Вис и Рамин
Шрифт:
ВИРУ УЗНАЕТ О ПОХИЩЕНИИ ВИС
Виру, узнав, что сделал царь царей,
Примчался ветра буйного быстрей.
Но слишком поздно прибыл во дворец, -
Его жену похитил царь-хитрец:
Чтоб раздобыть жемчужину одну,
Принес он в жертву целую казну!
Так обманула сына мать родная,
На огненные муки обрекая.
И, полный ярости, он стал пылать,
Разгневали его сестра и мать.
Ушла из сада
И чистоты лишилась белизна.
Из крепости-ларца рубин исчез,
И нет луны в объятиях небес.
Был рудником он, полным серебра,
Но стал рудник пустым: ушла сестра.
Он жемчуга в душе своей пронес, -
Остался он с жемчужинами слез.
Виру тоскует, думает о мести,
Мубад ликует с луноликой вместе.
Смотри: Виру страдает от обид,
Без милой Вис душа его скорбит,
Его лицо от горя пожелтело, -
Ты скажешь, что душа ушла из тела.
Разлуки облака над ним нависли,
Из клетки мозга улетели мысли.
Он предавал проклятью, поношенью
Судьбу - за то, что стал ее мишенью.
Его красавицу похитил шах,
Его звезду низринул в черный прах!
Смотри: Виру тоскует, но отраду
Его тоска доставила Мубаду.
Один из-за красавицы в смятенье,
Другой познает с нею наслажденье.
У одного нет радостного крова,
Расцвел цветник блаженства у другого.
Один - в пыли, как нищий, а другой
Подругу обнял жадною рукой.
РАМИН ВИДИТ ВИС И СНОВА ВЛЮБЛЯЕТСЯ В НЕЕ
Предвидя исполнение желаний,
Был счастлив тот, кто правил в Хорасане.
Была забыта прежняя тоска,
И снова стала жизнь его сладка.
Был паланкин с красавицей в те дни,
Чертогом, разукрашенным Мани!
Над ним повеет ветерок, вздыхая, -
Вселенной принесет дыханье рая.
Тот паланкин сиял, как небосвод,
Где не луна, - красавица плывет.
Тот паланкин был куполом скорей,
Пропахшим амброю ее кудрей!
Казалось: солнце устремилось вдаль,
Закутанное в золотую шаль.
То блеск взаймы она дает планетам,
То мускус всем она дарит предметам,
То розу нам напомнит, то платан,
Мяч - подбородок, кудри - как човган.
Казался паланкин священным раем:
К архангелам охрану приравняем!
Когда судьба решила, чтоб Рамин
Взглянул на несравненный паланкин,
В его душе зажглась любовь, и разом
Испепелился терпеливый разум.
Подул весенний ветер беспричинно,
Сорвал он покрывало с паланкина,
Ты скажешь:
Заря взошла из облаков летучих, -
Взглянула Вис, как солнце хороша,
И от Рамина унеслась душа!
Казалось: появился чародей,
Что души похищает у людей.
Нет, не могло б с ее сравниться взглядом
Копье, напитанное жгучим ядом!
Рамин не вынес взгляда этих глаз:
В него стрела нежданная впилась,
Его с коня свалила та стрела:
Так ветер лист срывает со ствола.
Он запылал, душа ушла из тела,
Из головы сознанье улетело.
Взглянула - и украла чаровница
То сердце, где любовь теперь таится,
И томным сделалось его чело,
А в сердце древо страсти расцвело.
Такое семя в сердце взгляд занес,
Что на глазах возникли перлы слез.
Такая смута зародилась в нем,
Как будто был он опьянен вином,
Лицо покрыл шафран, и заодно
Вдруг посинело красных губ вино.
Отметила лицо любви печать, -
И краски жизни стали увядать.
Все войско окружило до едина -
И пешие и конные - Рамина.
Их зарыдать заставила беда,
Надежда их оставила тогда.
Никто не понимал, что с ним случилось,
Какой тревогой сердце омрачилось?
Он заболел - и всех объял недуг,
Он плачет - громче плачут все вокруг.
Уста дрожат и меркнут их глаза:
Так страсти ужаснула их гроза.
Две раковины, полные жемчужин, -
Глаза открыл Рамин, как бы разбужен.
Он вытер их рукой, объят стыдом,
И замолчал, придя в себя с трудом.
Разумных опечалил этот случай,
Решили: заболел Рамин падучей.
Воитель знатный снова сел в седло.
На сердце было смутно, тяжело.
Казалось, он сознанье потерял
Иль верный путь в тумане потерял.
Не отрывал от паланкина взгляда,
А сердце отдал он исчадьям ада.
На паланкин бросал он жадный взор,
Как на ларец с жемчужинами - вор.
Подумал он: "Что было бы со мной,
Когда бы вновь я стал дружить с луной!
Что было б, если б ветер дунул вновь,
Помог взглянуть мне на мою любовь!
Что было б, если бы она свой лик
Открыла, услыхав мой скорбный крик!
Что было б, если б стала ей видна
Моих ланит поблекших желтизна!
Ее душа склонилась бы к участью,
Она бы сжалилась над жгучей страстью.
Что было б, если б рядом с паланкином
Скакал я по горам и по долинам!