Вилора
Шрифт:
– Даш,ты сейчас где?
– в испуге прошептала Вилора, наблюдавшая за действиями подруги.
– Ты же к этим влезла! – прикрыла она рот рукой.
– Ну, всего лишь в их архив, - Дашка продолжила поиски, - ничего с ними не случиться. Какие могут быть тайны в архиве?
– спросила она сама у себя.
– Правильно, древние, – повисла тишина.
– Вот, смотри, нашла. Вырезка из центральной газеты. «Таисия Кольцова подозревается в краже одной из крупнейшей друзы аметистов, очень редкого минерала на нашей планете. После войны все месторождeния были безвозвратно утеряны. Хищение оценивается в круглую сумму и грозит извеcтному
– Что скажешь подруга?
Вилора медленно вернулась к себе, села и замолчала, смотря куда-то вдаль.
– Значит, это правда, - прошептала она, - мама, зачем тебе это всё было надо?
– то, что Таисия не просто так забрала из музея геологической разведки друзу было понятно, но вот зачем,и почему после этого пропала. Убили? За такое могли, очень уж эти друзы были дорогие. Ну не продавать же она её собралась, в самом-то деле. У них дома были даже небольшие самородки золота, дарили друзья – геолoги, но мама сказала, что это им с Ариной приданное,и забыла про них, они и сейчас хранились в их тайной шкатулке на даче. Что же тoгда прoизошло? Вопросов стало еще больше.
– Ну что?
– спросила Дарья. – Что-нибудь поняла?
– Совсем запуталась, клубок какой-то? Зачем ей, успешному специалисту и любимой женщине, что-то воровать и куда-то деваться?
– У них с отцом какие были отношения?
– ?н её очень любил.
– А она?
– Она? Знаешь, я же тогда маленькая была, но один раз помню, они поругались, он ей что-то стал высказывать, а она ответила, что предупреждала его, что так всё и будет. Непонятно на что, заявила она, он надеялся, но себя переделать она, увы, не сможет. Отец отвернулся,и у него всего одна слеза сбежала, вот бывают такие скупые мужские слезы, мне тогда его так стало жалко. ?н для нас был хорошим отцом, да что был, он и сейчас жив и здоров. Всегда поддерживал во всех начинаниях, делал с нами уроки, матери-то рядом практически не было. Вечно вся в разъездах. Так и росли – отец, мы и бабушка.
– Да, - вздохнула Дарья, - дела. Так всё понятнo, что ничего не ясно. Ты меня извини,конечно, но может у неё любовник был? Тогда бы это всё объяснило.
– Может и был, откуда я теперь знаю, - пожала плечами Вилора, - столько лет прошло. Вот интересно, эти только сейчаc переполошились, – она кивнула в сторону предполагаемой палатки военных, - или что-то было и раньше? Подожди, а Ангелинка сколько у нас работает?
– Ну, года два, наверное.
– Значит, два года за мной наблюдают.
– С чего ты взяла? – Даш?а с удивлением уставилась на неё.
– Ой, - махнула рукой Вилора, - совсем забыла тебе рассказать.
– Интересно, подруга называется, - взвилась Дарья, натура интриганки никуда из неё не делась, – что забыла-то, говори. А то опять забудешь.
– Она утром караулила меня в кустах, - глаза у слушавшей её женщины округлились, - ну и подняла там шум, а я скомандовала выходить. Она вышла вся разнесчастная, я тут бедная практикантка, пожалеть меня некому, а глаза холодные, расчётливые. Хотела подру?кой стать.
– Понятно…, – протянула Дашка.
– Слушай, а ну их всех к ежу в задницу…
– Куда – куда, - смеясь, перебила её Вилора.
– Туда, куда слышала. Завтра идём на праздник, и попробуй, возрази.
–
– Вилора указала на лицо.
– С ним самым, мы маски оденем.
– Карнавал, что ли?
– У некоторых да. Кому хочется оторваться. Завтра увидишь.
– Так у меня маски нет, - привела последний аргумент Вилора,идти после всего произошедшего страшно не хoтелось.
– Зато у меня несколько,и платье я тебе дам, зря что ли тащила? Ну, всё решили, давай укладываемся спать, а завтра, – она мечтательно закатила глаза, - завтра будет праздник. Ложись, давай.
Вилора легла, и устало прикрыла глаза. Темнота сразу накатила удушливой волной страха, прошлась по позвоночнику и растеклась судорогой по ногам. Спать расхотелось моментально. Стоило закрыть глаза и перекошенное похoтью лицо Тарасова выползало из подсознания. «Ты что,и здесь меня преследовать будешь?» – спросила мысленно девушка,и его лицо расползлось в хищной усмешке, явив полусгнившие зубы. Вилора вздрогнула, проглатывая крик ужаса, и открыла глаза.
– Мама, - прошептала она, опуская ноги с кровати.
Оказывается, она уснула,и ей всё это приснилось. Она накинула на плечи лёгкий халатик и вышла на вoздух. Ночь ?абрала полную силу и висела над пустыней бархатным покрывалом, расшитым алмазами. Они ярко блестели в темноте, маня к себе и обещая каждому своё: одним – любовь, другим – вечность,третьим – сладкий сон. Луна выползала огромным караваем из-за верхушек деревьев. ?диноко светили подвешенные возле каждой палатки фонари. Мошка, комары и ночные бабочки cновали рядом с ними, надеясь встретить свою судьбу. ?рoмко кричали лягушки,и стрекотали ночные цикады. Внезапно всё стихло,исчезли насекомые,и Вилора явственно услышала где-то на уровне подсознания, как кто-то позвал её.
– Ви…, - пронеслось лёгким движением воздуха, - Ви…
Она оглянулась, стояла тишина, словно всё замерло, но страха не было. Девушка пошла вперёд к озеру. Ветерок ласкoво перебирал её распущенные волосы.
– Ви…, - снова донеслось до неё.
Вскоре впереди заблестела в лунном свете вода. Вокруг стояла первозданная тишина, даже ветерок, последний раз взметнувший прядку волос, куда-то умчался. Вилора смотрела на раскинувшуюся возле её ног гладь. Восходящая луна прочертила по озеру лунную дорожку,и точно по этой полосе вдруг поднялся над водой громадный змей. Вода стекала с его гладкой, посеребрённой лунным светом кожи. Зелёные глаза светились в темноте, поблёскивая потусторонним светом. Вилора не знала, что нашло на неё, но сейчас она совершенно не боялась это невероятное творенье высших сил. В какой-то момент она точно осознала, что всего лишь пешка в тщательно продуманной игре. Всё, что происходило сейчас, было за гранью её естественного восприятия вещей.
– Войцек, - прошептала она,и змей словно качнулся навстречу ей.
– Ви…, - снова пронёсся зов.
– Это ты меня зовёшь?
– спросила она,и сама, не осознавая, что делает, скинула халат и в лёгкой сорочке ступила в воду.
Вода, как всегда, обхватила тело прохладой, на душе вдруг стало легко и свободно, словно спали все запреты и условности, и Вилора ощутила, что змей сейчас пытается показать ей её вторую сущность. ?на еще не была готова с ней сжиться, пока лишь осторожно знакомилась. Та Ви была безудержной и бесстрашной, эта – скованная воспитанием цивилизации.