Вирттаун

Лунная Варвара

– Нет, я юрист.

– Психиатрия ваше хобби?

– Нет.

– Понятно, - Бланка снова сделала глоток и поморщилась, ее питье было совершенно безвкусным, а она уже успела забыть про это. Последние лет шесть у нее было достаточно денег для ароматизации еды.

– И что же тебе понятно?

– Хосе, прекрати немедленно, - Марк стукнул кулаком по столу.
– Бланка, не отвечай, и вообще давайте воздержимся от подобных разговоров.

– Пап, перестань, ну когда мне еще выпадет

возможность поговорить с виртом вот так глаза в глаза.

– Хосе, Бланка наша гостья, так что будь добр....

– Марк, меня это не обижает, - Бланка тронула мужчину за руку.
– Правда, я знаю что большинство реалов к виртам относится довольно агрессивно. И вот такие вот поверхностные суждения из-за того что людям не нравится наш образ жизни не редкость.

– Поверхностные?
– возмущенно переспросил Хосе.

– Да, - кивнула Бланка.
– Ты не психиатр, психиатрия не входит в круг твоих увлечений и, тем не менее, ты берешься ставить диагноз по меньшей мере миллиону человек.

– Получил?
– ехидно поинтересовалась Роза.
– А потом еще я тебе добавлю.

– Ладно, допустим, с лечением ты меня сделала, - согласился Хосе.
– Но согласить, ни одному нормальному человеку не придет в голову вживлять себе в мозг железяки.

– Ни одному?
– Бланка усмехнулась.
– Хосе, в мире больше девяти миллионов виртов.

– Сам напросился, - усмехнулся Марк.

– Значит это девять с лишним миллионов полоумных.

– И что?

– Вы не приносите пользы, - Хосе начинал заводиться.

– И что?
– снова спросила Бланка.

– Вы не размножаетесь.

– И?

– Ни одни сильный и психически здоровый человек не пойдет на такое.

– И?

– Что и?

– Даже если допустить вариант что ты прав, что это меняет лично для тебя? Что это меняет в жизни близких тебе людей. Допустим, я признаю твою точку зрения: итак вирты бесполезны, нездоровы, слабы. Тогда то что они изолировали себя от здоровой и приносящей пользу части общества должно тебя радовать. И отсутствие размножения тоже, слабые особи ведь не должны размножаться, так ведь? Так почему же ты злишься?

– Я не злюсь, - Хосе едва сдерживал себя. Он адвокат, он всегда гордился своим хладнокровием и сам неоднократно доводил до белого колена оппонента, а тут какая-то паршивая вирта, за пять минут сделала из него полного идиота.

– Бланка, хочешь еще чего-нибудь?
– Роза поспешила прервать разговор грозящий перейти в ссору.

– Нет, спасибо. Давай я помогу тебе, - Бланка встала.

– Ну что ты, не надо, - женщина отмахнулась.
– У нас посудомойка, - заговорческим шепотом сообщила она.
– Так что больших проблем нет.

– Мне не хочется быть в тягость.

–

Боже, какие глупости ты говоришь. Ты нисколько мне не в тягость. Ешь ты только свою еду, с обидчиками справляешься самостоятельно. Ты прости Хосе, он хороший мальчик, я не понимаю что на него нашло.

– Мама, не надо меня защищать, - крикнул из столовой Хосе.
– Я сам с этим прекрасно справлюсь.

– Хосе, да что на тебя нашло?
– тихо поинтересовался Марк.
– Я никогда не думал что ты такой хам.

– Я не хам, - возмутился Хосе.

– Ты вел себя просто неприлично. Бланка наша гостья.

– И долго она собирается у вас гостить? Я думал, мама ее на чай приглашала.

– Ситуация изменилась, теперь Бланка какое-то время будет у нас жить.

– Она у вас тут не сдохнет от отсутствия виртуальности?
– насмешливо спросил мужчина.
– У мамы рыбки с цветами дохнут, боюсь, вирта тоже не приживется.

– Хосе, - Марк резко встал.
– Это не смешно.

– Да ладно тебе, пап, - Хосе поморщился.
– Я шучу.

– Крайне неуместная шутка. Вчера Бланку пытались убить.

– Это как?
– Хосе перестал улыбаться.

– А вот так, ее попытались убить как виртуально, так и реально. Виновных ищут, а ей пришлось остаться в реале. Я предложил наш дом в качестве временного убежища.

– Прости, я не знал. В этом контексте сравнение с рыбками действительно очень неуместно.

– Ты вообще ведешь себя с гостьей непозволительно, - Марк сел обратно на свое место.
– Будь добр извинись и не позорь нас с мамой больше.

– Не буду я извиняться, - Хосе сложил руки на груди.

– Хосе, прошу тебя, - Марк оглянулся на кухню, где были женщины.
– Ей сейчас очень тяжело и страшно.

– Хорошо, я не буду к ней цепляться, - пообещал Хосе.
– Но извиняться тоже не стану.

– А вот и мы, - Роза вошла в столовую с кофейником в руках. Шедшая за ней следом Бланка несла заварной чайник.
– Кому кофе? Кому чаю?

– Мне кофе, - улыбнулся Марк.

– Мне тоже, - попросил Хосе.

– А я, пожалуй, выпью чаю, - Роза налила кофе мужу и сыну, а потом наполнила свою чашку.
– Бланка, может тебе тоже чайку налить?

– Спасибо, я свое еще не допила, - девушка приподняла со стола свой стакан.

В столовой повисла неловкая тишина. Роза хотела бы ее разрядить, но не знала как. Она попыталась расспросить Хосе о том как прошла его неделя, но тот отвечал коротко и не очень охотно.

– Тебя хотят убить за призывы установить всем микрочипы?
– спросил вдруг Хосе.

– Да что же это такое?
– всплеснула руками Роза.

– Хосе, ты переходишь все границы, - сердито сказал Марк.