Вик Разрушитель 4
Шрифт:
Дети Никиты, как он понял, должны были со дня на день куда-то уехать. И Ломакин подозревал — куда. Поэтому на следующее утро маг занял удобную позицию неподалеку от дома, где жил Андрей, подъехав на белом «Сатурне», выпрошенном у старшего механика семьи Тучковых на пару-тройку дней. Пришлось мотивировать это тем, что «Сенатору» требовался технический осмотр: масло там заменить, прокачать тормоза, смазать все, что мажется — в автоделе Странник не был силен. Механик согласился, только выпросил разрешение покататься на его машине, якобы для проверки всех узлов. Почему бы и не уважить доброго человека?
Главное, сейчас его «Сатурн»
В тот вечер Странник по обыкновению снова занял свой пост напротив подъезда, настраиваясь на очередное бесплодное наблюдение. Отметил, что подъехала «Спектра», из которой вышла весьма симпатичная девица, в которой он узнал певичку Анжелику Салтыкову. Ломакину стало ясно, что молодежь устраивает небольшую вечеринку и подумал было, что пора прекращать маяться дурью. Ему ли бояться мальчишку Назарова? Пусть все идет так, как идет.
Но ближе к десяти часам вечера маг оживился. Телохранитель княжича Николай подогнал к подъезду «Фаэтон». А куда на ночь глядя гонять машину? Явно не вечернюю Москву показывать. Назаровы собирались в обратный путь — эту мысль Странник почувствовал столь пронзительно и ясно, что все остальное просто вылетело из головы. Азарт охотника, заглохший в нем, казалось, навсегда, всколыхнулся волной и заставил бурлить кровь.
Он не ошибся в своих предположениях. Назаровы точно собирались домой. Куан привез их на Новодевичьи Пруды, которые в этот час уже опустели. Да и погода не располагала к долгим прогулкам по едва освещенным дорожкам. Оставив машину возле входа в парк, Странник поспешил в сторону остановившегося «Фаэтона», ориентируясь на габаритные огни. Используя чары невидимости, он подобрался поближе, прячась за густыми кустами. Хорошо, что ребятишки не стали углубляться далеко в заросли. Встав возле ракитника, опустившего свои гибкие ветки в стылую воду, Назаровы попрощались с княжичем Андреем и отошли в сторону.
А вот дальше стало интересно. К ним присоединились еще две фигуры. Телохранители, уверенно определил Ломакин, вглядываясь в разбавленную отраженным от воды светом фонарей и дальних реклам. Они все время были с ними, но не показывались на глаза.
Неяркая, бледно-сиреневая вспышка вытесненной из пространственного тоннеля энергии, осветила берег, оставив на сетчатке глаз тающее изображение эллипса, который поглотил Назаровых. Потянуло невероятным холодом, как будто открыли громадную морозильную камеру.
«Ходок! — с каким-то непонятным восторгом подумал Ломакин. — Значит, не зря шептали Китсеры о каких-то невероятных способностях Никиты. Если он лично обладал Силой, объединяющей все Стихии, то немудрено, что кому-то из его детей передался удивительный и редкий Дар! Ходок сам может строить порталы, не заморачиваясь никакими теориями, формулами и обязательствами».
Так-то оно так, даже захотелось пообщаться с этим уникальным наследником Назарова. Не ради личных выгод — Странник уже давно ничего не хотел, имея все необходимое для своей жизни. Магическая наука не должна потерять такой шанс. Ходок появляется на свет очень редко, и стать исследователем этого феномена Ломакин хотел куда сильнее,
3
Князь Георгий сразу же по приезду из Охотска собрал родовой совет, и для этого даже не стал заезжать в Ленск к Аксинье. Хотя очень хотел, соскучившись по своей младшей княгине. Слишком много накопилось информации, которую предстояло осмыслить и решить со своими родичами, как быть дальше.
В его рабочем кабинете собрались братья Алексей и Сергей, наследник Рода старший сын Антон и даже Старейшина — Яков Сидорович. Отношения князя с отцом пусть и оставались натянутыми, но тем не менее игнорировать его жизненный опыт и отстранять от управления Глава Рода не собирался. Ошибки, даже роковые, делают все. Только одни совершают их по излишней самоуверенности, другие — намеренно. Отец был из той категории людей, которые четко осознавали свои действия. И Яков Сидорович прекрасно понимал Георгия, вынужденного идти на некие компромиссы для благополучия Рода Мамоновых, и в то же время понимал, что сын никогда не простит его за Аксинью.
— Славно мы съездили с Алешкой, — сказал Георгий, когда родственники расселись за столом. — Контракт с Мстиславскими подписан. К весне терминал начнет свою работу. К тому же времени будет модернизирован аэропорт. Императорский клан берет на себя большую часть финансирования. Будет усилена ВПП, так как ожидаются тяжелые транспортники с грузом, реанимируем дорогу до порта. С нашей стороны потребуется только пригляд, чтобы договорные обязательства не нарушались.
— Обвели тебя вокруг пальца, Жорка, — проскрипел Старейшина, сидя чуть в сторонке от стола в своем кресле. — Отдал часть своего порта, своей земли и аэродрома ради мальчишки, который и так бы через три года пришел в Род. Посвяти нас в свои планы, сын.
— Так было нужно, — сухо ответил Георгий, вынужденно терпя едкость отца. — Дальше тянуть это безобразие нельзя. Мстиславские и Булгаковы опекали Андрея настолько плотно, что через два года он вообще бы нас не признал. Даже со мной в разговоре у него уже проскальзывало опасение насчет возвращения в семью. Да, я пожертвовал частью активов, зато мальчишка теперь с нами.
— Живет в Москве, крутится с Мстиславскими, — опять зацепился Старейшина. — Думаешь, они не прекратят свои попытки сделать из мальчишки послушную их воле собачку?
Георгий только поморщился, и решив не реагировать на слова отца, рассказал о состоявшейся поездке, о встрече с Великим князем Ростиславом, какие проблемы удалось решить. Он понимал, что отец сознательно провоцирует его на скандал. Сейчас же важнее обсудить с родичами иные вопросы.
— Я уже предупредил Меллонов о продаже части акций Мстиславским, — добавил он в конце. — И попросил приглядеть за нашими факториями в Кобуке. Возможно, император уже дал задание развернуть там агентурную сеть.
— На что ему фактории Аляски? — не выдержал Сергей Яковлевич. — Сколько думаю, ни одна дельная мысль не приходит в голову.
— Ты историю нашего рода хорошо знаешь? — усмехнулся Георгий, обводя взглядом родственников. Остановившись на Антоне, подмигнул ему.
— Странный вопрос, — фыркнул младший брат. — Нас с самого детства заставляли изучать славный путь предков от Московии до Якутии.
— А зачем Мамоновы шли на восток, терпя столько мытарств? Даже сейчас, в двадцать первом веке, не везде жить комфортно, а что говорить про те времена?