Визитёрша
Шрифт:
— Вот тот зелёный булыжник и есть тот алтарь? — тихо спросила я.
— Нет. В империи таких алтарей нет.
— Значит, ты справился и без него? — это хорошо. Раз Тимер смог, то и лорд директор должен.
— Да. Я тоже искал обходной путь.
Мы снова замолчали. Каждый думал о своём. Я о том, почему он такой категоричный. Неужели в сложившейся ситуации есть только один правильный путь решения? Если да — то хорошо. Просто если нет — это значит, что он продолжает мне что-то недоговаривать. Не хотелось так думать. Вообще не хотелось
— Пошли завтракать? — спросил Тимер, подкатившись ко мне поближе, и улыбнулся. — У нас с тобой на сегодня еще много дел.
— Пошли, — согласилась я.
За завтраком мы обсуждали планы на день и я поймала себя на мысли, что, как ни странно, между нами ничего не изменилось. Тимер продолжал периодически брать меня за руку, улыбаться и казалось, что ночного разговора просто не было. Разве что целовать больше не пытался. Происходящее и радовало и тревожило. Если я достаточно четко дала понять, какую черту мы не переступим, то почему он ведёт себя так? Его не обидело, и не задело моё решение? Он вообще собирается с ним считаться, или ждёт, что я передумаю?
Еще обиднее было осознавать, что я действительно могу не сдержаться и передумать, особенно если лорд Вирэль не заберёт меня отсюда в ближайшие же дни.
— Лирэ, ты уже полчаса ковыряешь этот салат, — посмеиваясь, сказал Тимер. — Если наелась, то пошли в лабораторию.
— Да. Наелась. Кажется…
— Я прихвачу что-нибудь с собой, а ты доедай, — посоветовал он, поднимаясь.
В лабораторию мы шли со свёртком еды. Тимер всё время улыбался, а я шла рядом и пыталась понять: В чем подвох? Или это лучший из всех мужчин, заботливый и не держащий обид, или я чего-то не знаю.
— Ну что? Готова? Вот рубашка, — сказал маг. А потом, без моего напоминания, вышел в коридор.
Так и начался второй день изучения моей магии.
К моему восторгу — уничтожить ветку и при этом остаться одетой, удалось с первого раза.
— Молодец! Давай еще, — хвалил Тимер, при этом протягивая всё новые и новые палки. — И еще, — и так раз двадцать, а только потом мы перешли к тому, что лежало на столе. А тут у меня случился новый ступор — яподняла кусок незнакомого метала и ничего не смогла с ним сделать.
— Старайся. Пробуй. Пытайся понять, почему не работает, — подсказывал Тимер.
— В результате, должно получиться?
— Вряд ли выйдет. Но ты пробуй.
В этих попытках прошел весь наш день. Мы дважды ходили в столовую, еще дважды Тимер ненадолго оставлял меня одну, наедине с разномастными образцами. Большинство экземпляров так и не поддавались моему влиянию. Зато пепел от той бордовой каменюки, и желтой металлической кружки, которые поддались, Тимер рассматривал уже больше часа, пересыпая в пальцах, мешая со своими металлическими шариками и сравнивая под микроскопом с пеплом от деревянных веток.
Когда время близилось к ужину, а я это точно знала — уж очень проголодалась, в дверь постучали.
Не
— Ты снова занятие пропустила, — сухо сказал постовой, опускаясь в кресло.
— Если ты не заметил, мы заняты, Зэт, — проговорил Тимер, откидываясь на спинку своего кресла и скрещивая руки на груди. Вид у него бы недоброжелательный и это меня расстроило, ведь Зэт такого не заслужил.
— Прости. Тут столько дел было, — обратилась я к стражнику и отложила не реагирующую на меня железяку обратно на стол. Потом подошла к постовому и села рядом.
— Принёстебе, — ответил он, протягивая листы.
— Спасибо и… Зэт, а что такое шайга?
Тот замер и посмотрел на меня округлившимися от удивления глазами. Справа от меня, листая какие-то бумаги, беззвучно смеялся Тимер. Да, кстати, говорил, что хочет увидеть лицо Зэта, когда я спрошу, но ничего подобно — даже не пытался смотреть.
— Ты откуда знаешь это слово? — поинтересовался Зэт.
— От тебя слышала. И еще от одного стражника, — широко улыбнулась я.
Зэт прищурился, задумался, покивал сам себе.
— Какая оплошность, — резюмировал он. — Забудь.
— Нет. Ну, это не честно. Что такое эта чертова шайга? Я же хочу знать!
Зэт внимательно выслушал. Согласно кивнул и, забрав из моих рук листы, разложил их на столе перед нами.
— Забудь и займись делом.
— Как же меня всё достало!
Но на моё возмущение внимания никто не обратил. В конце концов, мне всё же пришлось заняться грамматикой, под внимательным надзором моего учителя. Тимер не участвовал и не мешал. Оставаясь сидеть на месте, маг занимался своими делами, и наблюдать со стороны.
Дверь открылась без стука. В лабораторию раз пятый за день заглянул Кале.
— Тимер, на пару слов, — позвал он, и снова выскочил в коридор. Маг поднялся и вышел вслед за ним, плотно заперев за собой дверь.
— Слушай меня внимательно, — резко склонившись к моему уху, прошептал Зэт. — Ты в большой опасности. Завтра, найди способ прийти ко мне без мага и его сестры. Если о нашем разговоре кто-то узнает, в первую очередь Кардель, то до восхода солнца можем не дожить ни ты, ни я.
Я смотрела на него, не понимая ничего, кроме того, что я не дышу. Что он говорит? Что… Я не понимаю… Тимер, он странный и скрытный, но… нет. Он же не враг.
— А теперь сделай вид, будто я тебе ничего не говорил. Займись учебой, — Приказал, именно приказал, Зэт. — Соберись. Эта строчка, смотри. Я хочу, что бы ты заметила не стандартное расположение сказуемого. Смысл от этого перемещения не изменяется, но сейчас так говорят только пенсионеры.
Постовой взял лист и, написав на нём нужное предложение, стал вычерчивать стрелки и менять слова местами. За этим занятием нас и застал Тимер, когда вошел в лабораторию. Маг улыбнулся мне своей тёплой улыбкой и замер… Видимо заметил изменение на моём лице.