Вихрь

Банч Кристофер

Стэн знал, что у Мениндера есть деньги. Для торка у него их было даже слишком много. Но он вел себя осторожно и не демонстрировал свое богатство всем и каждому. Точно так же, почуяв опасность, Мениндер просто скрылся из виду.

– У меня траур, – сообщил он, закидывая удочку в зеленую воду пруда.

Стэн уселся рядом с ним на берегу. Дождь кончился, и невыносимо палило солнце. Однако под деревьями, растущими возле пруда, где торк любил удить рыбу, было прохладно. Мениндер вытянул удочку, проверил наживку и крючок и снова забросил

удочку в воду.

– В вашей семье кто-то умер? Я вам сочувствую, – сказал Стэн.

Мениндер снял очки, вытер несуществующие слезы, а потом снова надел очки на нос.

– Очень молодой кузен... Погиб в Пушкане.

Стэн собрался еще раз выразить сочувствие, но тут заметил циничную усмешку на губах Мениндера.

– Он вам был близок?

Мениндер снова ухмыльнулся.

– Не очень. И тем не менее мы все пережили большое потрясение.

– Могу себе представить, – проговорил Стэн.

– Я так несчастен, – продолжал Мениндер, – что, боюсь, пройдет не меньше года прежде, чем я снова смогу появиться среди людей.

– Вы считаете, что на Алтае к этому времени все успокоится? – поинтересовался Стэн.

– Если этого не произойдет, – ответил Мениндер, – у меня будет рецидив. Горе – весьма сложная болезнь. Возникает и исчезает. – Он вытащил удочку и опять забросил ее.

– Как лихорадка, – подсказал Стэн.

– Угу. Только у депрессии нет никаких симптомов. Человек может горевать и одновременно ловить рыбу.

– Рыбалка вообще забавная штука, – заметил Стэн. – У человека с удочкой в руках всегда такой серьезный, занятой вид. Разве можно нарушить уединение человека, сидящего на берегу с удочкой?

– Насколько я понимаю, господин посол, не я один занимаюсь тут рыбалкой, – сказал Мениндер и забросил удочку в другое место.

– Я пытаюсь найти правильную наживку, – ответил Стэн.

Мениндер твердо покачал головой.

– И не мечтайте. Вряд ли вы сумеете выманить меня отсюда обещаниями славы или денег. Я прожил долгую жизнь. И хочу умереть своей смертью.

– В наше время это сделать не просто, – заметил Стэн.

– Тут вы правы. – Крючок зацепился за что-то. Мениндер с силой дернул, и удочка высвободилась. – Лично я не считаю, что станет лучше. По крайней мере, не при моей жизни.

– Проблема будет решена, – пообещал Стэн. – Так или иначе.

– Значит, у вас есть на мой счет какие-то планы. Вы хотите, чтобы я принял участие в решении наших проблем?

– Да.

– Потому что я был настолько глуп, что высунулся в самом начале?

– Вам удалось убедить некоторые существа вступить в переговоры в то время, как их обычная реакция на кризис – применение силы.

– Раньше я думал, что такие вещи у меня получаются весьма неплохо, – сказал Мениндер.

– Они у вас и сейчас получаются. С моей точки зрения.

– Бесполезный, дурацкий талант. Если это вообще талант. Сам я считаю себя вруном. Просто врать я умею очень правдоподобно.

– Скоро здесь начнут происходить

серьезные события, – сказал Стэн. – Давным-давно – при похожих обстоятельствах – я посоветовал человеку вроде вас убраться подальше с линии огня. Сказал, что для него будет лучше, если он неожиданно заболеет чем-нибудь серьезным.

– Он воспользовался вашим советом?

– Воспользовался.

– И остался жив?

– Да. Все у него было хорошо.

– Однако вы хотите, чтобы я поступил как раз наоборот?

– Угу.

– Тому типу вы дали хороший совет.

– Время было другое. Сейчас все изменилось.

– Не обижайтесь, сэр, но ведь я не нахожусь под крылышком Империи. Мои владения надежно защищены. Но несмотря на это, именно сюда наш милый доктор пошлет отряд с дубинками или чем еще похуже.

– Вы не считаете, что у Искры получится что-нибудь путное?

– Нет, конечно! Больше всего меня огорчает то, что я однажды сам привел его имя. Отозвался о нем положительно. Скажите вашему боссу, что с этим политическим деятелем он промахнулся. Только не ссылайтесь на меня. Если не возражаете, я намерен привлекать к себе как можно меньше внимания.

– Я не стану лгать и говорить, что вы единственная надежда, – сказал Стэн. – Но вы могли бы сыграть очень важную роль.

– Вы считаете, что мне следует рисковать своей жизнью – и жизнью моей семьи – ради войны с ветряными мельницами? Чтобы спасти созвездие Алтай?

– А по-вашему, это не достойная цель?

Мениндер задумчиво посмотрел на поплавок. Затем вздохнул.

– Не знаю.

– Вы мне поможете?

– Может быть, потом, – ответил Мениндер.

Стэн поднялся на ноги. Посмотрел на зеленую воду пруда и подумал о том, что не видел в нем рыбы.

– Здесь что-нибудь водится?

– Раньше водилось, – ответил Мениндер. – Потом погода стала переменчивой. Это я вам говорю на случай, если вы еще не заметили. И с водой что-то произошло. Баланс изменился, что ли... ну, не знаю. Вся рыба сдохла.

– Однако вы продолжаете сидеть на берегу с удочкой.

Мениндер рассмеялся и снова забросил удочку.

– Конечно. Никогда не знаешь, что можно поймать в пруду.

* * *

Стэн нашел Кейбак, министра иностранных дел богази, на территории посольства. Она спускала флаг. Все остальные уже отправились в космопорт. Кейбак планировала присоединиться к ним, не теряя ни минуты драгоценного времени.

– В этом нет необходимости, – сказал Стэн. – Я могу гарантировать безопасность вашего посольства.

– Богази в безопасности не нуждаются, – ответила Кейбак. – Страха в нас нет. Гнев есть. Суздали забыли гнев богази. Мы сожалеть их заставим об этом.

– А почему вы считаете, что во всем происходящем виноваты суздали? Их дети умирали в Пушкане рядом с вашими.

– Ха! Это ложь. Суздалей пропаганда. Обвиняют богази за свои поступки плохие. Все повод. Они войны хотят. И получат.