Виктория
Шрифт:
Что бы ни замышлял адмирал, в смелости ему нельзя было отказать. Он уже понял, что Адмиралтейство ему суждено покинуть ногами вперед, и, видимо, решил сделать свой уход со сцены максимально эффектным. Воспользовавшись тем, что внимание всех присутствующих было сосредоточено на шпаге
– Выстрел за мной, Чиппи, не так ли? – Виктория твердой рукой подняла револьвер и нажала на спуск. Пуля попала адмиралу в лоб, тело его отбросило назад, и труп с глухим стуком упал навзничь, заливая кровью и мозгом роскошный голубой ковер из шерсти лавразайской ламы.
– Господа матросы, уберите его. В мешок, колосник к ногам – и в море! Большего он не заслужил. – ровным негромким голосом сказала бледная от гнева и ярости принцесса, обернувшись к дверям. Затем она обратилась к флотским чинам:
– А что касается вас, все арестованы до выяснения обстоятельств заговора. Генерал Крюгер! Распорядитесь, чтобы господ офицеров доставили в тюрьму форта Панкс.
Чины молча отстегивали от поясов холодное оружие и складывали его на стол перед собой. Потом задвигались кресла, и арестованные под ликторским конвоем направились к выходу из зала.
Виктория внимательно смотрела на них, когда они проходили мимо нее: бледные лица, смятение, страх в глазах. Лишь двое оставались совершенно спокойны. И этим двоим, пожалуй, можно было доверять.
– Коммодор Элайджа Крамник и контр-адмирал Уолтер Веспер,
Безмолвные гардемарины пропустили к принцессе, Сюзи и Крюгеру двоих офицеров: пожилого полноватого моржеусого контр-адмирала и молодого атлета в коммодорской форме.
Тем временем матросы поволокли к дверям большой холщовый мешок из-под подвесной койки, в котором упокоился экс-адмирал Чиппи. Остались только брызги на ковре. Принцесса обернулась к морякам:
– Заберите свое оружие, господа. Веспер, займите председательское кресло. Крамник, прошу садиться. Сюзи, где вы? Итак, господа, вопрос первый: что здесь произошло?
– Разрешите мне, Ваше Высочество. – произнес Веспер – Судя по программной речи Чиппи, которую он произнес сегодня утром, он имел на руках предложение или, точнее, указание от короля Помпеи Арбега о присоединении Сэнгамона. Чиппи объявил в ультимативной форме, что королевская власть у нас в стране отсутствует, народ голодает, казна разворовывается, армия и флот деморализованы, и что со стороны Дарметта данное предложение является актом милосердия. Командирам предлагалось во избежание лишних жертв сдать корабли на милость победителя, подняв помпейские флаги. В случае отказа, непокорных ждал расстрел на месте. Сегодня ранним утром, когда нас вызвали в Адмиралтейство, нам всем ненавязчиво продемонстрировали расстрельную команду у входа. Это, в целом, все.
– Ясно. А наши канцелярские крысоньки предпочли промолчать. Скажите, Крамник, а если кто-либо из боевых командиров отказался бы подчиниться приказу о сдаче, уже находясь в море?
Конец ознакомительного фрагмента.