Вихрь Бездны

Ружникова Ольга

И совершенно незачем кутать шалью столь прекрасные плечи. Впрочем, на перевитую мелким жемчугом прическу Элгэ согласна — хоть рубины подошли бы лучше.

Молниеносный взгляд в золоченую раму. Усмехнуться в собственные ледяные глаза. Хороша! В любом виде. Лучше только Кармэн, но от герцогини Вальданэ Юстиниан сбежал бы еще быстрее. От нее бы и дядя удрал.

Как десятки поколений дам до нее эвитанская аристократка медленно спустилась по устрашающей длины лестнице с еще более устрашающими мелкими ступеньками.

Опираясь на руку мрачного, льдистоглазого супруга.

Впрочем, возможно, древним предшественницам Элгэ везло с мужьями ничуть не больше. В конце концов, ей мог достаться в супруги и сам граф Мальзери. (А что? Дядя — вдовец.) Или Гуго Амерзэн собственной персоной. Б-р-р!

Все остальные — уже внизу. Ах да — Элгэ же непозволительно долго задержалась за выбором туалета. Простите южную дикарку. Молча простите. Не нравится — надо было выбирать дрессированную северянку.

В глазах рябит от серых ливрей. Слуги-статуи готовы обслужить высокомерных хозяев.

Хозяин дома — во главе разновозрастных и разнокалиберных приживалов и приживалок. Зверинец в сборе.

И рота пустых кресел.

— Садитесь! — ледяной глас Валериана Мальзери известил всю камарилью: ей милостиво позволено занять положенные места. Которых, кстати, всё равно в два-три раза больше, чем домочадцев.

Как смеялась бы Кармэн — окажись она в подобном месте! А Алексис, будь он жив, садился бы по очереди в каждое пустое кресло, корча при этом уморительные рожи. А потом засыпал бы комплиментами приживалок. Всех подряд.

Усадив в кресло супругу, Юстиниан уныло побрел на свой конец стола. В обход. Место наследника титула — напротив жены. Рядом с отцом.

Легкая гримаса раздражения искривила всё еще красивое (чего не отнять — того не отнять) чело Валериана Мальзери. Приживалки, чинно опустив долу тусклые глаза, дружно рассматривают что-то в пустых тарелках.

А в Аравинте сейчас цветет виноград… Если его не вырубила солдатня Эрика Ормхеймского!

Только все схватились за ложки — стук в дверь. Почтительный, но твердый.

— Войдите! — Прямо не граф, а сам король. Ладно хоть не «Кто посмел тревожить меня во время обеда?!»

Слуга. Элгэ за последние дни успела приглядеться к дядиным холуям. Этот пользуется его особым доверием.

Подошел — чеканя шаг. Вручил белый конверт.

Эх, научиться бы читать через стол! И сквозь бумагу.

Свекор удостоил письмо беглого взгляда.

И изменилось лицо. Всего на миг — но это же каменная рожа самого Мальзери! Кто еще, кроме Элгэ, мог довести его до такого? А главное — чем?

Встал. Вышел. Почти стремительно.

Илладийка с немалым трудом заставила себя есть. Не голодать же. И незачем привлекать внимание.

Что все-таки в этом проклятом послании, а? Или…. оно — вовсе не проклятое?

3

Для всего подзвездного мира Элгэ — теперь Мальзери, виконтесса Эрдэн, — нездорова.

И только потому не покидает стен особняка.

На деле же…

Нет, можно, конечно, найти способ вылезти через окно. Один раз.

Пробраться мимо стражи, выскользнуть через ограду… Но побег обнаружат раньше, чем Элгэ успеет вернуться. И какие меры будут приняты — лучше не представлять.

Точнее — представить. Чтобы не погубить всё преждевременными глупостями.

Совсем бежать пока некуда. Кардинал — всё еще болен. А больше в Лютене илладийка не знает никого. И самого города — тоже.

Служанка — та самая — порассказала «доброй» госпоже немало интересного. Но чтобы успешно скрываться, нужно изучить не центральные улицы и храмы (к тому же — с чужих слов), а подворотни и заброшенные чердаки. Причем, те, о которых не известно никому другому.

А еще необходимы деньги. Потому как бежать из Эвитана без Диего и Алексы — нельзя. У Элгэ нет армии, чтобы вернуться за ними потом. А Аравинту сейчас — не до помощи кому бы то ни было. Если б Кармэн могла их выручить — давно бы уже это сделала.

Бежать — единственный выход. Ни к каким интригам илладийскую пленницу не допустят. Надеяться на это было глупо с самого начала. Влияния на мужа у нее нет. Для такого нужно, чтобы он жену любил или хоть желал. А любит и желает он явно кого-то другого.

А граф Мальзери — кто угодно, но не дурак. И вовсе не намерен позволять Элгэ выйти за рамки его плана: родить Юстиниану наследника и скоропостижно скончаться.

По обоюдной договоренности муж, во избежание слухов, ночует в супружеской спальне. И им вполне удобно на разных концах громадной кровати. Никто в особняке (будем надеяться) не знает, что никаких альковных отношений между новобрачными нет и не было.

И это — всё, чего Элгэ пока добилась. Не считая свободного перемещения по особняку. Пусть и под постоянным присмотром вышколенных псов и псиц дяди… свекра.

Да, еще редких прогулок в карете. С «эскортом». Тоже неплохо — хотя из окна на ходу много не высмотришь. Тех же чердаков и подвалов, к примеру.

Да и «свобода перемещения» дает не много. Разве что Октавиану, когда вернется, не понадобится вновь лезть к Элгэ в окно. А то еще наткнется на брата… Уж на минуту-то она найдет способ остаться с кузеном наедине. Если тот, конечно, не решит, что помогать ей и ее брату — себе дороже.

Еще в особняке Мальзери неплохая библиотека. Но бесконечно читать тоже невозможно. Особенно, когда сходишь с ума от тревоги — каждый миг. А фехтовальный зал теперь для Элгэ — табу.

Впрочем, лучше уж читать, чем вообще ничего не делать. В цветнике Кармэн несколько дам не интересовались ничем, кроме сплетен и кавалеров. Здесь бы ветреные красотки рехнулись с тоски, но сюда они не попадут.

Открой очередное творение «великого» Ленна, Элгэ. И не смей метаться по комнате — загнанной пантерой! Хватит. Для всех ты смирилась.