Вигил
Шрифт:
– Пожри меня тиккануа, - изумленно выругался вигил.
– Успокойся, Квинтиус, - с нажимом сказал он и продолжил уже после того как подрагивающая от эмоций Мария положила погнутую ложку на стол.
– Не надо устраивать сцен. Все происходящее лишь фрагмент чей-то большой схемы. Проблема в том, что как бы мы ни старались, узнать достаточно для понимания всей картины не удастся.
– Почему вы в этом так уверены?
– уже спокойно спросила девушка, снова вернувшись к уважительному обращению.
– Мы можем поделиться нашими наблюдениями с префектом Силием, -
– Или вы предполагаете, что он уже в курсе?
– Уверен, - скупо обронил он.
– Хм, - она задумчиво нахмурилась.
– Насколько я понимаю, рапорты уходят в Кастеллум или с курьером или по трансмиттеру...
– Рутинные отчеты отвозят легионеры и они защищены печатями. Вскрыть может или сам Силий или его помощник, не помню уже как зовут.
– А кто принимает передачи у трансмиттеров в Кастеллуме?
– Сами машины стоят в штабе легиона, помимо военных там всегда дежурит человек от префекта Кастеллума, который при необходимости передает данные Силию.
– То есть доступ к информации о вашем отсутствии в Колонии и о эфирной твари имели префект, его помощник и неизвестное количество военных, - рассуждала вслух Мария.
– Кому может быть выгоден захват поселения?
– Правильно мыслишь, - Клавдий засунул в рот последний кусок уже остывшего омлета.
– У вас есть какие-то мысли, наставник?
– вежливо поинтересовалась она.
– Есть, - фыркнул он, промокнул рот салфеткой, отпил из кружки и только после этого заговорил.
– Легион отвечает за безопасность колоний. Когда четыре года назад одно из наших поселений полностью вырезало мятежное племя лепаев, к ним отправили карательный отряд, а головы трибуна и двух его центурионов украшали гавань Кастеллума еще несколько месяцев, пока не остались одни черепа. Наш Императора слишком дорожит детищем своего отца, поэтому ко всем удачам и неудачам в Южной колонии у него слегка предвзятое отношение.
– Значит, в легионе бы полетели головы, если тиккануа нас захватили, и его руководство прекрасно об этом знает?
– Росций кивнул.
– Все равно, подозреваемых слишком много. Да и за четыре года набрали достаточно новобранцев.
– Мария прервалась, чтобы откусить ароматной сдобы и запить её травяным настоем.
– Еще меня волнует, почему напали именно на нас? И почему их было так много?
– Квинтиус, тебе надо было проситься на отработку контракта в какой-нибудь большой город, - тяжко вздохнул он.
– Откуда такая страсть до всего докопаться?
– Будто меня кто-то спрашивал, когда выписывал направление, - процедила она, проигнорировав последний вопрос.
– Неужели вам самим не интересно?
– Я уже пробовал играть в эти игры и достаточно поплескался в дерьме, чтобы больше туда не лезть, - вигил запустил ладонь в волосы.
– Свою работу я делаю хорошо и этого достаточно.
– Если информация уходит к дикарям, то под угрозой вся Южная колония. Сегодня напали на нас, а завтра будет кто-то еще и они могут не отбиться...
– Вот пусть у нашего начальства и болит голова.
–
В ответ Клавдий скривился, окинул девушку пренебрежительным взглядом и ничего не говоря встал из-за стола. Опешившая Мария молча наблюдала за его уходом, взяла из корзинки последнюю булку, заглянула на кухню поблагодарить Марфу за завтрак и поспешила следом. Догнала она вигила уже дома, где сразу же решила узнать причину его странного поведения.
– Что это такое было? Почему вы ушли?
– Потому что не считаю необходимым вести подобные разговоры, - холодно отозвался он.
– Какие? О безопасности Империи? О том, что кто-то сливает информацию дикарям?
– Квинтиус, не начинай. Я не настроен на беседу, - Росций демонстративно отвернулся и разложил на столе набор для чистки оружия.
– Да что такое произошло? Мы же нормально говорили!
– не понимая девушка подошла сбоку и посмотрела на наклонившегося вигила.
Тот поначалу показательно её игнорировал и раскладывал щетки и ветошь, потом вздохнул и поднял на неё усталый взгляд.
– Иногда Квинтиус ты ведешь себя как дура. Безопасность Империи и прочий бред. Скажи, много для тебя сделала эта Империя?
– последнее слово он выплюнул с презрением и подошел к девушке.
– Что она тебе дала? Клеймо, по которому тебя найдут в любой заднице? Работу, от которой ты не можешь отказаться?
– он обвел руками комнату.
– Клятвы, которые держат тебя на коротком поводке? Мы псы на службе Империи, - зло проговорил он.
– И получаем за свою службу объедки. Фалеру, что тебе так великодушно сунули ты уже оплатила и еще оплатишь своей кровью, будь уверена.
Не озвучивай Клавдий её собственные соображения, не будь за её плечами первой жизни, Мария бы содрогнулась от так недвусмысленно озвученной измене Империи. Пусть здесь и край мира, но у эмиссаров длинные руки и чуткий слух. Росций словно догадался о её мыслях, приблизился почти вплотную и угрожающе проговорил: "Если надумаешь кому-то рассказать об услышанном, твоим хорошим знанием руского заинтересуются нужные люди". Удовлетворившись её напряженным взглядом он вернулся к столу и безмятежно принялся разбирать свою Дэльту-8.
Больше Клавдий не позволял себе сорваться и никак не показывал, что их напряженный разговор имел место. Обсуждать с ним возможную утечку информации Мария уже не пыталась. Свою позицию наставник озвучил недвусмысленно и не планировал ничего расследовать. Утренние тренировки без Тирея стали скучны и утомительны. Свадьбу Идо и Эды отложили, она ходила по поселению в траурных белых одеждах, поддерживала совсем сдавшего отца и занималась лавкой, осунувшаяся и похудевшая. Чтобы залечить нос ушло почти две недели, он оказался сломан в двух местах и Нидгар долго провозился, практически собирая его заново. Зато теперь Мария без содрогания могла посмотреть в зеркало, где на неё уже не смотрела страшная опухшая рожа с дикими кровоподтеками под глазами, ссадинами на лбу и лиловой грушей на месте носа.