Вик Разрушитель 3
Шрифт:
— Януш, ты ищешь в черной комнате черную кошку, — улыбнулась женщина. — Твоя аналитика не выдерживает критики. Сам же недавно утверждал, что рано или поздно Булгаковы передадут опеку над мальчиком императорскому роду. Помимо Великих князей у Мстиславских есть много достойных вассалов, где Викентию дадут приличное образование и обеспечат защиту. Может, отсюда уши и растут?
— Мой начальник обмолвился, что судьба Волховского будет решаться в другом месте. Подобный намек неподвластен моим выводам, слишком мало информации. С другой стороны, император дал ясно понять, что я
— В любом случае для нашей дочери мероприятие очень важное, — улыбнулась жена.
— Ну да, — кивнул Рудаков, вспоминая недвусмысленные намеки императора, чтобы он мягко повлиял на Илану, заставив ее сдружиться с Волховским. Ему удалось поговорить с дочкой и частично объяснить ситуацию. К его удивлению, Илана не стала возмущаться, таинственно улыбнулась и пообещала сделать так, как хочет отец. И вдруг такой поворот. Открывались неплохие перспективы не только для самого майора, но и для семьи. Хотелось посмотреть на реакцию императора, когда Илана появится перед его очами.
В столовую заглянула Илана, и подобравшись к матери, приобняла ее за талию.
— Мам, а у меня подходящего платья нет! — вздохнула она. — Которое мы в прошлом году покупали для вечеринки у Плещеевых, не очень-то подходит для такого визита.
— Завтра выходной, и папа отвезет нас в ателье мадам Муравьевой, — пообещала Марина Ерофеевна, погладив дочку по голове. Выросла девочка, кавалером обзавелась. — Правда, за срочность придется раскошелиться. Но я уверена, что платье будет великолепным.
Рудаков намек понял, и отвернувшись от окна, с улыбкой подтвердил, что готов выложить пару лишних банкнот для дочери.
Глава 3
1
В облегающей тело броне пилот не чувствует его тяжести, если магическая панель, иначе называемая интегратором, работает без сбоев, чутко отзываясь на каждое движение и удачно выстраивая разнообразные защитные бастионы. Чтобы свалить бойца в экзоскелете, нужно «погасить» интегратор, заставить пилота бегать по земле, выматывая того навалившейся на плечи тяжестью пластин.
Мне подобные ужасы не грозили. С самого начала мой «скелет» создавался из облегченных пластин, и все же пришлось серьезно нарастить физическую силу, чтобы таскать броню и аккумуляторы на себе. «Механик» получился отличным, и даже в полете вел себя прилично. Спасибо дяде Боре с его помощниками, довели до ума машину, сделали все возможное и невозможное для идеальной эксплуатации.
И теперь я, облаченный в «скелет», бегаю по всему полигону, отбиваясь от всевозможных магоформ, создаваемых Макарием. Да, наконец-то клановый чародей соизволил поработать со мной. Но для испытаний он пришел вместе с Кочетом, и теперь они на пару измываются надо мной.
Летящие в меня веером плетения создавали невообразимый хаос в защитном поле. Я мог, конечно, оставаться на месте и вообще не двигаться, но нельзя находиться внутри «механика» и не опробовать работу всех его систем. Вот и прыгаю, как кузнечик, театрально размахивая руками, и вспархиваю бабочкой на пять-десять метров от земли.
Макарий
Как будто разбили целую хрустальную колонну. Мощь магического плетения оказалась настолько весомой, что после отражения удара красная полоска заряда тревожно замерцала. Ни фига себе! Чуть не обнулили! Вот была бы потеха, грохнись я с десятиметровой высоты на землю! Да меня потом с резаками пришлось бы вытаскивать из смятого каркаса!
Опустившись на землю, я через забрало разглядел машущего мне Макария. Отщелкнув замок крепления шлема сбоку на шее — довольно удобный, кстати, чтобы не сбрасывать перчатки — я снял тактический головной убор и неторопливо пошел через весь полигон к чародеям. Приятный ветерок с нотками прохлады освежил мое потное лицо. Можно было снять шерстяную шапочку, но я опасался, что Макарий снова заставит меня носиться по выжженому участку.
— Радиус отражения магических атак существенно вырос, — безапелляционно заявил чародей, подергивая правый бакенбард. Его худощавое лицо, успевшее покрыться за лето легким золотистым загаром, забавно сморщилось. — Мне говорили, ты до десяти метров спокойно увеличил мощность антимагии. Я же заметил, что магоформы уже за пятнадцать метров начинали вести себя неспокойно. Разбалансировка узоров явно указывает на это обстоятельство. Пришлось подпитывать их, чтобы совсем не развалились.
— Разве это плохо? — я хотел вытереть пот с лица, но мешали броневые наручи и перчатки.
— Для тебя очень хорошо, — кивнул Макарий, — а вот мне пришлось вливать дополнительные силы в каждую из них, — он улыбнулся. — Но я теперь вижу, что тренировки и постоянная работа над собой привели к ожидаемому результату. Пятнадцать метров не предел.
— Так я могу и до двадцати подтянуть, — признался я. — Только требуется больше физических затрат.
— Не торопись, — буркнул Кочет, расстегивая куртку. Солнце стало пригревать как по-летнему, и в верхней одежде он чувствовал себя некомфортно. — Каждый лишний метр отнимает энергию, перестраивает структуру аурного поля. Все нужно делать постепенно.
Макарий кивнул, соглашаясь со словами младшего коллеги, хотя упоминание слова «младший» могло показаться смешным и нелепым. Кочет был на десяток лет старше Главы чародеев.
— А что за конструкт в конце вы соорудили?
Оба мага фыркнули.
— Соорудили! — Макарий, похоже, возмутился. — Не кощунствуй, юноша! Для создания «жала» требуется коллективное умение, а ты говоришь так, словно перед тобой ремесленники халтуру показали!
— Извините, — смутился я и мотнул головой, чтобы сбросить капельки пота с лица. Спасибо Кочету, догадался о моих мучениях. Он достал из внутреннего кармана куртки платок и промокнул мою физиономию. Я кивком поблагодарил чародея. — Но после отражения магоформы у меня просел заряд батарей.