Виктор Вавич (Книга 2)

Житков Борис Степанович

Санька быстро полез в карман, совал Рыбакову последнюю папиросу, боялся, что другие успеют сунуть.

– Мамиканян! Мамиканян!
– двое бросились за студентом в бурке.

Рыбаков обернулся.

–

У него мать в Баку татары зарезали, так он хочет идти, - студенты кивали на Мамиканяна.

– Ерунда!
– кричал вслед Рыбаков - Ни за понюх пропасть.
– Пыхая папироской, Рыбаков бегом нагнал Мамиканяна, повернул к себе.
– Ну зачем? Зачем?

Все замолкли.

– He могу. Надо. Мне надо, - сдавленно сказал вполголоса и дернул чем-то под буркой.

– Карабин у него, - и студенты тыкали пальцами в бурку, взглядывали на Рыбакова.

Мамиканян отвернул плечом и быстро зашагал по каменному полу. Его отпустили и через секунду бросились за ним. Санька бежал с кучкой студентов, он слышал, как в темноте быстро шаркали ноги, а за этими ногами поспеть! поспеть! Сейчас же!
– хлопнула внизу дверь, и Санька бежал следом и еще поддал перед дверью, чтоб скорей, срыву вытолкнуть себя - проклятого себя!
– на улицу.

Тихой сыростью дохнул навстречу двор, а Санька не сбавил ходу, он видал при свете фонаря

у ворот, как черная бурка свернула вправо. Трое студентов догнали Саньку. Они тихо шли под стенкой. Мамиканян громко шагал посреди панели. И вон на углу фонарь - мутный шар над подъездом. И вон они - солдаты. Штук пять.

Санька прижался к стене.

– Мамиканян!
– хрипло позвал кто-то сзади. И стало тихо, только ровно шагал прямо на солдат Мамиканян. Санька без дыхания смотрел вперед. Вот уж солдаты смотрят, один голову пригнул.

– Кто идет!.. Обзывайся! Стой!
– солдат с винтовкой наизготовку: Стой! Мамиканян стал.

– Оружие есть?
– обступили. Тащут! Тащут из-под бурки.
– Стой! Из этого самого его!

Мамиканян черной доской стоял недвижно. "Неужели?"

– Мамиканян!!!
– заорал Санька, и заорала вся глотка на всю улицу, и в тот же момент грохнул выстрел и следом второй. Санька видел, как рухнул Мамиканян, и вся кровь бросилась в глаза, и Саньку несло вперед, чтоб врезаться, разорвать!
– и вдруг нога запнулась, и Санька с разлету стукнул плечом в тротуар. И темней, темней становится в голове. И отлетел свет.