Визитёрша
Шрифт:
Мы снова лежали молча. Я отвела взгляд в сторону. Мне было сложно смотреть на Тимера.
— Ты сказал, что сам неуверен. Почему?
— Я не могу трактовать слова Рэйхарда, пока собственными ушами не услышу, какую именно клятву он произнёс. В Зале голосов предков, я думаю, мы убедимся, что всё так, как передал мне отец. Ну и эта магия… Она на самом-то деле не всегда соответствует нашим ожиданиям и поддаётся трактовке. Иногда в зове крови намешано больше, чем мы можем понять.
— Значит, даже если отец этого не просил…
— Не думаю, — перебил он недовольно. — И
— Но на меня, выходит, в одностороннем порядке, клятва могла так подействовать?
— Чисто теоретически, такое возможно, — хмуро признал он.
— Как можно это проверить? — внутри меня всю колотило от обиды и разочарования. Всё это может быть навеянным? Иллюзией созданной для того, чтобы привести меня к нужной цели?
— Выполнить клятву и посмотреть, что осталось, — ответил Тимер. Теперь он не смотрел на меня. Его застывший, тяжелый взгляд, казалось, прожигал дыру в потолке убежища.
Я хмыкнула и села. Растёрла лицо ладонями.
— Лирэ, — успокаивающе мягко прошептал он, садясь за моей спиной. Его ладонь, едва касаясь, скользнула по моему плечу. — Это не важно. Я в любом случае сделаю всё, что бы снять с тебя клятву.
— Ты понимал, что я, возможно, одурманена, — пробормотала я. — Ты понимал и всё равно не гнушался тем, что бы привязать к себе.
Я практически физически ощущала напряженное молчание за своей спиной. Не выдержав тишины, я резко обернулась к магу.
— Объясни, зачем ты пытался привязать меня к себе еще сильнее, — потребовала я, но на лице Тимера снова появилась эта разочарованная гримаса. — Почему ты молчишь?
— Потому что если объясню, ты можешь понять всё превратно. Тем более сейчас, когда ты и так расстроена.
— А пока ты молчишь, я могу придумать вообще что угодно, — дёрнув плечом и стряхивая его руку, ответила я.
— Хорошо, только постарайся не спешить с выводами…
— Говори уже, — практически простонала я, сжав виски ладонями и растирая голову. Что еще мне предстоит услышать? А ведь только начало казаться, что всё не так плохо.
— Существует такой феномен как совмещение магии. Это редкость, но иногда встречается.
— Что это такое?
— Это способность одного мага управлять магией другого. Такой феномен может произойти, когда один человек полностью открыт перед другим, то есть в очень близких отношениях. Очень редко, но бывали в истории случаи, когда друзья, идущие к одной цели, вырабатывали способность пользоваться магией друг друга. Точнее обычно один из друзей вдруг получал доступ к магии напарника. Чуть чаще такой феномен встречаются у мужчин и женщин, состоящих в любовных отношениях.
— Ты… — зашипела я.
— Послушай. Дай мне договорить.
— Ты…
— Совмещенная магия, — произнёс он четко, но повысив голос так, что бы перебить и заставить себя выслушать, — намного сильнее обычной. Она более гибкая, универсальная. Мой отец вполне обосновано предполагал, что клятва Рэйхарда разбудит в обещанном первенце именно такую способность — делить со мной магию и тем самым
Я молча сложила руки на груди, выслушивая его объяснения. Тимер, игнорируя моё сопротивление, обнял со спины, прижимая к себе вплотную.
— Повторю — я ждал друга. Когда ко мне начала переноситься маленькая девочка, я был разочарован. Я и сам подумал, что родилась именно девочка потому, что женщины чаще мужчин открывают свою магию близкому человеку. Мысль что вот этот ребёнок существует чтобы в меня влюбиться и дать мне силу — была неприятной на грани брезгливости. Мысль о том, что кто-то привязан к тебе фальшивыми чувствами, в любом случае неприятна, а когда видишь перед собой ребёнка, это вообще кажется извращением.
— Я уже не ребёнок, но если мои чувства наведённые, то происходящее всё равно нездорово.
— То, что у нас немаленькая разница в возрасте один из поводов считать, что так на тебя клятва действовать не может. Это бы забрало слишком много энергии. Рэйхард, дав клятву, умудрился прожить еще, по меньшей мере, десять лет. И это притом, что дал не одну, а две кровные клятвы на протяжении жизни.
— Есть еще одна? — переспросила я, выкручивая шею и смотря на мага.
— Есть, но она тебя не касается, — успокоил Тимер. Я снова перевела взгляд на свои колени. — Он обещал императору искать одну фамильную реликвию… Я пытаюсь тебе объяснить, что дать две клятвы, одна из которых должна продолжать магически влиять на тебя по сей день и при этом прожить достаточно долгую жизнь — это представляется мне маловероятным.
— Тогда какой смысл в том, что тебе в напарники родилась девушка?
— Возможно, клятва просто поучаствовала в твоём создании. Какие-то черты, тебе передали твои родители, а какие-то магия — они и сработали нужным образом или еще сработают.
— Это какие? — не поняла я. — Моя разрушительная магия?
— Не знаю. Не знаю, что именно. Может дело, действительно, только в твоей магии. А может решающим здесь является то, что ты не перестаёшь бороться, даже когда сама не веришь в победу. Не прекращаешь сопротивляться, даже там, где сопротивляться бессмысленно. Или… или вся хитрость клятвы заключается в том, что ты со своим неуёмным упрямством достаёшь меня бесконечными вопросами, — Тимер тихо засмеялся, зарываясь носом в мои волосы. — А потом, услышав ответы, ты достаёшь меня своими реакциями еще больше, и всё это каким-то нездоровым образом привязывает меня к тебе только сильнее.
Я фыркнула, но вырываться из его рук, которые сейчас сжали еще сильнее, не стала.
— Я должна была знать, — хмуро произнесла я. — Не важно, что ты считаешь, что мои чувства не наведены. Я имела право принять это решение сама — сближаться с тобой, учитывая обстоятельства, или нет. Ты должен был сказать.
— Если, предположить что я ошибся, и ты под действием магического дурмана, то это — механизм выживания, который в тебя вложила клятва. Я не планировал испытывать к тебе какие либо чувства, и твои мне нужны не были. Но предположив, что возможно клятва исполнится через твою влюблённость — решил в это не вмешиваться. Не мешать.