Вирус
Шрифт:
– Трудовой паспорт никому не показывай. Порви, съешь, но не показывай. Понял?
Хе-Хе кивнул головой. Клоуроксианец через какое-то время вернулся и сел в шаттл, оглянулся через кресло на имина. Тот жестом уверил пилота, что все в порядке. Пилот завел шаттл и тот сдвинулся с места и направился на взлетную площадку. Перед тем, как на неё допустить, в шаттл вошел ыл’канхалец-таможенник. Его борода свисала до колен и наклонись он ещё чуть-чуть, то запнулся бы об неё. Канхальский таможенник проверил все документы, но остановился на билете Хе-Хе.
– Этот что, новенький? – пробарабанил таможенник
– Нет, старенький. Уходил в отпуск. – пропищал имин.
Таможенник
– Держись, зеленый, – сказал клоуроксианец.
Лифт в ту же секунду, как клоуроксианец произнес первый звук, двинулся с места и придал разгон шаттлу. Двигатели зарычали, и транспорт взлетел. Рычание было слышно до тех пор, пока шаттл не вырвался за пределы атмосферы. Тогда дело осталось за малым – долететь до станции на орбите звезды.
…
Шаттл пристыковался к кораблю клоуроксианца. Это был крошечный старенький корвет. Команда была из восьми членов экипажа. Два штурмана, четыре матроса, капитан клоуроксианец и имин с неизвестной Хе-Хе ролью на космическом судне. Кем были остальные Хе-Хе не знал. Все разбрелись по своим местам, а потерянный стаггиец поплелся в сторону капитана. Тот уж и позабыл о новом пассажире, но, взглянув на Хе-Хе, оживился.
– Та-ак, слушай сюда, зеленый. Довезем до базы и там распрощаемся. В следующий раз, как мы с тобой здесь увидимся, ты уже будешь для нас мертв, понимаешь? – Хе-Хе помотал головой. – Ты официально наш член экипажа. Но нам ты и даром не сдался. Либо плати ещё и довезем докуда скажешь, либо оставим на базе и живи как знаешь.
Стаггиец с грустью кивнул и спрятался ото всех где-то в тени. Он не скучал по дому, поскольку не существовало таких эмоций для растений. Хе-Хе, если можно так сказать, радовался, что остался жив. Никакой радости он не испытывал в том смысле, в каком это кем-либо могло пониматься. Для него радость – не испытывать стресс, не испытывать страх за свою жизнь в данный момент.
Хе-Хе выглянул в иллюминатор. Его родная планета незаметно полыхала и задыхалась. Незаметно с величины космоса. Звездная база выглядела как какой-то детский конструктор, висящий в невесомости. Вокруг него дрейфовали мелкие штурмовики, чуть поодаль видны очертания транспортных кораблей. База строилась сверху вниз. Вверху все основные системы жизнеобеспечения базы, а в самом низу – жилой блок и вокзал. Там Хе-Хе предстояло познакомиться с теми, с кем он ещё долго не мог расстаться.
Глава вторая
Хе-Хе выполз из шаттла и попал прямиком на перрон космопорта станции Желудя. За спиной стаггийца заревел двигатель шаттла, собравшегося на взлет. Но вдруг Хе-Хе окликнул клоуроксианец:
– Эй, зеленый! Раз у тебя нет денег, как ты собирался отсюда выбраться?
– Что-нибудь придумаю. – ответил Хе-Хе, пытаясь перекричать двигатель шаттла. Его голос в этот момент напоминал не обычное для стаггийцев звучание, напоминающее приглушенное посвистывание. Сейчас слова свиристя вылетали из головы-семечка как из кипящего чайника.
– Как знаешь. – клоуроксианец пожал плечами и закрыл шлюз шаттла.
Хе-Хе вошел на вокзал и осмотрелся. Канхальские звездные базы были столь же скупы на архитектуру, как и любое здание на каждой планете в пределах их владений. Вокзал больше
Стаггиец отстоял очередь в кассу. Народу было много, но почти все были канхальцами. Когда Хе-Хе стоял вторым в очереди, он достал из ручной клади какую-то вещицу. Что-то похожее на детскую игрушку. Он осмотрелся, будто сейчас пытался кого-то обокрасть. Что-то повернул-покрутил у игрушки. Дернул какую-то ручку. У игрушки открылась потайная дверца. В открывшейся полости лежала свернутая пачка купюр. Хе-Хе вынул её и швырнул игрушку обратно в сумку. Она глухо брякнула внутри и запропастилась в пустотах багажа.
Стаггиец наклонился к окошку кассы. За мутным стеклом виднелась низенькая плечистая женщина. Жиденькие волосы, пухлое лицо и покрытые мягкой бородкой щеки, как у всех канхальских женщин. Она, не поднимая головы, гнусавым голосом спросила:
– Куда вам?
– Мне на ближайший.
– Куда вам?
– Подальше и подешевле.
– Куда вам? – женщина ни на йоту не изменила тон, а барабанила как заведенный механизм.
– Куда едет ближайший рейс из Доминиона?
– Ижа! – женщина крикнула куда-то в соседнюю кабинку. – Пробей ближайший рейс!
– Ближайший рейс идет до Викулы. – не менее гнусаво и с каким-то свистящим будто сквозь зубы звоном откликнулась женщина из соседней кабинки. Будь стаггийцам с рождения привит музыкальный слух, у Хе-Хе взорвалась бы голова и забрызгала окна кассы и стены вокзала белой жижей.
– Викула? Это где? – спросил Хе-Хе
– Это в созвездии Зю.
– Зю?! Это же в Доминионе и совсем в другую сторону от границы. Мне надо прочь из Доминиона, женщина!
– Не повышайте голос, мужчина! – почему-то, совершенно не глядя на посетителя, канхалка решила, что перед ней стоит некий мужчина. – Ижа! Пробей ближайший из Доминиона! – Её коллега долго не отвечала, около минуты. – Ижа-а!
– Да подожди ты, не одна работаешь!
– Ты ещё покричи мне тут!
– А ты работать не мешай!
– Это ты мне мешаешь!
Перепалка затянулась. Кто-то толкнул Хе-Хе в спину.
– Зеленый, подвинься. Ща я все решу! – Это был имин. Маленький волосатый карлик в белоснежном костюме, похожий на ребенка. В отличие от того, что Хе-Хе видел в шаттле, этот был старый, с облезшими местами волосами. – Эй, болван, подними меня.
К нему подошел шэг. Это высокий под два с половиной метра босой дуболом с голым торсом и в серых штанах, оборванных до состояния шортов. Неповоротливый, имеющий массивные мышцы, рельеф которых был отчетливо виден сквозь сухую кожу. У шэгов отсутствовала как таковая шея, и поэтому они не умели вертеть головой. Все из-за особой скелетной и костной структуры, из-за чего они способны даже упасть с огромной высоты и не сломать ни одной косточки. Но именно этот шэг был зачем-то усилен кибернетическими имплантами различного назначения. Между ребер были видны вшитые детали избирательного фильтра воздуха, повышающего приспособленность к различным атмосферам. Из рук торчали усилители не то для и без того сильных мышц, не то для и без того крепких костей. Ноги были усилены сервоприводами, вшитыми прямо в кости, для ускорения процесса сгибания-разгибания. Теперь этот все ещё неповоротливый шэг мог обогнать любого спринтера на прямой дистанции. «Странно, почему никто не придумал импланты, улучшающие поворачивание корпуса?» – подумал Хе-Хе.