом стали путешествия во времени.