Викинг. Конунг Севера
Шрифт:
Каждый раз, когда появлялась возможность покинуть столицу, будь то поездка в какую-то глушь к кому-то из знатных дворян или же просто смотр войск, король облегченно вздыхал, и будто бы начинал жить полной жизнью.
Во дворце он существовал, вынужден был жить по правилам и традициям, которые навязывал ему двор, и даже то, что он монарх этого треклятого королевства, никак не помогало — и у короля есть свои обязанности.
Благо, в этом году ему повезло: едва начало теплеть, на юго-западной границе зашевелился князь — его дружина перешла
Король получил возможность сбежать из опостылевшего замка, заняться чем-то полезным. Может, кто подумает, что ловля каких-то полудиких варваров - не королевское дело, но сам король считал иначе.
Он даже был благодарен этим самым «варварам» за то, что они решились на набег. Если бы этого не случилось, то сидеть во дворце пришлось бы до самого лета — все эти праздники, торжества и пиры никак не могли обойтись без короля.
Нет, конечно же, они никуда не денутся. К сожалению, вряд ли княжеские бандиты смогут задержать короля на границе больше чем на неделю-две. Но это уже что-то!
Это отдушина, воспоминания о которой позволят гораздо легче перенести духоту замка и до омерзения надоевшие лица придворных, пресмыкающихся перед монархом, пытающихся тем самым заполучить его расположение, а уже затем выклянчить то, что им нужно — золото, земли, титулы…
Нет ни одного человека в королевстве, который бы чего-то не хотел от короля.
Что ж, у монарха не может быть друзей, это общеизвестно…
Король лежал в постели и вспоминал вчерашний бой. Княжеское отребье они разбили в пух и прах, те вообще ничего не могли сделать.
Даже немного жаль их. Нет, король совершенно не беспокоился о людях князя, он беспокоился о том, что теперь из-за столь успешного боя неожиданный поход довольно быстро завершится.
Жаль, не стоило действовать столь радикально, нужно было дать волю своим престарелым генералам, которые всегда осторожничают, всегда боятся…
Но король их терпеть не мог! Боевые офицеры, воины, прошедшие не одну войну, превратились в робких старух, прикидывающих, что да как может случиться, вместо того, чтобы разработать план атаки и разбить врага в пух и прах.
Пожалуй, даже больше дворца и вездесущих придворных король ненавидел своих старых генералов, которых и в отставку отправить было нельзя (с чего король заслуженному ветерану и герою королевства вдруг выказал свое недовольство и лишил поста?), и оставлять командовать войсками тоже было непростительной глупостью. Они закостенели, замерли, и ничего уже не способны сделать.
К счастью, были и другие — молодые, энергичные, не меньше чем сам король бредящие о славе, походах, а главное — мечтающие воссоздать империю, развалившуюся давным-давно, от которой остался лишь огромный осколок, ныне называемый королевством Нусвен…
— У меня важные новости! — послышалось у входа в палатку. — Я немедленно должен видеть Его Величество!
— Его Величество еще спят! Какие у вас новости?
— Вы не понимаете! У меня срочное послание от бургомистра Нуртеса! По его приказу я должен незамедлительно доставить депешу королю, и на словах…
— Успокойтесь, и не кричите! Если вы разбудите…
— Что здесь происходит? — король молниеносно выпрыгнул из кровати, босыми ногами дошлепал до выхода из королевского шатра и быстрым движением отодвинул в сторону полог.
У входа топтались двое гвардейцев, стоящих на страже, рядом с ними стоял один из тех самых замшелых, старых генералов, и напротив него молодой воин, с ног до головы покрытый пылью.
— Ваше Величество! — воин оказался намного быстрее старого генерала, бухнулся на одно колено, молниеносно выхватил из-за пояса длинный футляр, в котором хранилось послание, и протянул королю.
— Я же говорил, что… — начал было старый генерал, но король его остановил.
— Полноте, Гриффер! Это гонец с важными вестями! Никто не должен останавливать гонца, тем боле направляющегося с депешей к королю.
— Простите, Ваше Величество… — недовольно поджав губы, ответил старик, а короля прямо-таки злость взяла.
Эта старая развалина ведь ни о чем не сожалеет, даже не понял, что неправ! Ух, с каким бы удовольствием отправить все эти древние реликвии в отставку…но нет, приходится ждать, пока они сами отправятся в мир иной…
Хотя, особо нудным и упрямым, ставящим палки в колеса, король все же помогал поскорее увидеть Триликого лично…
Пожалуй, и Гриффер уже дошел до той черты, когда уже не просто раздражает, а откровенно мешает.
Король, сверля взглядом старого генерала, откручивал крышку футляра, а закончив, извлек послание и принялся его читать.
— Демоны темноты! — проворчал король, и поднял глаза на гонца: — Скажи, что ты видел, что сейчас происходит на побережье?
— Ори в руках северян, мой король, — ответил тот, — а Нуртес в осаде. Когда я был там — город еще держался, но северяне уже под воротами, а с моря приближался их огромный флот…
— Да поможет нам Триликий, — тяжело вздохнул король, — нужно срочно возвращаться…
Королевская армия в быстром темпе двинулась назад, на север. Буквально в течение трех дней она смогла добраться до Нуртеса, но…уже было поздно: северяне захватили город.
Король тут же осадил город, и в первые двое суток пытался штурмом отбить его обратно, однако безрезультатно.
Сейчас он сидел в своем шатре и, держась за голову, разглядывал карту города, пытаясь найти хоть какую-то брешь, придумать, как его взять.
Искал, но не находил.
Он тяжело вздохнул и отпил из своего кубка еще вина. В последние дни он был просто на пределе и совершенно не мог расслабиться, заставить себя думать отвлеченно, взглянуть на ситуацию со стороны, что часто ему помогало в критические моменты.