Вик Разрушитель
Шрифт:
Короче говоря, мне не нравилось, что жених Наташи находится здесь. Я уже чувствовал большие проблемы, связанные с ним.
– Как получится, – пожимаю плечами, и после некоторой паузы спрашиваю: – Наташа, может, уберем некоторые элементы из нашего танца?
– С ума сошел? – сузила глаза девушка. – Мы полгода эти три номера ставили, каждый шаг оттачивали до автоматизма! А ты услышал о Куракине и решил в кусты?
– Да ничего я не решил! – гляжу, девчонки зашевелились, стали на нас посматривать, хотя мы вполголоса разговариваем. – Хорошо, завтра прогоним еще раз все номера.
– Ладно, не кипятись, – улыбнулась Наташа и пошла на свое место.
Лучше лишний раз в «скелете» на арене против Дубровского выйти, чем открыто злить Куракина. Он не мальчик, а вполне сложившийся молодой человек. Если бы заранее разузнал про жениха Тучковой, сразу бы отказался от предложения Кирша.
В особняке Булгаковых нас уже ждали. Целую ораву гостей разместили во флигеле, стоящем в окружении кипарисовой рощи. Вдыхая в себя невероятный запах моря и растений, я долго не ложился спать, сидя на подоконнике, поджав под себя ноги. И думал не о предстоящем турнире, а о княгине Гусаровой-Мамоновой. Что-то не давало мне покоя. Раз за разом я прокручивал в голове рассказ женщины о ее сыне, и невнятные мысли смущали. Так ли правдива была княгиня? И, кстати, она ведь не сказала, что случилось с сыном. Умер? Забрали в другую семью? Почему не показала фотографию? Исходя из ситуации – должна была показать, чтобы я больше поверил в ее меценатство.
Не закрывая окно, через которое в комнату вливались одуряющие запахи сада, я лег в кровать и быстро уснул. Усталость все-таки взяла свое.
Для Аксиньи полной неожиданностью стал приезд мужа Георгия в Москву. Об этом сказал брат Борис, вернувшийся домой сразу после молодежного турнира. Он каким-то образом выяснил, что князь Мамонов посещал Лужники и все время тщательно следил за выступлением пилотов-индивидуалов. Кого именно высматривал Глава «золотого клана», Аксинья поняла сразу. Женским чутьем поняла.
«Георгий тоже знает про Андрея! – испуганной птицей билась мысль. – Надо как-то предупредить Булгаковых, чтобы они проявили осторожность и взяли под охрану мальчика!»
День за днем она ожидала визита Георгия, а муж словно издевался или намеренно нагнетал ситуацию, даже не делая попыток встретиться. И вот когда Аксинья перестала ждать, Мамонов заявился в гости к своим родственникам.
– Здравствуй, отец! – первым делом Георгий поздоровался с Федором Ильичом, крепко пожимая руку Гусарову. Хозяин самолично вышел встречать зятя, чтобы Аксинья привела себя в порядок, успокоилась и не натворила еще каких-нибудь бед. – Не ожидал, что приеду?
– Далеко живешь, Жора, – усмехнулся Гусаров, жестом показывая, чтобы Мамонов проходил в дом, а сам цепко огляделся. Зять прибыл один, без своих эмиссаров и магов. Охрана осталась в машинах, только двое вышли наружу и присели в беседке, контролируя парадную лестницу особняка. – Я уж не чаял тебя увидеть в Москве.
– Видимо, не совсем скучал, Федор Ильич? – провокационно спросил Мамонов, проходя в гостиную. Он расслабленно вздохнул и сел в мягкое кресло, предложенное хозяином. – Гляжу, не рады мне здесь. А где Аксинья?
– Скоро
– Не против, – кивнул Мамонов, оглядываясь. Здесь он не был очень давно, Гусаров прав. Сколько же лет прошло? Пятнадцать с тех пор, как увез Аксинью из Москвы в Ленск. Да и когда разъезжать, если дел в клане по горло. Это сейчас полегче стало. Братья взяли на себя часть проблем; сын Антон иногда заменяет по особым делам, Дмитрий через три года закончит университет и тоже будет привлекаться к руководству. Дочери Елизавета и Мария ничем не отличаются от мужчин Рода, такие же хваткие, пусть и молоды. Всем применение найдется. Клан большой, здесь одному не выдюжить. Помощники нужны.
Машинально взял в руки фужер с коньяком, отпил.
– По каким-то делам в Москву наведался? – осторожно спросил Гусаров.
– Сына ищу, – просто ответил Мамонов и пристально взглянул на тестя.
– Какого? – не дрогнув ни единым мускулом, спросил Федор Ильич. – У тебя их трое.
– Четверо, отец, четверо, – Георгий исправил намеренную ошибку Гусарова. – Забыл Андрея, самого младшего моего? Или память подводить стала?
Хозяин тяжело вздохнул, одним махом осушил фужер, крякнул, не удержавшись.
– Ты хотя бы расскажи мне, что произошло между вами, Жора? – попросил он. – Пока Аксинья принаряжается, хочу твою историю услышать.
– Правду хочешь знать? – Мамонов наклонился вперед, глядя застывшими глазами в лицо Федора Ильича. – А правда в том, что Аксинья, не посоветовавшись со мной, попросту сбежала с моим сыном! А ты не вернул ее обратно к мужу, стал потакать ее желаниям и защищать от моего права видеть Андрея!
– Почему она сбежала, не в силах подумать? – Гусаров сжал фужер и тяжело задышал. – Почему твой безумный батька решил избавиться от ребенка? Искра исчезла? За чистоту Рода испугался? Вы стали обвинять дочку, что она с кем-то спуталась, отчего мой внук потерял искру. А не твоя ли старшая жена поспособствовала этому?
– Не мели чепухи, старик! – сдерживая свой гнев, предупредил Мамонов. – Слова Аксиньи – всего лишь ее слова и домыслы. Мы проводили полное расследование, допросили всех слуг в доме, и ни один не указал на Ирину или Елену. Мои жены не при чем!
– Ирина – твоя старшая супружница – притащила в дом какую-то шаманскую статуэтку, – не сдавался Гусаров. – Дочка не раз замечала воздействие чужой магии на ее ауру, когда беременной ходила. Да не магия даже – колдовство чужеродное! Злое, не нашенское!
– Об этом сказала сама Аксинья? – Мамонов аккуратно поставил на столик свой фужер, боясь раздавить его.
– Думаешь, я дочери верить не должен? Сам-то почему за ней не приехал, не уговорил обратно вернуться? Вместо этого псов своих Козулина да Архипова бросил по следу, чтобы внука моего забрать!
– Да не так все было! – поморщился Георгий. – Я со Старейшиной в конфликт вступил. Никто бы не дал мальчишку погубить. Да я сам первым бы встал на пути родственников и братьев родных!