Виновата только я…
Шрифт:
Проснулась она, когда уже стемнело. Это привело ее в ужас. Когда ложилась, было около 9.30; неужели она проспала весь день — в это верилось с трудом.
Но, включив лампу на прикроватной тумбочке и посмотрев на будильник, Луиза убедилась, что уже действительно было почти семь вечера. Она проспала девять часов!
Обычно она радовалась, когда ей удавалось отдохнуть хотя бы пять часов, максимум шесть, девять же — это рекорд! Она спустила ноги на пол, всунула их в тапки и надела пеньюар. Перво-наперво она приготовила себе чашечку кофе и выпила его, читая газету, которую нашла, придя домой, и только потом пошла принять душ и одеться.
Сейчас уже было слишком
6
Ризотто — рисовый пудинг, отваренный на мясном бульоне, с тертым сыром и специями.
Пока Луиза превращала эту груду продуктов в изысканное блюдо, зазвонил телефон. Она убавила огонь и взяла трубку.
— Ты дома! — Отрывистый тон Дэвида заставил ее вздрогнуть. — Можно я приеду к тебе? Нам надо поговорить, Луиза. Мы не можем оставить это как есть.
Луиза была в замешательстве.
— Дэвид… я… Послушай, может быть, лучше завтра?..
— Нет, сейчас, — кратко произнес он и повесил трубку.
Он едет сюда. Она нервно покусывала губу, пораженная яростью в его голосе. Конечно, она не имела никакого права судить его за то, что он вышел из себя, но ничего не могла поделать и со своими собственными чувствами. Он нравился ей, но это не любовь — что еще ей оставалось делать, как не сказать ему, что у них не может быть совместного будущего? Она ему никогда ничего не обещала. Их связь началась случайно и всегда подстраивалась под их рабочие графики; ни с одной стороны не проявлялось никаких признаков страсти. Да, Дэвид хотел, чтобы она спала с ним, но он ни разу не говорил, что любит ее, не интересовался, как она сама к нему относится.
Луиза страшилась его прихода к ней сегодня вечером, особенно в таком настроении. Она всегда боялась мужского насилия.
Она медленно вернулась на кухню проверить, как там ризотто, но тут же снова зазвонил телефон. В этот раз она бросилась к нему со всех ног в надежде на то, что это звонит Дэвид сообщить, что передумал.
Это был не Дэвид.
— Это Закери Вест, — произнес знакомый низкий голос.
Сердце Луизы чуть не выпрыгнуло из груди от волнения.
— А-а, привет, — смущенно ответила она.
Его голос звучал отрывисто:
— Послушайте, я никак не могу дозвониться до своего врача, он на вызове, но мне нужен совет… Весь день у меня страшно болит голова, и такое впечатление, что обычные таблетки и не собираются помогать. Я хотел спросить… может, у вас есть что-нибудь посильнее? Или мне надо принять двойную дозу снотворного и спать, пока не пройдет боль?
— Нет, ни в коем случае не делайте этого, — сказала она, нахмурившись. Страшно болит голова? Весь день? Какие лекарства он уже принял? Все это не на шутку встревожило ее. — Если у вас что-то серьезное, то это может быть довольно опасно. Думаю, что самое лучшее, если я приеду осмотреть вас и сделаю несколько тестов. Это может быть и пустяк, но может и что-нибудь, что обязательно потребует квалифицированной помощи. Лучше убедиться сразу. Я буду
— Скорее всего, я ждал именно такого ответа, иначе бы не позвонил, — усмехнувшись, пробурчал он. — Мне неудобно беспокоить вас, но все равно спасибо.
— Не за что, — тепло ответила она и повесила трубку.
Ризотто вышло отличное. Луиза упаковала его в пластиковую миску, быстро закрыла крышкой. Она возьмет это с собой. Если им придется ждать врача, то она сможет разогреть блюдо у Закери.
Луиза наспех накрасилась, черные волосы уложила в свою обычную прическу, надела красный жакет и бросилась к машине. Выехав на дорогу, она заметила мчащегося по противоположной полосе Дэвида. Луиза постаралась не смотреть на него, рассчитывая, что он не заметит ее. Но, заворачивая за угол, она увидела, как Дэвид развернулся и ехал теперь за ней.
Только не это! Он преследует меня! — подумала она не без страха. Как назло, транспорта было немного и спрятаться было невозможно. Ей следовало пропустить шумно двигающийся грузовик, но она рискнула выскочить прямо у него перед носом. Она слышала, как водитель яростно сигналил, но уже мчалась вперед, чтобы скрыться из виду прежде, чем Дэвид тоже повернет.
Через некоторое время она бросила взгляд в зеркало заднего вида. Не обнаружив никаких признаков Дэвида, она успокоилась и стала думать о том, что ее тревожило сейчас не меньше, — о Закери.
Что это за головная боль? У него была травма головы во время аварии, но не серьезная, насколько она помнила, а что касается Закери, она вряд ли могла что-то забыть.
Конечно, это, возможно, совсем не связано с аварией, а было, например, следствием психологического расстройства. Очевидно, его чересчур огорчала неспособность творить. А головная боль была реакцией подсознания на постоянные неудачные попытки заставить себя рисовать.
Дорога до коттеджа заняла даже немного меньше получаса. С собой Луиза привезла целую сумку инструментов, которые подбирала несколько лет: градусник, прибор для измерения кровяного давления, несколько основных лекарств. Пока она извлекала из багажника сумку, где-то совсем рядом раздался звук приближающейся машины. Она замерла и в панике оглянулась. На какую-то долю секунды ей показалось, что Дэвид задавит ее. Заскрежетали тормоза, и он остановился всего в нескольких сантиметрах от капота ее собственной машины.
Он вышел, захлопнул дверцу и подошел к ней. На лице была написана ярость.
— Почему ты уехала, если знала, что я скоро буду у тебя? Какую игру ты затеяла?
Луиза побледнела и неуверенно ответила:
— Извини, Дэвид, у меня был срочный вызов.
— Что? — Он оглянулся, посмотрел на старинный коттедж и оценил безлюдность этого местечка. — Здесь? Ты уверена? — Тут открылась входная дверь, и на пороге показался Закери Вест. Лицо Дэвида вытянулось. — Это… я знаю его — он был моим пациентом… Художник… Как же его имя?..
— Закери Вест, — сухо подсказала Луиза.
Дэвид сначала посмотрел на Закери, направляющегося по тропинке прямо к ним, потом медленно повернулся и наклонился к ней.
— Что происходит? Он позвонил и попросил тебя приехать? — Постепенно в его голосе начали появляться высокие нотки, свидетельствующие об охватившем его гневе. — Почему он позвал тебя? Почему не своего личного врача? И откуда у него твой домашний телефон? Вы что… виделись с тех пор, как он у нас был?
Кровь за эти несколько секунд успела не один раз прихлынуть и отхлынуть от ее лица. Она не могла нормально ответить — только заикалась и выглядела еще более виноватой, чем была на самом деле.