Виртуалка
Шрифт:
Что ни говори, а виртуальная реальность сильно меняла человеческую психику. Добро, когда он выходил из нее спокойно, заранее зная об этом. Но сейчас, после мгновенной виртуальной смерти, он все еще находился в шоке.
Справившись с дурнотой, Сергей наконец встал и прямиком пошел в душ, на ходу пытаясь все-таки понять, чем же достала его корабль эта наглая девчонка. Ничего не придумав, он в конце концов решил использовать ее приглашение и прогуляться в бар. Было любопытно взглянуть, что на самом деле скрывается за продемонстрированной ему слюнявой маской компьютерного монстра. Да и вообще,
Шон Кеноби, капитан межзвездного лайнера «Орион», вошел в помещение главного поста. Это был огромный полусферический зал, стены и потолок которого являлись одним исполинским обзорным экраном. В данный момент на нем, помимо далеких звезд, ярко сиял голубой шарик близкого солнца, на фоне которого двигалась коричневато-зеленая планета.
Это был Дион — планета-курорт, центр возрождающейся после войны индустрии галактического туризма. «Орион», недавно совершивший выход из гиперпространства, медленно плыл по направлению к нему. До выхода на стационарную парковочную орбиту оставалось еще пять суток осторожного и неторопливого маневрирования в нормальном, трехмерном космосе.
За пультами управления межзвездного корабля в данный момент работало тридцать человек. «Орион» относился к разряду судов-гигантов. Его многосекционный пятидесятиярусный корпус имел около пятнадцати километров в длину и пять километров в поперечнике. Внешне он выглядел очень внушительно, но абсолютно не функционально — понятия «технологичность» и «роскошь», как правило, исключают друг Друга.
В случае с «Орионом» верх взяла роскошь. Именно из-за обилия шикарных многокомнатных кают, салонов, ресторанов, баров и бассейнов габариты корабля оказались столь велики, что он был вынужден очень осторожно и медленно разгоняться, при совершении любого мало-мальски сложного пространственного маневра.
Конечно, не весь объем «Ориона» занимали пассажирские палубы. На одних туристах не окупить стоимость гиперсферного прыжка от орбитальных баз-накопителей Конфедерации Центральных Миров к курортной планете, и потому корабль изначально планировался как многофункциональный межзвездный транспорт. Помимо Диона, в его полетной карте значился еще добрый десяток планет, куда корабль вез различные грузы и менее состоятельных пассажиров, в большинстве своем эмигрантов и переселенцев, которые занимали менее комфортабельные, но более функциональные нижние палубы «Ориона». Грузовые отсеки корабля, занимавшие одну треть его объема, были забиты до предела. Чего тут только не было — начиная от экзотических предметов роскоши до сельскохозяйственной техники, роботов, продовольствия и товаров первой необходимости.
За всеми своими плюсами «Орион» имел один большой недостаток: он был неуклюж и не мог парковаться на ближних орбитах планет, где его неминуемо бы разодрали силы гравитации.
Капитан Кеноби командовал этим кораблем с самого его «рождения». Он любил «Орион» и знал его, как никто другой.
Сейчас он минуту постоял, наблюдая за работой трех десятков операторов, сидевших в креслах за многоярусными пультами управления. Звуки главного поста управления говорили ему о состоянии корабля больше, чем любой из приборов контроля.
Постояв у порога, он прошел к своему рабочему терминалу. В капитанском кресле сидел его первый помощник.
— Как дела, Джон? — спросил он, усевшись в соседнее кресло.
Горячев вскинул взгляд.
— Все нормально, — доложил он. — Маяки системы опознаны, и я провел первый сеанс связи с Дионом. Общий метеорный фон в норме, никаких аномалий в пространстве, нас ждут с нетерпением.
Шон кивнул, подзывая стюарда. Роскошь салонов первого класса добралась и сюда, просочившись сквозь бронированные двери Главного Поста.
— Кофе, пожалуйста, — проговорил капитан.
— Два раза, — добавил Джон. Стюард исчез, и через минуту они уже смаковали крепкий горячий напиток.
— Чем занимался? — поинтересовался Джон у командира. Они знали друг друга уже десять лет и были прежде всего друзьями.
— Гонял в виртуалку, — усмехнулся Шон.
— Серьезно? — изумился Горячев. — Тебе что, делать нечего? Или реального космоса мало?
— Да нет, забот-то как раз хватает… — Шон опять усмехнулся, отвечая каким-то своим внутренним мыслям. — Никогда не думал, что эти золоченые оболтусы способны на что-то дельное, — признался он.
— Гонять по сети в виртуальном костюме — это, по-твоему, дело? — искренне возмутился Джон.
— Да я не о том. Толку, конечно, никакого, но я удивился человеческим способностям. Могу поклясться змееедами Прокуса, никто из них ни разу не видел настоящего штурмовика, а ведь летают черти… и неплохо!
— Что, такая качественная симуляция? — спросил
Горячев, который последний раз ходил в виртуалку лет пятнадцать назад.
— Да не поверишь… Я поначалу сам не понял, где я — в настоящей рубке или того…
— И что? — ухмыльнулся Джон, глядя на командира.
— А ничего. Все в натуре. Любой датчик, сенсор, экранчик, — все работает, точно так, как в действительности. Я проверял, — объяснил он, заметив недоверчивый взгляд помощника. — При посадке на базовый корабль взял и специально чуть «зарыл» нос над посадочной плитой… Знаешь, как долбануло? Чуть завтрак наружу не вылетел…
— Делать тебе нечего…
Шон вдруг обеспокоено обернулся. Чуткий, отточенный годами слух командира уловил в разноголосице поста управления какой-то посторонний звук. Он просто спинным мозгом почувствовал, как в непередаваемой, специфической атмосфере рубки возникло секундное замешательство…
— Погоди, Джон… — он поставил чашку с кофе. — Что-то случилось! — Кеноби повернулся к терминалу и взглянул на показания суммирующих приборов.
Интуиция его не подвела. По темной плоскости главного радара в тонкой паутине условных секторов дрожала, медленно набухая красным цветом, жирная точка.
— Дерьмо Шииста… — выдохнул он, взглянув на дисплей опознания цели. — Да это же капер! «Черный Мародер», если я не ошибаюсь…
Его помощник побледнел.
— Лучше бы ты ошибся, — взглянув на приборы, проговорил он. — Если это «Мародер», то нам крышка…