Вихрь
Шрифт:
– Хороший вопрос. А что вы сами хотите? Только не нужно дурацких разговоров про манифест.
В комнате повисло молчание.
– Вот что я вам скажу, – произнес Стэн. – Я позабочусь о том, чтобы кто-нибудь переговорил с вами. Чтобы вас выслушали.
– Кто-нибудь... важный? – спросил Милхуз.
– Угу. Кто-нибудь важный.
– Общественные слушания?
– Не знаю. Возможно.
– Нам нужны свидетели, – заявил Техранд.
– Я поговорю, – пообещал Стэн. – Ну, этого достаточно? Чтобы вас выслушали. И чтобы на вас обратили внимание люди, принимающие решения. Согласны?
Милхуз
– Мы согласны, – сказал он.
– Хорошо. – Стэн направился к двери.
– Но... если они не станут слушать... – Милхуз вспомнил про чувство собственного достоинства.
– Вы сожжете университет дотла, – закончил за него Стэн.
– Через одну неделю! – бросил Милхуз.
– Я этого не забуду, – сказал Стэн и вышел.
Глава 12
Стэн вернулся в посольство в отвратительном настроении. Если бы сейчас ему дали топор...
Он бросил короткий взгляд на лживую дипломатическую ноту, которая осталась лежать на столе недописанной, а потом швырнул ее через всю комнату.
Реакция совсем незрелого человека. К тому же это не принесло ему никакого удовлетворения.
Он собрался уже лягнуть как следует письменный стал, но вовремя остановился, обратив внимание на его размеры, – в соответствии с вкусами безвременно усопшего Хакана, и еще ножки стола были покрыты многочисленными шрамами, являвшимися, вне всякого сомнения, результатом опасной для здоровья ярости прежнего посла, в которую тот впадал, общаясь с очаровательными, альтруистичными и невероятно обаятельными жителями созвездия Алтай.
Следующим порывом Стэна было приказать адмиралу Масону отправиться в свою каюту в надежде спровоцировать того на вспышку гнева и нарушение устава, однако вместо этого он удовлетворился громким, наводящим ужас рыком в адрес проливного дождя, который изо всех сил барабанил по стеклу.
Кто-то хмыкнул. И хихикнул.
Стэн не стал поворачиваться.
– Я и не думал, что ты пожалеешь этого типа, – проворковал Алекс. – Кажется, он обнаружил, что ему придется отвечать за все это чертово созвездие, населенное злобными Кэмпбеллами.
– И это, – добавила Синд совершенно искренним голосом, – тот самый храбрый Стэн. Великий воин! Я боготворила его с самого детства. Человек из легенды, который привел народы Волчьих миров к миру и процветанию. На его устах всегда цвела улыбка, а в сердце ликовала музыка.
Стэн, как и прежде, не поворачивался к своим друзьям.
– Интересно, есть ли хоть одно кретинское существо в этом кретинском созвездии, которое не стремилось бы покончить со всеми другими кретинскими существами? – осведомился он. – Есть здесь хоть кто-нибудь, начиная от наглых дураков аппаратчиков, считающих себя интеллектуалами, взбесившихся студентов и кретинов, бегающих со своими кретинскими бандами наемников, до проклятых полудурков, играющих в кретинские игры для того, чтобы не дать сесть на кретинский трон проклятому идиоту Искре, которому наш Вечный Кретинский... – Стэн запнулся, обнаружив, что воздух в его легких весь вышел, вздохнул и продолжал немного более спокойно, делая поправку на присутствие Синд: – ...чтобы мы отдали кретинские ключи от этого кретинского королевства; но есть ли здесь кто-нибудь,
– Нехорошо, – укоризненно покачал головой Алекс. – Какая невоздержанность в языке. И еще в присутствии леди.
– Налейте мне что-нибудь выпить.
– Сейчас не время, шкипер.
Стэн наконец повернулся. Синд и Килгур были одеты в гражданскую одежду джохианцев. Довольно бедную. Темной расцветки.
И держали в руках джохианские плащи.
Что еще интереснее, на них были бронежилеты с встроенными передатчиками, виллиганы с короткими дулами и складными прикладами в подплечной кобуре, два запасных магазина с зарядами АМ-2 и боевые кинжалы в ножнах. Под плащами вся эта экипировка совсем не заметна.
А самым замечательным было то, что под мышкой Килгур держал большой пакет, завернутый в третий плащ.
Между сумерками и тьмою,
Когда зажигаются звезды,
Отдохни от дневных забот.
Час злодеев стоит у ворот.
Продолжая читать стихотворение, Алекс развязал сверток. В нем, как Стэн и полагал, оказался полный набор гражданской одежды, бронежилет, оружие и фототропный комбинезон.
Рядом тихо шуршит
Шорох чьих-то шагов.
Сталь находит тело врага,
Смерть свой суд вершит.
– Значит вы, пара клоунов, собираетесь поиграть в свои любимые игра, а меня оставляете здесь возиться с бумажками?
– Господин благородный посол, – сказала Синд, – не может выходить на сырость и холод, чтобы встречаться с отбросами общества.
– Ты права. Я должен соответствовать своему званию. Килгур, ты не забыл про мой кукри?
Настроение Стэна заметно улучшилось. Он быстро скинул тунику посла.
– Я думаю, тебе следует одеться, как это принято в отряде "Богомолов", босс. На случай, если нас раскроют.
– А что тебе удалось пронюхать?
– Ты мне говорил, что среди прочего Император жаловался на Хакана, который продавал на черном рынке АМ-2. Сбывал в другие системы, чтобы иметь возможность оплачивать свои дорогостоящие монументы.
– Ну и что?
– Если предположить, что здесь ничего не изменилось, плохиши должны искать себе новых хозяев. Значит, было бы полезно разузнать, как работает система черного рынка.
– Очень хорошо. Отлично, – похвалил его Стэн. – По крайней мере, хоть кто-то здесь еще способен думать. Видит Бог, не я. Ну и кто этот симпатичный гражданин, который готов забыть об интересах своего родного созвездия, променяв их на заботу о собственном благе?
Алекс объяснил. Шеф корпуса "Меркурий" в скоплении Алтай, сравнительно молодой и неопытный оперативник по имени Хиндс, по традиции служивший под прикрытием атташе по культуре, дал задание своему лучшему джохианскому агенту.
Стэна интересовало, насколько хорош агент. Килгур пожал плечами.