Вирт
Шрифт:
– Генерал Нюхач – слуга Хобарт.
Все знали о Хобарт, но никто не знал ничего конкретного. Просто имя, окруженное множеством слухов: Хобарт изобрела Вирт. Хобарт жива, Хобарт мертва. Хобарт – мужчина, женщина, ребенок, инопланетянин. Некоторые называли ее Королевой Хобарт, и поклонялись ей. Для остальных Хобарт была сном или мифом, или просто хорошей историей, которую кто-то состряпал, но так хорошо, что она начала передаваться из уст в уста, зажила собственной жизнью и стала правдой.
Никто не знал ничего конкретного.
– Что
– Какая-то Гадюка пробирается в систему, Скриббл. Я улавливаю сообщения. Нехорошие сообщения. Мне все это не нужно, молодой человек. Это твоя хуйня! Вот что ты получаешь, когда погружаешься в Мета. У нас, похоже, утечка из Желтой Такшаки. Могу я тебе посоветовать экстренный выброс?
– Подожди! Кот Игрун! Что происходит?
– Это все твое, Скриббл. Это твое шоу.
Из-за двери донесся какой-то шум.
– Кот Игрун!!!
Он исчез, испарился.
О Боже! Что это было?
Там был свет, сиявший из-под двери, но я помнил, что вырубил свет, когда мы с Дездемоной пошли ложиться. Это был зеленый и фиолетовый свет, и в воздухе пахло шафраном, когда струйки дыма просачивались сквозь трещины.
Я повернулся, чтобы разбудить Дездемону.
Она таяла у меня на глазах, становилась невидимой.
Я остался один. Все ускользнуло прочь: комната, мир, любовь.
Я был в Вирте, и за мной что-то охотилось.
Невыносимая грусть.
Такшака прорвался сквозь дверь – чудовищное сочетание цвета и дыма, кружащееся по комнате, даже когда комната стала блекнуть, и меня начало выбрасывать.
Давай! Сделай это!
Не смог найти путь наружу.
Король Змей раскрутил свое длинное тело по всей комнате – предстал во всей своей красе. Его голова была фута три в длину, с кровожадной пастью, разделенной двумя копьевидными клыками. Понимающий взгляд в его немигающих глазах. Словно он надо мной смеялся. И было там что-то еще; что-то, что разбудило во мне нехорошие воспоминания; я знал этот взгляд! Из реального мира...
Давай же, ублюдок! Выпусти меня отсюда!
Я попытался переключиться на выброс, но попал в никуда, застрял между мирами, я был в сознании, я понимал, что существую на самом деле, даже когда мое тело цеплялось за Вирт.
И кто-то звал меня по имени...
Такшака широко раскрыл пасть, демонстрируя раздутый ядовитый мешочек у самой глотки.
– Скриббл! – Этот голос.
Помоги мне. Голос, пожалуйста, помоги мне. Такшака слегка прикрыл пасть, и я снова увидел его глаза и вспомнил, что это за взгляд...
Теневой коп!
– Скриббл! Выбирайся наружу! Пожалуйста!
Голос звал меня. Голос Твинкль!
Король Змей навис надо мной...
Сделай это сейчас, сделай выброс! Давай!
– Скриииии...
Интенсивный рывок где-то в теле, и я...
– ...иииииббл!
...тяжело
Меня трясло. Твинкль трясла меня.
– Скриббл? Давай же!
– Что? Ага! Боже! Больно...
– Я до тебя достучалась. Успокойся! – Твинкль крепко держала меня, пока я обретал себя в реальном мире, словно мама, вырывающая ребенка из кошмарного сна.
Ленточный Червь.
Это был всего-навсего Ленточный Червь. Все поцелуи и ласки Дездемоны – просто фальшивые грезы, грезы бедного мальчика.
Дездемона все еще оставалась в плену. Вот – реальность.
Я вытянулся в полный рост на старом диване, в комнате на Уэлли Рэндж, и Карли, робосука, лизала мне лицо, и Твинкль склонилась надо мной.
– Вы в порядке, мистер Скриббл? – спросила она.
Не смог ответить. Не знал, в порядке я или нет.
Она втиснула что-то мне в руки.
– Это от Битла. Он больше не может им пользоваться. Из-за больной руки.
Я поднес руку к лицу. Пистолет Битла.
– Он просил передать тебе... Счастливого дня рождения.
Битл отдал мне свой пистолет?
– Я тоже тебя поздравляю, – сказала Твинкль, медленно, словно это была тяжелая работа. И тут я вспомнил, что ударил ее.
– Прости, что ударил тебя, Твинк. Вся ситуация меня нервирует.
– Я понимаю.
Она действительно все понимала. Девочка росла не по дням, а по часам.
Я взвесил пистолет в ладони, чувствуя его силу. Открыл патронник и увидел, что там осталось всего три патрона. И я должен использовать их. На этот раз, я не брошу тебя в панике или в страхе.
В другой руке у меня лежало серебряное перо. Генерал Нюхач. Дверной Бог. Ключ к Коту.
– Скриббл! Ты принес Серебряное! – воскликнула Твинкль. – Отлично сработано!
Отлично сработано?
Ладно, тогда... да... отлично сработано, отлично, мать твою, сработано! Я прорвался!
Это все твое, Скриббл. Это твое шоу. Да хранит тебя Сириус. Теперь я понял, что он имел в виду. Пес-звезда.
Я иду вслед за вами, за всеми, кого я потерял.
Часть третья
День двадцать третий
«Стакан Фетиша. Чистые наркотики. Хорошие друзья. Охуительный напарник».
Обперьенный
Полночь. Все закрыто. Тишина. Крадучись вышел из дома, прикрыв за собой дверь. Улицы Уэлли Рэндж мерцали в темной дымке. Несколько уличных фонарей все еще функционировали, но большинство из них были давно мертвы. Теплый влажный воздух висел над городом, переполненным запахом дождя, как Воскресное проклятие. И, разумеется, оно было сотворено до нашего краха. И этот день, судя по всему, будет самым долгим воскресеньем в моей жизни.