Виделись!
Шрифт:
По прямой туда — ровно под её центр. Там чуть-чуть довернуть и вверх…
Правок курса почти не требовалось. «Трон» полз в автоматическом режиме. Возможность ручного управления, прямого вмешательства, я оставил просто на всякий случай. И всё шло штатно.
Пять километров до Базы.
Четыре.
Три.
Два.
Один километр.
Пятьсот метров.
Четыреста…
От Базы отделилось что-то некрупное, что-то размерами примерно со среднего человека. Отделилось и достаточно шустро двинулось к моему «Трону», который своего движения не останавливал.
Предсказуемо: никто и не думал, что База снизу беззащитна, что у неё не будет никакой охраны.
Наперерез
Взрыва я не слышу — он слишком далеко от меня. Но обе сигнатуры пропадают с «радаров». «Трон» движется дальше.
Двести метров.
От Базы отделяются сразу десять объектов. Я посылаю к ним нового «кротика». Одного. Одного хватит. Взрыв. Сигнатуры пропадают, а «Трон» движется.
Сто метров.
Пятьдесят.
Новые объекты. Посылаю сразу пять сопровождающих «кротиков». Жму иконку на планшете, и начинается обстрел Базы сверху. Три S-овых ракеты срываются со своих пусковых установок и устремляются к крыше Бункера. В небе «выключается» свет, а через две секунды бьёт ослепительный луч «Спутника».
Новых объектов датчики развед-дронов не фиксируют. До точки двадцать метров.
Десять.
Пять.
Метр.
«Трон» замирает. Мучительные мгновения, пока происходит его доворот на месте. Пока его «жало», его бур поднимается вертикально вверх.
По крыше Бункера бьют «Светляки» и «ракеты». «Спутник» готовится совершить новый выстрел.
Нужное положение «Трона» достигнуто.
— 'Их стальные жала
Чутко держат след.
Шансов скрыться мало.
Шансов выжить нет…' — мурчу я себе под нос и вжимаю пиктограммку «форсажа». «Трон 4.0» прижимается жалом бура к подземной стене Бункера и начинает сверлить.
Текут секунды. Сверху снова лупит «Спутник» и бьют ракеты. «Трон» сверлит на пределе своей мощности. За пределами своей мощности. Плевать на ресурс — назад ему в любом случае не возвращаться. Повторной попытки конструкция не предполагает. Если эта провалится, то дальше только личный лобовой штурм.
'Помощи не ждите.
Помощь не придёт…' — шепчу я и задерживаю дыхание. В теле напряжение, словно это не автономный Артефакт где-то там за десятки, а то и сотни километров от меня сжигает ресурс SS-рангового «ядра», а я сам, лично, своими руками пытаюсь продавить неподатливую скорлупу этого гадского крепкого орешка.
Есть! Бур продвинулся на целый сантиметр вперёд. Есть! Стена поддаётся!
Снова бьёт «Спутник». Летят ещё ракеты. Весь экспериментальный хлам, который я успел понакепать до нападения на меня однорукого, летит в крышу Бункера.
Бур продвигается. Продвигается. Продвигается…
— 'Каждый третий житель —
Однозначно крот.' — с удовлетворённым выдохом заканчиваю я песню. «Крот» пробил обшивку насквозь и пошёл вгрызаться уже вглубь Бункера. Метр, другой, третий… пятый… двенадцатый. Достаточно. Жму кнопку отдельного физического взрывателя. Отдельную символическую Красную Кнопку. В следующее мгновение, на экране планшета все отслеживаемые показатели «Крота» обнуляются. Подземная детонация «ядерной» бомбы из двух SS-овых «ядер» произошла…
Глава 49
Помещение было большим. Большим и пустым. Высокий потолок с десятком ярких, но простых, совершенно утилитарных магических светильников, которых хватало для того, чтобы иметь внутри этого помещения возможность нормально видеть, но и только. Никаких: «было светло, как днём», или «освещён
На полу, выполненном из чего-то напоминавшего Земной бетон, но вряд ли являвшегося им, скорее уж результатом работы средненького Мага стихии Земли, в центре ангара стоял мужчина в лёгком рыцарском доспехе. Правда, именно «рыцарским» этот доспех, наверное, язык бы не повернулся назвать ни у кого, кто видел когда-либо Земные «консервные банки» рыцарей. Однако, это всё-таки, функционально был именно что доспех: прочная, но легкая кираса, наплечные защитные элементы, защита рук, защита ног, защита локтей и колен, прочная обувь с окованными металлом носами и пятками, перчатки с металлическими бляшками, закрывающими кисть и пальцы сверху. При этом, все элементы были, как бы это получше сказать? «Рабочими», наверное. То есть, не было впечатления неповоротливой тяжёлой жестянки. Не было совершенно ничего лишнего. Каждый элемент был подобран и подогнан так, чтобы не мешать пользователю. Пусть и в ущерб «непробиваемости». Здесь соблюдался оптимальный баланс между оставлением подвижности бойцу и собственно самой защитой. В результате, это выглядело уже не как доспех рыцаря, а скорее уж, как дорогой защитный костюм мотоциклиста или комплект брони спецназовца… ну, как его представляют в боевиках и фантастических фильмах. Про настоящую спецназёрскую сбрую лучше лишний раз не вспоминать… без крепкого матерного словца сделать это сложно.
Самым выбивающимся из образа элементом оставался шлем. Да — он был остроконечный и округло-гладкий, что позволило бы за счёт формы перевести почти любой удар, направленный в него, из прямого, в удар по касательной. И это была классика. Но на этом сходство заканчивалось. Начинались различия: «прорезь» для глаз отсутствовала. На её месте находилось тонированное в хлам стекло, полностью скрывавшее и защищавшее глаза. Ну, точнее, материал, который выглядел, как тонированное в хлам стекло, но им не являвшийся, ибо не нашлось бы такого идиота, что действительно вставил бы нечто настолько хрупкое и опасное для пользователя, как стекло, в боевой шлем. Очевидно, что материал этот обладал достаточной прочностью, чтобы заслужить себе право быть на том месте, на котором он был.
Ниже «стекла» находилось нечто, более всего напоминающее дыхательную маску пилотов Земных истребителей, только без каких-либо шлангов или проводов, идущих от неё куда-либо. Это нечто полностью скрывало нижнюю часть лица, имело два симметрично расположенных участка с перфораций и являлось отделяемой частью шлема.
Шея стоявшего в ангаре человека, была защищена бармицей шлема.
В руках этот «рыцарь» держал одноручный треугольный щит и одноручный же меч.
Напротив него был крупный, размером вдвое больше рыцаря, волк. Клыки зверя были оскалены. С них на пол ангара капала пена. Глаза были налиты кровью. Шерсть ощетинена. Вся его поза говорила о намерении вот-вот напасть. Прыгнуть и вцепиться наглому человечишке в горло, а после разорвать, превратить в куски окровавленного мяса с раздробленными и разломанными костями в них.