Виражи
Шрифт:
– Билеты завтра у тебя будут. На сколько дней уедешь? Я должен знать, как надолго ты увозишь моего сына?
– Двух дней мне хватит.
– Ладно. Ты сама так решила! Препятствовать не буду.
– А у тебя уже и не получится! Мы с тобой - разного поля ягоды!
– Я хочу жрать! Напоследок накорми меня! А то сытый голодного не разумеет.
– Хорошо. Пойдем, проведем последний семейный ужин. Я больше не хочу выяснять отношения. Просто спокойно поговорим. Людьми мы остаться можем?
– Уговорила. Идем на кухню.
Наташа позвонила Нине
– Наташенька, это ты?
– обрадовалась тетя Нина.
– Да, я. Очень хочу увидеть Вас. Сколько времени прошло! Наверное, пять лет не виделись.
– Так приезжай!
– Приеду, если Вы мне пообещаете, что я ни при каких обстоятельствах не встречусь с Вашим сыном.
– Это невозможно. Он с Мариной живет отдельно. И крайне редко появляется у нас.
– Тогда я дня на два приеду погостить с малышом.
– Чудесно! Я придумаю культурную программу. Погуляем по городу, сходим в парк. Не переживай. Павел ни о чем не узнает.
– Спасибо. Так хочется скорее Вас обнять.
– Завтра выезжаешь?
– Да.
– Мы с Юрием Ивановичем встретим тебя.
– Спасибо. Скоро увидимся. До встречи.
Наташе надо было еще успеть продать обручальное кольцо и вырученные от продажи деньги отвезти хозяевам квартиры, предупредив их о том, что они с Игорем освобождают жилплощадь. Благо, родители жили в соседнем подъезде. Не надо вещи далеко переносить. Со всем этим Наталья управилась в течение дня.
На следующий день Наташа с сыном ехали в автобусе, увозившему их в город Алма-Ату. Сколько раз в юности она преодолевала эту дорогу одна и с Павлом - первой, самой незабываемой любовью Натальи. Сердце учащенно билось в груди. Воспоминания о былом счастье накатывали волнами. Но вернуться в прошлое было невозможно. Павел выбрал свой совместный путь с Мариной - нынешней супругой. Он предал любовь Натальи, не смог устоять перед чарами и опытом взрослой девушки, которая смогла найти подход к его страстности. Он не дождался чистоты Натальи. Но Наташа простила его от души. Потому что хотела, чтобы он был счастлив, несмотря на то, что он нанес ей глубокую сердечную рану.
Вот уже и появились огни большого города, в котором Натка так была счастлива. Она обожала родителей Павла, а они относились к ней как к собственной дочери и до сих пор нежно любили ее, как родную.
Сойдя по ступеням с автобуса, Наташа оказалась в объятиях Нины Петровны - самой доброй и любящей женщины - мамы Павла.
– Здравствуй, моя девочка!
– Здравствуйте, - со слезами на глазах ответила Наташа.
– Как же давно мы с Вами не виделись. Наверное, в последний раз, когда встречали меня - студентку - в аэропорту, когда нас забросило с Челябинска транзитом в Алма-Ату.
– Точно! Ну, знакомь нас со своим молодым человеком!
– попросила Нина Петровна.
– Это Богдан - мой сыночек.
Богдаша деловито протянул руку для знакомства. Нина Петровна наклонилась и поцеловала его в щечку:
– А я бабушка Нина. Пойдем, радость моя! Познакомлю тебя с дедом Юрой!
Они двинулись к автостоянке, к знакомым до боли красным "Жигулям".
Юрий Иванович вышел из
– Рад видеть! И добро пожаловать! Как давно ты нас не навещала! Совсем забыла стариков!
– Да, какие же Вы старики!
– улыбнулась Наташа.
– Отлично выглядите. И даже помолодели слегка!
– Ох, лиса! Но, все равно, спасибо! Здорово, мужичок!
– обратился Юрий Иванович к Богдану.
– Здравствуйте, - по-детски ответил сынишка.
– А мы поедем на машине?
– Да! Прыгай на сиденье! Скоро будем дома.
Наташа с Богданом разместились на заднем сиденье. Воспоминания больно кололи сердце. Как будто и не было разлук. Как будто не прошло этих шести лет жизни. Все в жизни могло случиться по-другому, но судьба распорядилась иначе. С ней не поспоришь. Время утекло как песок сквозь пальцы, унося боль и разочарование. Но крупицы все равно остаются на ладонях. И если душа наша находится в руках, то всей поверхностью, всей кожей чувствуется иссушение души благодаря испытаниям и негативным эмоциям. Но в философию сваливаться не хотелось. Было просто хорошо с людьми, которые когда-то сумели стать родными и близкими. А сейчас Наташе предстояло еще окунуться в атмосферу дома. Как будет переживаться это обстоятельство? Ведь столько счастья видели стены квартиры родителей Павла, столько открытий для себя сделала Наташа в комнатах уютного дома, будучи влюбленной в самого замечательного мужчину - принца из своих снов.
Она с трепетом поднималась по ступеням на пятый этаж, с замиранием сердца остановилась перед дверью, за которой больше она никогда не услышит звука его шагов. Никогда больше Павел не внесет Натку в открытые двери, и не будет целовать на пороге, не в силах оторваться от ее губ.
Нина Петровна открыла ключом дверь, распахнула, приглашая войти Наталью.
Ничто не поменялось за эти шесть лет, разве что знакомой куртки не наблюдалось на вешалке.
Наташа разулась, сняла сандалии с ножек Богдана и прошла на кухню, из которой доносился аромат курочки, запеченной в духовке, по особому рецепту Нины Петровны - маринованной в томатном соке.
– Ну, что, хозяюшка моя! Ничего не поменялось?
– Спасибо вам большое за внимание и атмосферу праздника - встречи с родным домом. Вы знаете, что Ваш дом я воспринимала как свой. И мне очень приятно вернуться в эти стены, - обняв дорогую тетю Нину, ответила Наташа.
– Моя девочка! Как давно я тебя ждала! До сих пор не верю глазам, что вижу тебя! Ты совсем не поменялась! Осталась нашей Натулей!
– Я сейчас расплачусь!
– сказала Наташа, утирая слезу с глаз.
– Не будем о грустном. Нам столько надо рассказать друг другу. Поможешь мне накрыть на стол?
– Да, помогу, конечно. И еще хочу попросить об одном: постелите мне, пожалуйста, в зале, а не в комнате Павла. Мне будет очень нехорошо спать там. Воспоминания задушат совсем!
– Ты все еще любишь моего сына, Натулек?
– спросила Нина Петровна.
– Вы знаете ответ на Ваш вопрос. Я не буду отвечать прямо. Но я очень рада, что, наконец, смогла переступить через себя, и вернуться в стены вашей квартиры. И, поверьте, сделала это с большим желанием для себя!
– Пойдем, девочка, поставим стол в зале!